– Откуда она тут?

– Я успел связаться с Фростом.

– Ты уверен, что он у тебя простой смертный? – с подозрением спросила я.

– Он дворецкий.

И снова поцеловал меня перед тем, как посадить в карету:

– Оставайся дома. Ситуация, как ты видишь… слегка вышла из-под контроля.

– Только слегка?

В ответ мне послали тёплую улыбку.

Дома я осталась. И даже надолго. Мне пришло в голову ещё поработать с анализами крови. Меня не оставляла в покое одна мысль: чья кровь была в лаборатории вместе с кровью убитого? Даже если предположить, что был второй преступник, который орудовал топором и снёс полчерепа уже трупу Харта, не мог же он столь неуклюже это делать, что поранился сам?

Увы, каких-то других образцов у меня не было, чтобы их сравнивать. Зато были способы понять, представителю каких рас эта кровь могла принадлежать. В связи со спецификой моей последней работы, у меня в саквояже находились различные индикаторы, позволяющие определять подобное.

И ответ я получила. Удивительный ответ.

А дальше события стали разворачиваться с ещё большей скоростью. Буквально к обеду Фрост принёс мне сообщение от Верлицкого (уж не знаю, как они связывались между собой, и была ли то магия или почта). В сообщении говорилось, что он поймал убийцу и, помня поведение соглядатаев из Ордена, отправляется вместе с ним в министерство темномагических искусств, а это значит, к Тару в Сумеречный дворец. И приглашает туда же меня на финальное разбирательство.

Что ж, отлично! Мне тоже было о чём рассказать.

Скептически осмотрев себя в зеркале, я решила принарядиться. Чёрное платье сменил тёмно-зелёный костюм. Всё по последней моде: узкая юбка, подчёркивающая бедра, лишь немного расширяется книзу. Жакет сидит плотно, выделяя тонкую талию (бёдра от этого выглядят пышнее и интереснее), ряд матовых пуговиц спереди, как ни странно, придаёт строгости и, конечно, высокий воротник-стойка, оттенённый белоснежным кружевным жабо. Бархатная чёрная отделка на манжетах делала образ законченным и утончённым.

Рыжие волосы забраны вверх в пышную причёску, но часть локонов спускается на плечи, придавая мне некую загадочную воздушность. И венчала голову маленькая чёрная фетровая шляпка с зелёной лентой и с изумрудным пером птицы Лаг.

То, что надо для сражения в высоких кругах. А то, что на встрече в Сумеречном дворце будет не только Верлицкий и Тар, я даже не сомневалась.

Кабинет Тара был не в пример интереснее, чем у безопасника: тут были камин, стол, заваленный бумагами, и весьма хороший бар. Мебель, хотя и вычурная, но смотрелась уместно и была удобной.

Несмотря на немалые размеры, сегодня в кабинете было тесно. Кроме самого Тара, присутствовали Верлицкий, сэр Персиваль, старший инквизитор Добронравов со своим подручным (интересно, они везде вместе ходят?).

Когда я зашла, все взгляды обратились в мою сторону. Мужчины встали, когда я картинно застыла в открытых дверях. Моё появление оценили: Дэнис счастливо улыбнулся, Тар приветственно подмигнул, инквизиторы скривились, а Главный безопасник посмотрел со значением.

Ну что же, представление начинается.

– Благодарю вас, господа, за то, что вы все любезно откликнулись на моё приглашение, – Тар был сама любезность.

Все расселись по местам, мне, слава богам, места хватило.

– Итак. У нас произошло прискорбное событие в Обители Света. Погиб Натанеэль Харт, инквизитор и выдающийся учёный Ордена. Его преосвященство князь Верлицкий и госпожа Каролина по высочайшей просьбе занялись расследованием. Надо объяснять почему именно они? – последнее он спросил, обращаясь к инквизитору и сэру Персивалю. И, не дожидаясь их ответа, продолжил. – Князь многие столетия является членом Ордена и это наша дань уважения церкви, тем более у него безупречный послужной список и много успешных расследований на счету. Госпожа Каролина обладает бесспорными талантами в зельеварении и огромным опытом в их определении. А также имеет личную благодарность его величества за заслуги перед Светлой Империей.

Уверена, некоторые могли подумать о каких «услугах» идёт речь, но нет, они бы не угадали, император Альтера не был в моей коллекции.

– А теперь слово вам, Дэнис. – закончил своё вступление Тар.

– Нами были выявлены следующие факты. Брат Харт был убит острым тонким предметом, воткнутым в основание черепа, который немедленно перерубил жизненно важные сосуды и привёл к мгновенной смерти. Однако, кончик этого оружия застрял в основании черепа и обломался. Вероятно, этот факт убийца обнаружил позднее. А вот что было дальше, можно лишь предполагать: либо он рассказал своему нанимателю об этом, либо решил сам уничтожить улики. Это мы узнаем только на допросе. По обнаруженным же уликам второй человек (а по отсутствию ауры можно смело утверждать, что убийца не маг) пришёл на место преступления и топором снёс часть черепа трупу Натанеэля с целью скрыть улику, которая привела к смерти.

– А зачем такие усилия? Харт был мёртв, какая разница, чем его убили? Стилетом или топором? – не сдержал любопытства Добронравов.

Как ни странно, ему ответил сэр Персиваль:

– Если найти орудие убийства, причём именно то, что прервало жизнь, можно по эманациям смерти выйти на преступника. Но как-то не очень умно: просто отрубить часть черепа и уйти…

– А где вы видели умных и безупречных преступников, мой дорогой Персиваль? Уж вам ли не знать, что такие бывают только в бульварных романах, – ответил ему Тар.

Я заметила, что на слове «дорогой» из уст некроманта, «золотой мужчина» поморщился. Я подмигнула Тару: «Ах как нехорошо подтрунивать над поверженным соперником.»

– С вашего разрешения, господа, я продолжу, – откашлялся Верлицкий. – Так как благодаря мастерству госпожи Каролины мы смогли обнаружить кончик стилета, у меня появилась возможность найти убийцу. Но сначала надо объяснить ещё кое-что. После смерти брат Харт восстал из мёртвых. Чему было множество свидетелей, посему этот факт доказывать не нужно. А вот почему он восстал, объяснит вам госпожа Каролина, передаю слово ей.

Я важно кивнула и рассказала, как обнаружила следы двух зелий в крови Харта: «Бодрость молодости» и «Вечный покой». Попутно объяснив их свойства и последствия.

– То есть, его отравили дважды? – уточнил сэр Персиваль.

– Именно, – ответила я, – но по поводу «Бодрости молодости» я заподозрила, что её он сам мог принимать… для потенции.

Вот теперь все мужчины на меня смотрели несколько смущённо. Обсуждать такую тему с дамой… было неловко. Трупы, кровь – это пожалуйста, но вот интимные процессы. Но ничего, я проведу их через эту неловкость. Сделаю её ещё более… неловкой.

– Тут весь вопрос в тех исследованиях, которыми занимался покойный. Ему требовался способ для преобразования энергий и, видимо, он где-то прочитал или услышал некую древнюю тайну: ведьмы во время соития могут пить энергию мага, постепенно преобразовывая её в свои силы.

Я сладко улыбнулась по очереди сэру Персивалю (пусть не забывает с кем имеет дело) и братьям инквизиторам.

– Для подобных «экспериментов» он выбрал не самую… удачную личность. Ведьму Аврикию Блоудбери. Ведьму, которая почти сошла с ума от своих чёрных дел и потеряла собственную личность. Уж не знаю, как они сошлись, но если она пила его силы, то ему однозначно понадобилась бы «Бодрость молодости». Очень был увлечённый человек, этот ваш Харт.

– Значит, всё как я и говорил! – вскричал Добронравов и, повернувшись к Персивалю, заметил, – а вы мне не поверили! Ведьма его эта сумасшедшая и убила!

– Вы утверждаете, что защита Обители так слаба, что пропустила посреди белого дня ведьму? Действительно давно я не занимался делами Ордена и не знал, как всё пришло в упадок! – насмешливо заметил Верлицкий.

– Что вы такое говорите! Конечно нет! – взвился Добронравов.

– Тогда как? Нам нужны факты в расследовании, а не домыслы!