— Какой же он здоровый… — вздохнула Буми. — Вектор хороший, идем в зоне. Так держать.

— Принято, — отозвалась Лориэль.

Даже опытным взглядом оценить масштабы корабля было сложно. «Веркимер» напоминал Лориэль большой бутерброд, только вместо вкусной начинки между двумя частями с плавными очертаниями какая-то темная прослойка. Округлости частей пропадали по мере приближения, и вот уже это наслоение множества конструкций, а не безупречно гладкая поверхность.

Лориэль запросила контроль, ответили сразу же. Вскоре стали видны навигационные маяки. Красные и голубые огни переливались прямо по курсу. «Ласточка», важно насупившись, недоверчиво поплыла вперед. Машина не сразу поверила, что маленькая щель впереди — посадочный шлюз. Вблизи же стало понятно, что сюда вполне пролезет и обычная «платформа». Лориэль посмотрела по сторонам. Складывалась впечатление, что «Веркимер» непреодолимой стеной бесконечно тянется в обе стороны.

Привычные три посадочных сигнала и шлюзовой барьер пройден. Внутри «Веркимер» легко узнавался по имперскому порядку и разметке. Справа шесть десантных барж старого типа, стоят в размеченных областях. В центре две группы готовых к вылету перехватчиков — эти уже новейшие, Лориэль видела их только в рабочих формулярах. Слева снова баржи, двадцать две штуки. Стоят в своих зонах, все размечено, на посадочных площадках выведены огромные цифры по порядку.

Прямо по курсу два техника подавали фонарями посадочные сигналы. Встречающих было немного. «Ласточка» на их глазах легко, словно ничего не весила, подплыла, снизилась до метра и играючи развернулась кормой. Села машина беззвучно, даже посадочные опоры сработали так мягко, что в привычном шуме ангара их было неслышно. Сразу же платформа открылась и к встречающим вышла командующая. Все сразу вытянулись и козырнули.

Экипаж через камеры наблюдал за командующей, пока она не покинула ангар.

— Я выйду ноги размять? — спросила Буми.

— Идем.

У трапа из кабины уже стояла дозорная.

— Зону не покидать, — вежливо напомнила она.

Лориэль кивнула в ответ. Все вокруг смотрели на гостей. Техники, пилоты, оперативная служба. Десятки, сотни глаз. Даже стальные машины своими темными кабинами уставились на юную, по их мнению, красавицу и придирчиво изучали. «Ласточке» такое внимание не понравилось, и она решила фыркнуть. Есть у новых движителей особенность держать в себе остатки плазмы. Мелочь и ничем не грозит, но рефлекторные системы научились сбрасывать лишнюю энергию. Поэтому на новые машины сразу никто не лез, ждали ответа систем. Сейчас под крыльями встроенные световые панели вывели надпись: «Не входить. Опасно!». «Ласточка» быстрыми движениями открыла все «перья» и начала несинхронно ими дергать, сбрасывая остаточное напряжение. Выглядело, словно птичка после долго полета трясет своими прекрасными крыльями и красуются перед остальными. Через три секунды «ласточка» спрятала «перышки» и расслабленно затихла.

Группа пилотов неспешно подошла к «ласточке». Старшую Лориэль узнала, хоть и не без труда. На доске почета в академии перехватчиков много разных лиц, и тех, кто уже ушел в Тишину, и тех, кто еще служит. По крайней мере служили в те годы, когда, будучи курсантом, Лориэль, как и многие другие, засматривалась на разные лица. Старшего когтя в мундире старого образца по приметным полоскам темного меха на лице узнать было несложно, хоть она и постарела.

— Добрых дел, — сказала ветеран и улыбнулась. — В гости не пропустите? Спецрейс?

— Добрых дел, старший коготь. Так точно, не имею права, — Лориэль шагнула поближе к разметке летной площадке, разделившей сейчас ее и пилотов корпуса Гнева, и выверенным движением приложила руку к голове. — Мастер Лориэль, старший пилот проекта «Ласточка».

Ветеран снисходительно улыбнулась и спросила:

— А вы не слишком молоды для мастера?

— Так точно, — ответила Лориэль.

Старшая, удовлетворенная ответом, кивнула и уставилась на машину.

— Значит, это и есть знаменитая «ласточка»?

— Так точно.

Остальные пилоты разошлись в стороны, чтобы получше разглядеть машину. Очень уж она из занимала.

— Ни двигателей, ни стабов? — спросила старшая, не спуская глаз с машины.

— Новый тип движителя. Уже принят на вооружение. Есть и старые модели в строю, там все как обычно.

— Ясно.

Старшая прошла в сторону и встала, глядя прямо на кабину.

— Вы со станции прилетели?

— Никак нет. Напрямую с Галаданы.

— Мы сейчас где-то в миллионе километров от планеты. За сколько времени долетели?

— Буми!

Навигатор шустро выскочила вперед и встала рядом.

— Покажи старшему когтю график полета, — распорядилась Лориэль.

За три секунды Буми запустила на «куполе» данные и показала их собравшимся.

— Меньше восьми часов? Хороший результат, — сказала старший коготь. — И сколько пилотов подготовлены к подобным полетам?

— Не пилотов, экипажей. Все без исключения.

— Так уж все? — улыбнулась старшая.

— Включая некоторых курсантов.

— Настолько все просто или подготовка хорошая?

— Подготовка.

— Очень хорошо, — старшая кивнула. — И разрешите личный вопрос, мастер.

— Слушаю.

— Случайно не знаете, когда нас отсюда выпустят?

Сейчас заулыбались все. Не то сдержанно, не то обиженно. Корпус Гнева явно рассчитывал на другой прием.

— Точных данных не имею, — Лориэль пожала плечами. — Знаю, что один отряд уже начал перевозить медицинское оборудование и персонал на станцию. Мой отряд приступит к полетам через двое суток.

— Приятно слышать, — старшая окинула взглядом собравшихся. — Расходимся, боевые. Дома насмотримся на «ласточек». Добрых дел, мастер.

— Добрых, старшая.

К гостям на «Веркимере» не потеряли интерес, посматривали издали, не беспокоили. Лориэль вдруг вспомнила как когда от нее в торговом центре шарахались все, потому что была в мундире. Почему-то ощущение возникло именно такое. С одной стороны смешно, с другой неприятно. Она отошла в сторонку, прислонилась к грузовому модулю и уставилась на ряды перехватчиков. Отличные машины. Ей так и не довелось посидеть в кабине именно этой модели. Были полеты на спарках, но самое сложное выполняли инструкторы или при их участии. Своего полета на перехватчиках у Лориэль не было. «Ласточка» прекрасно ее понимала и не ревновала, словно говорила, что никуда вы, мастер, от нас уже не денетесь.

В кабине устроились немного подремать в креслах. Удивительно, но Шаяндара вернулась очень быстро и в хорошем настроении. Ее не было всего-то часа два.

— Летим домой! — сказала командующая, едва пряча улыбку.

В ангаре собралась много любопытных. Все смотрели как техническое чудо родной планеты поднимается в ангаре, распускает яркие «перышки» и легко, как пушинка, вылетает прочь из стального брюшка огромного дредноута. Переглянувшись, все вздохнули и вернулись к своим делам.

На завод Лориэль вернулась с началом рабочего дня. Пока машина не коснулась бетона посадочной площадки все было отлично, а потом усталость взяла свое и жутко захотелось спать.

— Мне нужен массаж хвоста! — сонно сказала Буми и потянулась.

Навигатор не стала никого дожидаться, сдала быстренько рапорт и помчалась домой. Лориэль задержалась не сильно дольше. Правда и поспать толком не вышло. Проснулась чуть за полдень и, не зная, чем заняться, поехала обратно на завод. С удивлением узнала, что Буми тоже вернулась, заперлась в инженерном отделе и просила не беспокоить.

Зара и мастер Хирондель с большим интересом пересматривали данные о полете.

— Заметила, что на скоростях за сто пять тысяч расход топлива падает? — спросила Зара.

— Чего? — удивилась Лориэль.

Они просмотрели данные еще раз. Процесс начинался еще раньше, можно было списать на погрешность, изменения почти незаметны. Ближе к скоростям в сто тысяч вопреки всему потребление энергона начинало падать. В пиковый момент, когда «ласточка» разогналась до ста двадцати пяти и уверенно шла на этой скорости, потребление топлива снизилось почти на семь процентов. Это уже точно не погрешность, а закономерность.