Пламя, которое формировалась на ладони Фурманова, тут же развеялось, а сам мужчина отступил.

— Вот видите? — усмехнулся я. — И никаких дыхательных гимнастик. Так и знал, что вы мне всё время тут лапшу на уши вешали.

— Думаешь, дар проклюнулся наконец-то, и ты теперь сильнее всех⁈ — взвизгнул старик, и между его ладоней начало формироваться пламя куда быстрее моего. — Ты играешь с тем, чего не понимаешь!

Но рывок от меня, и он получил в челюсть. Собственно, как и я, равноценный обмен. В последний момент он попытался уклониться, но я всё равно попал в цель. Его техника дрогнула, но на этот раз не рассеялась. Таки пытается сдерживаться старик?

Наконец-то Фурманов понял, что от меня можно ожидать что угодно, и попытался разорвать дистанцию. Но я ведь не дурак, чтобы позволять ему подобное!

Его нейтральная магия была заметно слабее, чем у Холодова. Да и удары куда хуже поставлены. Собственно, по нему и так видно, что он лет на десять старше, совсем пенсия, кожа обвисшая.

Я нагло теснил его, не забывая приправлять огнём. Я был банально моложе и сильнее. Да и дар против таланта существенно сильнее. Ему действительно требовалось концентрироваться и дышать, у меня же будто само вылетало, скорее ограничивать приходилось. Потому он в итоге отбросил огонь и перешёл на чистую нейтральную энергию. От неё прилетало больнее, конечно, но адреналин во мне кипел.

— О, я прекрасно понимаю! Всё понимаю! — я резко выбросил руку вперёд, и пламя рванулось из ладони, ударив в землю перед ним и подпалив брюки. Но, похоже, он носил специальную одежду, более тугоплавкую.

Старик был зол, от него, словно от печки, несло жаром, хоть огонь он уже и не использовал. Даже не знаю, на меня ли, или на себя за слабость он злился. Он действительно был слаб как маг пламени! Я ожидал с его стороны большего сопротивления, а не перехода на обычный кулачный бой.

Внезапно прозрачный вихрь рванулся ко мне. Нейтральная магия выглядела как чистое стекло, совсем прозрачная. Но я будто пятым чувством ощущал её. Потому едва-едва, но успел наотмашь отбить атаку собственным зарядом. Точнее, это я так подумал, но волна огня неожиданно отпружинила назад.

Интересно, а собственное пламя будто и не обжигает даже, чему я приятно удивился. Сердце заколотилось, эйфория от внезапного открытия взбурлила кровь. Интересно, а чужой огонь я как буду воспринимать?

— Да! Вот так! — я бросился вперёд, вытягивая вперёд ладони и выпуская огненные языки.

Он парировал, отводя мои руки, а заодно и пламя в стороны. Но я не останавливался, заходя сбоку, пытаясь прорвать его защиту.

— Хватит! — его голос грянул, как гром, будто усиление использовал, но я лишь засмеялся.

— Боишься? Или уже выдохся? — открыто я смеялся над ним.

Хотя, не сказать, чтобы я выигрывал. Старикан хоть и злился, но сдерживался, как мне казалось. Да и я отхватил болезненных ударов куда больше, чем он моих атак. Я даже подпалить его толком не смог, он хорошо прикрывался нейтральной магией. Но не это важно, а та сила, что текла от него ко мне.

Возможно, в обычных условиях я бы уже валялся на земле, скуля от боли. Но энергия давала мне выносливости, ослабляла неприятные ощущения, а ещё я не испытывал усталости, с чем постоянно сталкивался прежде. Вот что значит чужая истинная ярость!

Но что-то пошло не так. Внезапно сила начала улетучиваться, а уже ставший приятным внешний жар сошёл на нет. Да в смысле⁈

Я разорвал дистанцию и присмотрелся к старику. Он выглядел обеспокоено, даже, я бы сказал, испуганно. К сожалению, эти ненужные эмоции вытеснили злость по отношению ко мне. И чего так не вовремя? Чего он испугался, блин?

Энергия, не уходи, пожалуйста, ты мне нужна! У меня только что начало что-то получаться — и такая подстава!

Я зарычал и в следующий миг бросился на старика. Но тот чуть ли не молниеносно отступал, словно обтекая мои атаки. В ответ мне не прилетало ничего — ни ударов, ни злости. Последние крохи блаженной энергии покинули меня, и я пошатнулся.

Да какого⁈ Откуда такая слабость и головокружение? Откат? Вот же старикашка несчастный, такая хорошая тренировка была, и всё испортил этот гад!

Я попытался снова напасть на него, уже не веря в удачу. Хотел даже не огнём, а просто кулаком дотянуться. Прекрасно понимал, что сейчас только жалкие искры вылетят, если попробую призвать дар. Проходили, знаем.

— Чё, испугался? — голос мой вышел тише, чем рассчитывал. — И кто тут из нас девчонка? Приходится гоняться за жалкой крысой. Хорошее занятие. Так и знал, только успех выйдет в магии, как сразу попятную дашь. Ты ведь и не собирался меня ничему учить на самом деле, я ведь прав?

Я постарался смеяться, вышло вымученно. Но меня всё же коснулось легкое тепло его злости, и усталость мигом улетучилась. А ещё перед носом вспыхнуло чужое пламя, отчего я резко отступил. И внезапно чьи-то железные руки впились мне в плечи, резко опрокинув на траву.

— Ты совсем спятил⁈ — хриплый и злой голос Холодова слегка отрезвил меня.

Он меня скрутил, упёрся коленом в спину, прижимая к земле. Заодно заломив руку так, что кости чуть не хрустнули. Я выругался, дёрнулся, но не смог вырваться.

— Отпустите!

— Молчать! — рявкнул Аркадий Петрович надо мной. — Вы в порядке, Артемий Валерьевич?

— В порядке⁈ — взревел тот в ярости, тепло от которой всё ещё вливалось в меня. — Да ваш выродок совсем с ума сошёл! Он посмел напасть на учителя!

— Да какой ты учитель⁈ — я выплюнул эти слова, чувствуя, как губа распухает от удара о землю. — Ты посмел обмануть меня! Ты не умеешь учить!

Я мог бы продолжать, но Холодов уткнул меня носом в траву, и я не хотел есть это, потому заткнулся, тяжело дыша и фыркая от травинок, попадавших в нос. Отвернуться не мог, он держал меня за затылок.

Над нами повисло молчание. Потом Фурманов медленно выдохнул, и я чувствовал, как тепло сходит на нет. Так, надо постараться удержать его, так что я успокоился, концентрируясь на этом важном деле.

Холодов поднял меня, продолжая удерживать.

— Я прошу у вас прощения от имени рода Стужевых, — сказал он. — Вы получите компенсацию…

— Да подавитесь вы своей компенсацией! — снова вспылил старик, и меня обдало ненадолго теплом. — Пусть она покроет мой штраф за отказ работать с этим неблагодарным ребёнком! Я ухожу! Ноги моей в этом доме не будет!

— Так ты в дом и не заходил… — тихо пробормотал я, так как основные силы уходили на внутреннее тепло.

— Заткнись, — рыкнул Холодов мне в ухо и больно вывернул руку. Казалось, ещё немного, и он действительно мне её сломает. — Ещё раз прошу прощения от имени рода…

— Лучше о мальчишке позаботьтесь, — оборвал его Фурманов и поспешил уйти.

— Да что на тебя нашло⁈ — Холодов отпустил мою руку и развернул к себе, отчего я чуть было не потерял равновесие.

Чёрт! Энергия рассеивалась! Нет, стой! Куда! Ты мне нужна!

Мне было не до ответов, я всеми силами старался сдержать «воду», которая просачивалась сквозь пальцы, несмотря на все мои старания. Лишь когда я весь сжался, напрягая мышцы тела, скорость уменьшилась.

— Что с тобой? — в голосе Холодова было беспокойство. — Он… Артемий Валерьевич сделал что-то недостойное? Оскорбил тебя?

Но я упорно молчал. Скорость «испарения» хоть и уменьшилась, но не остановилась! Да как так-то? Мне что, каждый раз надо кого-то злить, получать в табло и только тогда обретать силу? Так нечестно!

Сдерживать «испарение» энергии было очень тяжело. На грани сознания услышал, как Холодов велел мне возвращаться в комнату. И кажется, добавил что-то о том, чтобы я подумал о своём поведении. Не важно. Важно другое — удержать силу.

Я очень медленно двинулся в сторону поместья. Будто с кружкой воды, налитой до краёв, которую нельзя расплескать. И всё равно, пока добрался до лестницы на второй этаж, энергии было на донышке. Я психанул и расслабился, отчего остатки силы моментально исчезли.

Быстро взбежав по лестнице, я направился в душ. Лишь снимая одежду, увидел, что она безнадёжно испорчена огнём. Жаль. Надеюсь, эти траты будут лежать на моём отце, а не на моих карманных расходах. Хотя, за еду ведь не спрашивают.