— Чего происходит? — спросила Лориэль.

Ей под нос сунули планшет с приказом старшей оперативной службы — задержать и досмотреть все военно-транспортные машины. Они с Искрой почесали за ушами, делать нечего, отошли и предоставили машину для осмотра. Но оперативницы не спешили.

— Старшие сейчас прибудут, они и досмотрят, — оперативница пожала плечами.

Судя по лицу, ей и самой эта затея не нравилась.

— Так чего случилось-то? — спросила Искра.

— Информации нет.

Они прождали где-то час, пока не примчались две «пчелки». Из машин вышла знакомая уже Лориэль новенькая оперативница, а с ней несколько бойцов в полном облачении. Они сразу же вошли в «ласточку».

— Ну не дать, ни взять, воевать собрались, — хмыкнула Лориэль.

— Сейчас залетов на двадцать найдет, — вздохнула Искра. — Там и тушенка, и кексы… И конфеты.

— Ты опять их наменяла?! Когда успела?!

— Ну, когда! — Искра вскинула руки. — Я что ли по штабам бегаю документы подписывать каждый раз? Тебя по часу, а то и больше нет. Рыжая говорит, когда в опорнике хвост морозишь — конфетка самое оно, и башка работает, и жрать не так хочется.

— А они случаем брагу с этих конфет не гонят?

— Сдурела? Какая там брага? В них, вообще-то, стреляют, — Искра фыркнула. — Это все равно что нам с тобой пьяными летать. Эх, а тушенку-то жалко!

Они не удивились, когда их позвали в машину. Внутри шарили все девки с газоанализаторами. Искра странно хмыкнула. В кабине тесновато, но они вполне устроились на подъеме, оперативница же сидела на месте пилота и все старательно записывала в планшет. Само собой, нижний ящик рабочего места навигатора, где Искра хранила тушенку и прочие радости, был открыт и все на виду. Нашли и припасенный в ячейке за спасательным комплектом рюкзачок с конфетами. Он лежал раскрытым на кресле навигатора. Яркие карамельки играли причудливыми огоньками.

По залету за каждую конфету, подумала Лориэль. Тут их много.

Однако у оперативницы что-то не клеилось, обычно они рапорта клепают на раз-два, а тут возится, возится, аж Искра устала ждать и начала переминаться с ноги на ногу. Наконец, она с сомнением наклонила голову и, все еще изучая записи в планшете, спросила:

— Полетов без утвержденного летного листа быть не может?

— Десять-десять или прямой приказ командующей малым флотом, — ответила Лориэль.

— Но сегодня все полеты согласно плана?

— Разумеется. Утвердили вчера утром.

— Странно. Почему-то я не вижу никакого плана, — оперативница задумалась. — В любом случае, ознакомьтесь с протоколом. Я пока выясню, в чем дело.

Лориэль приняла планшет. Искре тоже стало интересно, он вытянула шею и заглянула в записи через плечо подруги. Про конфеты там не было ни слова.

— Погодите… — Лориэль нахмурилась. — А что не так с нашим оружием?

— Согласно действующего положения, личное оружие экипажами должно носится в штатном порядке, а не хранится среди спасательного снаряжения.

— Мы раз в неделю двумя группами подаем рапорта — с личным оружием летать неудобно. Крайне.

— Если я делаю вам замечание, младший кандар, то те, кто придут после меня сделают иные выводы по данному поводу и решение будет тоже иным.

— Ясно… — Лориэль вздохнула, сразу представив, куда и как ей придется цеплять кобуру с оружием.

В рапорте не было ни слова про тушенку и конфеты. Замечание про хранение чистых картриджей памяти, но это потом с Искрой обсудят, и все. Легко отделались. Лориэль пролистнула отчет вниз, но в графе, где должен быть ее идентификатор, было пусто. Она полистала рапорт, что-то кольнуло глаз, она не сразу заметила.

— У вас ошибка, — Лориэль указала в рапорт. — Мы триста второй военно-транспортный отряд. У вас же просто транспортный. Это точно не мы.

Оперативница взяла планшет и посмотрела в свои записи. Лицо ее оставалось невозмутимым, но в глазах заиграли искорки.

— Если у вас приказ на другую группу, то прошу покинуть борт. Задерживаете вылет.

— Основания есть.

— Нет, — уверенно сказала Лориэль. — Я читала на досуге положение оперативной службы. Даже одна опечатка в тексте отменяет распоряжение, так что у вас нет полномочий на проверку моей машины. Прошу покинуть борт.

Оперативница осталась невозмутимой и спокойно спросила:

— Вы доставляли грузы на объект сто два пятнадцать в последнее время?

— Я не обязана отвечать. И последнее время это сколько?

Лориэль повернулась к Искре, та быстро на своем «куполе» нашла план полетов.

— Летали, — сказала навигатор. — Шесть инженеров-техников, девять ящиков, платформа с ротором обаг… Да хер его знает, тут все написано. Номер доклада, отчет о полете, подписи. Три недели назад.

— Ясно, — оперативницы потыкала в планшет. — Я четыре дня назад зачем на орбиту летали?

— Ошибка, — сказала Лориэль. — Последний орбитальный полет десять дней назад по медицинской части, десять-десять.

— А это?

Оперша протянула планшет. План полетов чужой, совсем, за такое оформление, да еще и с ошибками в словах, Туча бы уши оторвала. Даже первогодки школьницы пишут лучше, но бортовой номер и код машины указан родной. И путь назначения указано непонятно что, по коду понять сложно.

— Нихера себе! — выдала Искра, взглянув на записи.

— Куда мне подать рапорт? — Лориэль посмотрела на опершу. — Номера моей «ласточки», но данного полета не было.

— Пока не нужно, — сказала оперативница. — Запрошу по нашей линии для начала. С объективным контролем полетов никаких сложностей не будет?

— Так точно. Техническая служба, служба контроля, снабженцы… Это минимум с кем на каждой базе работаем. В отгрузочных всегда моя подпись! Интенданты в лицо знают, — Лориэль посмотрела на Искру, потом на оперативницу: — Иногда только навигатор что-то принимает вместо меня. В оперативных целях.

— Ясно, — ответила оперативница.

Это тоже залет, все подтверждать должна старшая машины, то есть Лориэль, но иногда можно застрять в штабе или службе контроля и за груз у техников отметку ставит Искра. Такое себе нарушение, но при желании…

— Хорошо, запрет на вылеты снимаю, — сказала оперативница. — Замечание по поводу оружия я все-таки передам старшей, имейте ввиду.

— Принято, — сухо ответила Лориэль. — Старшей могу доложить о посторонних полетах?

— Докладывайте.

Оперативники ушли, Искра сразу принялась прятать свои вкусности, а Лориэль доложила Туче.

— Чегобля?! — выдала Туча одним звуком. — Это как так?! Они там в конец ебнулись?!

Все разрешения на полет группы утверждает сама Туча, как какой-то вылет мог пройти мимо — большой вопрос. Одно дело отчет, но как идентификатор машины из группы попал в чужой план полетов и не попал в отряд — огромный вопрос. Туча такими матами разродилась! Коротко, но вдохновенно.

Они уже летели на очередную точку, когда снова вызвала Туча и уже спокойным голосом приказала все повторить слово в слово.

— Ничего не понимаю… — сказала Туча. — Откуда еще одна группа с нашим номером? Ладно, буду разбираться. А оружие придется носить. За него всем влетело. Ничего не подписала, надеюсь?

— Никак нет.

— Умница. Все, работаем спокойно, — Туча переключилась на общую частоту. — Группа! По прибытию на базу всем, повторяю, всем, еще раз проверить отчеты о полетах за последние два месяца! От и до! О любых отклонениях рапорт на мое имя!

Хором ответили «принято». Минуту летели в тишине, пока Искра не сказала, изучив последние новости:

— Вон чего, оказывается… У этих идиоток на пятнадцатой базе пожар был, есть погибшая.

— Искра?! Ты сводки смотришь?! — воскликнула Лориэль.

— А чего?

— Да? Ну вот обратно ты полетишь, а я чего-нибудь почитаю.

— И полечу, — хмыкнула в ответ Искра.

Лориэль фыркнула, но через пару секунд спросила:

— И причем тут мы? Ну, про пожар.

— Да упились дуры, наверное, и не доглядели. Там и рвануло… Пожар… Как же! Хвосты и уши во все стороны полетели, поди. Оперши теперь ищут, кто им брагу притащил. Иначе зачем им по нашей девочке с анализаторами ползать?