Чем больше Лориэль рассказывала, тем выше поднимались у Зары ушки. Простыми словами все увиденное передать сложно, но хватило и этого. Зара, как настоящий флотский коготь, уловила суть сразу. Тетушка Ниларэль учила, что пилот состоит из трех вещей – первая, это голова и руки, то есть ум и координация, они должны быть отменными. Второе – это характер, без него первая часть не живет. И третье, самое важное, это любовь к своему делу. Любая девчонка, мечтающая о небе, может получить шанс закалить характер и стать настоящими пилотом. Координация тоже нарабатывается, это просто механика, сильванки от природы ловкие, так что поднять навыки на должный уровень бывает трудно, но вполне реально. С головой все проще - дуры мечтать не умеют.

- Правильно сделала, - подвела итоги Зара. – Теперь главное хвост не переломать. Времени маловато, но один хер, если что вытащим девочку откуда угодно. Как ее зовут, кстати?

- Айгиль.

- Как?! – Зара заулыбалась и вдруг безудержно залилась веселым смехом. Смеялась с минуту, а потом, утерев ладошкой слезы, через силу сказала: - Вот уж где не сомневаюсь – наша девка! Лори, знаешь, как ее имя с древнего переводится?

- Мои интересы в древнем закончились, когда я выбрала имена дочкам.

- Тоже верно, - Зара потянулась разлить настойку. – Ну, давай, за нашего Орленка!

Когда остальные вернулись за стол, они нашли пилотов в очень хорошем расположении духа. Посиделки приняли другой оборот, открылось второе дыхание на поговорить и посидеть в близком кругу.

Чтобы не сильно мучить местных поварих, решили взять с собой всего побольше и ушли в дом, прихватив несколько бутылочек наливки. Заболтались разными историями до самого утра, разошлись спать на рассвете.

Метелька ответила к полудню на следующий день, когда вся толпа бродила по местным магазинчикам. Лориэль больше закупалась не для себя, а для Мири. Сестренка с матушкой прислали большой список. Звонок пришел неожиданно, Лориэль даже на мгновение задумалась, чего хочет доктор.

- Не совсем вас поняла, - сказала Метелька. – Судя по описанию заболевания, вам лучше сразу обговорить все с профессором.

- Не решилась ее беспокоить.

- Раньше вы врали более убедительно. Профессор вернется через три дня, раньше я с ней ничего обсудить не смогу в любом случае.

- Благодарю.

- Если говорить честно, то вам будет сложно ее убедить. У нас сейчас развивается несколько новых направлений. Персонала не хватает.

- Передайте профессору… Я ее уговорю.

- Вот теперь я вам верю. Добрых дел.

Метелька отключила связь. Лориэль почесала ушко и побежала догонять подруг.

За оставшиеся дни отпуска набрали столько барахла и подарков, что всерьез задумались, а влезет ли оно все в ховер. Одних только морских деликатесов вышло кило так тридцать. Дома, конечно, всего хватает, океан близко, но тут нашлись некоторые виды редкой рыбки, да еще и с местных коптилен по бабушкиным рецептам было чего взять. Это не считая прочего барахла. Тесса дочкам взяла несколько видов ботинок и прогулочных туфелек. Остальные тоже не скромничали. Вопрос перегруза настолько беспокоил, что запихали все в машину и смотались к одной тетушке в контору с большими весами. Вышло, что до лимита грузоподъемности не дотянули всего десять кило. На всякий случай еще и на полностью загруженном ховере сделали круг над пляжем, чтобы успокоиться. Потом сели, пожелали добрых дел Искре и ее рыжей сестренке и умчались.

Переедание и веселые попойки сразу же всплыли в анализах.

- Да вы охренели! – проворчала доктор Чаранга и прописала всем кучу препаратов для профилактики, правда допуск к полетам не отменила.

Айрина, счастливая и довольная, что ее оставляли за старшую, часа два докладывала, что успели сделать по машинам. Хмурилась больше всех Петимарра, копаться с документацией и помогать техникам лучшая работа в мире, но без полетов все-таки скучно. Девчонка и в самом деле тосковала. Зара сжалилась и пообещала, что запишет ее на вторичные облеты бортов при первой возможности. К первым вылетам допускаются только старшие пилоты, тут уж ничего не поделаешь.

Профессор позвонила где-то через неделю и предложила встретиться на обязательных процедурах, как раз пора было проверить протез.

С утра пораньше Лориэль помчалась в институт. Полная проверка занимает много времени, на одном программаторе только три часа пришлось просидеть. Основную часть исследований проводила Энтилана, к ее великому неудовольствию. Она шипела, ворчала, и сыпала шуточками чаще обычного.

- У меня заказов на регенериновые препараты на сто сорок дней вперед! Сто сорок, понимаете! А чем занята наша беленькая докторша? С профессором проверяют как провели ремонт в старом корпусе! Чтоб там все осыпалось! Не шевелитесь! Смотреть перед собой! А то все переделывать.

После процедур Лориэль просидела часа полтора в приемной, пока вся троица начальниц не вернулась в кабинет к профессору. Серенга, похоже, напрочь забыла о предстоящем разговоре и даже секунду-другую вспоминала, зачем ее ждут. В кабинете Лориэль изложила все как есть. По глазам профессора и так было все понятно, нейроимплант дорогая игрушка и кропотливая работа, сейчас у института планов обзаводится новым пациентом не было. Серенга, как опытный переговорщик, отказала так, что Лориэль на минутку почуяла себя еще и сильно задолжавшей институту. Метелька молча развела руками, мол, она предупреждала, у института сейчас ресурсов не так много.

- Я понимаю, - спокойно ответила Лориэль и собралась уходить.

- Вот же вы две крысы! – прорычала Энтилана. – Нас троих на дух не переносят, а тут вдруг приходят с просьбой, и вы носы воротите! Две старые…

Энтилана рыча махнула в сторону профессора с Метельной и повернулась к Лориэль:

- Вы мне одно скажите – девочка разговаривает все-таки? Речь связная?

- Так точно. Очень плохо говорит, но слова разобрать можно.

- Хорошо! – Энтилана хлопнула по столу. – Приводите. Я найду, кто займется девочкой.

- Уважаемая… - профессор напомнила о своем присутствии и потерла коготком переносицу.

- А вот нехер было меня равноправной участницей проекта делать! – фыркнула Энтилана. – Мы, возможно, можем подарить планете отличного пилота! Подарить одной девчонке шанс на обычную жизнь! С ваших миллиардов не убудет еще на одного пациента! Все, не обсуждается!

Профессор кашлянула.

- Ага, - Энтилана кивнула. – Жалобу от руки в трех экземплярах. На ближайшем совете учредителей обсудим. Я-то читала устав института, кстати. Вам тоже рекомендую. Вопросы? И попробуйте только мне помешать!

- Ты уже коэффициент биологического программирования знаешь? – с интересом спросила Серенга.

- Разберемся.

- Разбирайтесь, - холодно ответила профессор.

Энтилана утащила Лориэль к себе в кабинет и за закрытыми дверями честно предупредила:

- Средний показатель для установки изделия не ниже шестидесяти. В среднем этот коэффициент у рядовых сильванок не выше сорока восьми процентов. У вас, к слову, девяносто два. Если показатели будут ниже нормы об установке изделия не может быть и речи. Есть, конечно, передовые образцы, там совершенно иные требования и сложнейшая операция, зато совместимость полная.

- Я понимаю, доктор.

- Хорошо. Тогда недельки через две с вами свяжутся, покажите пациента нашей тетушке. Аутизм заболевание очень специфическое, и специалист должен быть такой же. Согласны?

- Так точно… Стоп! – Лориэль осенило. – Новый образец? Вы сейчас мне намекаете, что заранее записали девочку в подопытные мышки?!

- Да не шумите вы! – фыркнула Энтилана. – Мозг аутистов имеет свои особенности, средний показатель совместимости там не будет выше двадцати.

- Доктор! – Лориэль вскочила и прошлась по кабинету.

- Не переживайте. Операция сложнейшая, но это единственный шанс протащить вашу девочку в будущее. С гарантией. Ну, решение, в общем-то, принимать вам. Предложение я сделала.

- Так точно, - вздохнула Лориэль. – Решение принимать мне.