Как там говорилось? Плоть от плоти и кровь от крови.

«И тараканы от тараканов» — Добавил я, прекрасно зная, что твориться в одной платиновой головке.

— Не дуйся. — Сказал я, по одним глазам поняв, что Коко уже приготовилась надуть щеки и скрестить руки на груди, показывая любимому папочке свою «обиду». — Сама должна понимать, насколько важную роль играет в наших планах фон Дум и что будет если она обернется против нас.

— Ты же только из-за этого с ней спишь? — В ответ поинтересовалась дочь, чьи глаза мелькнули таким знакомым блеском. Холодным, полным такого привычного расчета и безразличного интереса.

Настоящие эмоции Коралин.

— … — Я не ответил. Промолчал, ведь не хотел рисковать, не зная точных возможностей технологий Латверии. Но моего взгляда Коко хватило, чтобы сделать определенные выводы. Главное, чтобы ей хватило воли держать язык за зубами.

Все же…

«При всех ее плюсах у нее есть одна плохая привычка» — Подумал я, подходя к последней двери на нашем пути и прикладывая ладонь к сканеру отпечатков. — «Она не может сдержаться, когда есть возможность больно ужалить свою жертву»

Да, в теории это могло обернуться неприятностями, если Коко случайно сболтнет то, о чем другие знать не должны, но я верил в свою дочь.

Верил, что у нее хватит ума понять, когда можно играть с добычей, а когда — нет, сразу нанося последний, добивающий удар.

— Мистер Хекматьяр, госпожа-директор. — Поздоровалась с нами находившаяся недалеко от входа женщина, стоило нам выйти наружу. — Рада вас видеть.

— Мы тоже, мисс Бэк. — Ответил я, кивнув длинноволосой брюнетке, продолжавшей стоять к нам спиной, несмотря на ведомый разговор.

Однако это было не проявление неуважения, а простая необходимость. Ведь прямо сейчас Мистерио была на завершающей стадии свой работы, внося последние штрихи в очередной слой маскировки, должный стать главной защитой КУЗНИ.

Сама девушка в тот момент больше напоминала дирижера, руководящего огромным и многоинструментальным оркестром, в игре которого было важно каждое движение дирижерской палочки. Каждый взмах, каждое колебание, каждый поворот кисти менял «мелодию» ее работы, вот только вместо струнных, духовых, ударных и клавишных, ее инструментами были сотни дронов, летавших и занимавших свои места над нашей головой.

«Глядя на нее понимаешь, что значит человек искусства» — Думал я, с нескрываемым удовольствием наблюдая за фигурой, облаченной в закрытый зеленый комбинезон. — «Даже если это самое искусство далеко от привычного»

— Вы что-то от меня хотели, господин Хекматьяр? — Спросила Бэк, как только с работой было законченна и очередной слой иллюзий вплелся в ее иллюзорную паутину.

— Да. — Кивнул я, выведя на лицо одну лучших своих улыбок, параллельно дав Коко несколько знаков заведенной за спину ладонью. — Мне хотелось бы узнать, всем ли довольна одна из лидеров Службы Безопасности одного из самых важных моих объектов. Если ли какие-нибудь жалобы или пожелания?

— Конечно нет. — Широко улыбнувшись ответила Клара, экспрессивно взмахнув руками. — Чем можно быть недовольным? Зарплата в сто тысяч долларов в месяц, уровень жизни как в самом роскошном отеле и гарантированный контракт на единоличное продюсирование пяти фильмов в лучших голливудских студиях. Мечта, не иначе…

Не знаю, что хотела еще сказать Мистерио, но тут ей за спину незаметно, под простейшей Невидимостью, в сочетании с легкой магической иллюзией, зашла Коко. Легкий психический импульс и сознание Бэк уплывает, давая мне время на мое самое частое в применении заклинание.

— Пусть ветра магии станут моими руками. Пусть суть мироздания станет моими губами. Придите, силы Клятвы и Долга и отметьте душу, стоящую передо мной… — Начал я зачитывать долгий, длящийся почти минуту, текст заклинания Обета. Заклинания, благодаря которому я держал в железном кулаке не только руководство собственной корпорации, но и ряд личностей, важных для моих дальнейших планов, но, к сожалению, склонных к предательству. Длительность этой магии, наложенной с помощью Исполнения желаний, была невелика — всего год, что сильно ограничивало в частоте ее применения, но Мистерио стоила того.

Даже если шанс на ее предательство был ничтожно мал, но я не мог так рисковать. С этого дня она будет скованна невидимыми цепями, о существовании которых даже подозревать не будет.

«Если аналитики окажутся правы и она захочет предать, то ее конец будет неизбежен» — Думал я, повторяя уже ставший привычным за многие годы речитатив. — «Смерть от запекшихся внутри черепной коробки мозгов хоть и безболезненна, но не слишком красива, особенно когда из глаз, ушей и рта начинает течь мозговая жидкость»

Жестоко? Да.

Бесчеловечно. Еще как.

Но эффективность такого подхода была высока, а это главное.

Стоит Бэк сделать хоть одно действие, способное нанести ущерб мне или моим планам, как заклинание активируется и пресечет эту попытку на корню.

«И самое интересное — она даже знать не будет о мине, заложенной в ее мозгу» — Подумал я, параллельно закончив чтение заклинания и теперь формируя условия его срабатывания. — «Конечно можно было ее запугать, рассказав о возможной судьбе, но по своему опыту могу сказать, что зачастую страх приводит не к подчинению, а к попытке сбросить ярмо и сбежать. Поэтому…»

— Обойдемся простой закладкой, без угроз и прочих милому твоему сердцу вещей. — Сказал я Коко, как только с Обетом было закончено и мы распрощались с Бэк, даже не заметившей, что в ее мозгах хорошенько покопались. — Но все равно внимательно следи за ней. Магия — надёжный инструмент, но и с ней бывают осечки.

— Даже у тебя, отец? — Наклонив голову в бой, поинтересовалась змейка.

— Даже у меня. — Кивнул я, невольно вспомнив про одну простую вещь, способную поставить крест на моих планах.

20 или критическую удачу никто не отменял. Даже в этом мире.

***

7 июня, 2012 год от рождества Христова.

Вечер того же дня.

Королевская спальня, замок Нойшванштайн, Латверия, Восточная Европа, Евразия.

— Сегодня ты удивительно задумчива, Виктория. — Сказал я, с удобством разлегшись на широкой кровати и с нескрываемым наслаждениям наблюдая за изящной и самое главное — обнаженной фигуркой, мягкими и плавными движениями расчёсывающей волосы сидя за небольшим туалетным столиком.

— Как ты это понял, Виктор? — Спросила она, бросив на меня короткий взгляд своих ярких изумрудных глаз. — Неужели я слишком тихо стонала? Или тебе не понравился сюрприз?

— О, нет. — Ответил я, чувствуя как от одного воспоминания по телу пробежали мурашки. — Этого я не забуду еще долго.

— Вот и хорошо. — Не скрывая собственного довольства, сказала фон Дум, закончив с волосами и начав натягивать на свои нижние округлости короткие домашние шорты.

— Ты только что попыталась уйти от ответа. — Заметил я, невольно нахмурившись. — Дорогая, с тобой точно все в порядке?

— Да. — Ответила она, натянув через голову короткий топ и бросив на меня раздражённый взгляд. — Что с тобой, Хекматьяр? Раньше ты никогда не волновался за мое психическое здоровье.

— Потому что видел, что с тобой все в порядке. — Возразил в ответ я, сев и впившись в нее взглядом своих красных глаз. — Виктория, если ты не забыла, то я гораздо старше, чем кажется. Я умею читать людей и замечать, когда с ними что-то не в порядке.

— Ну спасибо. — Фыркнула фон Дум, показательно задрав нос. — Напомнил насколько я пала. Сплю с многовековым стариком, который мне в пра-прадеды годиться.

— … —

— … —

Вот только несмотря на шутку мой взгляд не изменился, оставшись все таким же холодным и пронзительным. Мне хотелось знать, что твориться в душе сидящей передо мной особы, и как тот, кто с ней спит и имеет весьма тесные финансовые отношения, я имел на это определенное право.