Впервые Головин шёл и думал, как низко летает князь. Такой величавый и хищный, а в небеса никогда не поднимался. Круг его интересов всегда вертелся вокруг него самого же.

Всеволод не принижал Ошкина. Он не раз убеждался, что князь умён, хитёр, беспощаден и прочее, но всю жизнь занимается укреплением собственного положения. Даже если он что-то сделал полезное, за что его можно было бы помянуть добрым словом, то это был вынужденный шаг, рассчитанный на получение преференций. Вся карьера князя зиждилась на бесконечной борьбе за право влиять на императора наравне со светлейшими князьями.

Советник остановился. Он никогда не обманывался на счёт князя и его устраивало, что Ошкин включил его в число полезных людей. Князь умел ценить людской ресурс, который оправдывал его ожидания. Благодаря ему Головин продвигался по служебной лестнице. Вот только с каждым шагом наверх самостоятельности у него становилось всё меньше и меньше.

— Всеволод Аристархович? — обратился секретарь, недоумевая причиной остановки.

— Что? Да-да, прошу прощения… идёмте.

— Вас ждут, — пригласил секретарь, когда слуга распахнул двери.

— Ба! — раздался возглас князя. — Всеволод Аристархович? Ты ли это? Поверить не могу! Дай-ка я на тебя посмотрю!

Ошкин, демонстрируя дружелюбие, обхватил Головина за плечи и действительно принялся рассматривать его. Отпустил, отошёл на пару шагов и потрясённо покачал головой: — Признаться, до последнего не верил, что такое возможно.

Головин позволил себе чуть приподнять бровь.

— Да, знаю, что ты никогда ничего не приукрашиваешь, но, когда дело касается той мещаночки… — князь замялся, не желая оскорбить нужного ему человека. — А оно вот как, — закончил он, предлагая садиться. — Ну, рассказывай! Как ты решился идти в Мёртвый мир и почему мне ничего не сказал?

Головин коротко обрисовал ситуацию, в которой князь сам пришёл к выводу, что его человек не мог не воспользовался оказией.

— Понимаю, понимаю, но всё же надо было дать знать, — пожурил он Всеволода. — А у нас тут боги знают, что творится! Вместо охоты на тварей все бросились ловить жрецов, умеющих открывать порталы. У этих стервецов в храмах только боги ведают, что творится. Одни до исступления кричат, что нельзя открывать порталы, и появление тварей всего лишь первый сигнал об опасности; другие верят, что ведут землян к новой жизни и, не жалея, себя торят тропы.

— Ведут нас к новой жизни?

— Да! Представляешь, у них завёлся мессия! Они зовут его Великий Проводник! Он научил их открывать дверь в другой мир и обещал, что потом все миры будут открыты для них. Пока мы диву давались открытию электричества и восхищались попытками энтузиастов летать, служители богов познавали законы мироздания!

— Интересно, — Головин подался вперёд.

— Сейчас меж храмами и внутри храмов разлад. Поначалу Великий Проводник всех очаровал своим учением, но потом жрецы Древобога и Матери-Сыры-Земли засомневались в пользе открытия проходов в иной мир и заняли выжидательную позицию. Зато Семаргловы вестники и Перуновы воины развернулись по всей империи, они даже среди шаманов разных народов умудрились устроить раскол. А мы знать не знали, что уже не один год среди жрецов идет тихая смута. Зато, когда появилась твоя иномирянка, то там всё так забурлило! Ох, забурлило! — хохотнул князь.

— Так что про мироздание?

— Ай, да чушь всё это! Их мессия сказал, что Земля не одна во Вселенной и научил открывать дверь в один из миров.

— Мы никогда не думали, что единственные, — пожал плечами Всеволод. — И в преданиях остались свидетельства о хождении героев в нижний или верхний мир.

— Так то герои шастали туда-сюда, а Великий, прости меня Перун, — князь осенил себя обережным знаком, — научил открывать проход не одну сотню жрецов! Пока мы тут в ус не дули, он создал целые школы, где растил Привратников.

— Но какова цель? Зачем он это делал?

— Вот! Ты всегда зришь в корень! — князь шутливо погрозил пальцем. — Тебя не обманешь красивыми словами о мирах и звёздах. Ну так слушай! Он обещал жречеству вернуть силу, которая была у нас когда-то давным-давно.

— Силу, — задумчиво повторил Головин.

— Да. Согласись, это заманчивое предложение. На Земле вновь появились бы чудо-богатыри, кудесники и чародеи! Как ты понимаешь, первыми освоили бы эту силу храмовые воины и мудрейшие, а остальные… даже не знаю.

— Вряд ли Перуновы служители планировали делиться с кем-то силой, — иронично заметил Всеволод. — Да и другие не расщедрились бы.

— Ну почему же, жрицы Матери-Сыры-Земли разрешили бы бесприданницам-дворянкам учиться волшебству, — хмыкнул князь, но в свете того, что до этого он поведал, как оттерли жриц от проекта обретения силы, всё это было как насмешка.

Головин понял, что отвлекся на разборки между храмами, не разобравшись в главном.

— Ваше сиятельство, что же получается? Проводник всех уверил, что через порталы на Землю должна просочиться сила? И чем больше открыто проходов, тем быстрее идёт процесс?

— Ну да, — пожал плечами князь. — Не спрашивай меня, как это происходит. Я ничего не понял.

— И всё же?

— Ты зануда, Всеволод Аристархович! Ну хорошо. Там не простое перетекание воздуха из одного места в другое. Через порталы к нам попадают нити, ростки, семена… называй как хочешь, потому что мы не видим их, но они к нам уже попали и проросли, размножились, начали насыщать эфир собою. Как ты понимаешь, на это требуется время, но его можно сократить, если чаще открывать порталы. Я поначалу думал, что всё это чушь! Но… — князь развёл руки, демонстрируя, что ошибся и признаёт свою неправоту.

— Верховные жрецы приняли очень ответственное решение за всех нас, — произнес Головин. — И что теперь? Жрецы больше не верят в насыщение эфира невидимой силой?

— Верят, — уклончиво протянул князь. — Верховные чувствуют происходящие изменения и фиксируют их, но благодаря экспедиции Орлова стало известно, что дивный дар можно получить, пройдя в портал и убив одну из тварей. Согласись, что это в корне меняет слова Великого. Он не мог об этом не знать, но молчал, предпочитая кормить жрецов крохами силы со своих рук и заставляя открывать порталы!

— Соглашусь.

Князь поднялся и, важно вышагивая по кабинету, произнёс:

— Мёртвый мир оказался к нам неприветлив и воздух там тяжёл. Но дары, которые нас там ждут, бесценны! Вот и я собираю отряд, чтобы пойти туда. Сомневался, конечно, но увидел тебя — и сомнения прочь! — Ошкин хлопнул по столу ладонью. — Хочу быть таким же молодым! — он улыбнулся, демонстрируя дружелюбно-шутливое настроение. — Как думаешь, получится у меня?

— У вас есть вся информация, так что не может не получиться, — осторожно ответил Головин.

— Верно. Я тут на досуге перечитал все твои старые записи насчёт Мёртвого мира и всю ночь читал последний твой доклад, но раз ты вернулся, то теперь всё проще. Пойдешь вместе со мной!

— Ваше сиятельство, раз надо, то пойду, — оправдал ожидания князя Всеволод.

— Вот и отлично! — Ошкин хлопнул советника по плечу.

— Только до ухода я хотел бы жениться, — твердо произнёс советник.

— Та-а-ак! — Ошкин был удивлён. — Ишь, шустрый какой! Не ожидал от тебя. На ком же? Хотя, погоди, дай я сам догадаюсь. Уж не та ли штучка иномирная тебя охомутала? — князь нахмурился, всем своим видом давая понять, что не одобряет выбора, но видя, что Головин упрямо поджал губы, вернулся к дружескому тону: — Так на что она тебе? Девица ж с тебя ростом! Ты у меня теперь красавец! Смотри, какой видный стал! Любая знатная девушка за тебя пойдёт. Сам сватом пойду! — воодушевленно закончил Ошкин.

— Угадали, ваше сиятельство. Моя избранница госпожа Образцова.

— Головин! Ты это брось! — князь всё ещё шутливо погрозил пальцем. — Или не услышал меня? — тон Ошкина предупреждающе похолодел.

— Услышал, но другой мне не надо, — Всеволод вытянулся в струнку и уставился в окно, стараясь не смотреть князю в глаза.