— Что тебе, курсант? — не заметил, как дверь открылась и я чуть не столкнулся с полковником.

— Курсант Провоторов. Я определён в группу…

— Я помню, только что общались, что-то случилось?

— Никак нет! У меня предложение, — выпалил на одном дыхании. Давать совет полковнику, специалисту в своём деле…

— Ладно, заходи, поговорим, — на удивление офицер не отказался меня выслушать…

— Значит предлагаешь совместить теоретические занятия с практикой? — после выслушанного монолога, произнёс полковник. Он сидел задумчивый. Я заметил, как менялось его выражение лица с неодобрительно-пренебрежительного, на заинтересованное и вот сейчас он сидел и рассуждал вслух, — в армии по призыву это практикуется. Одновременно выдаётся курс теоретических знаний, который в тот же день закрепляется практическими занятиями. Такая форма подготовки показала себя с хорошей стороны при малом сроке срочной службы. За месяц, два приобретаются необходимые минимальные знания, следующие два-три месяца они оттачиваются, и через полгода получается боеспособный солдат, готовый к выполнению боевой задачи. Но вот в чём закавыка, вы — будущие офицеры и вам необходимы обширные знания, а не только, какую кнопку нажать, как с помощью технических средств замаскироваться от беспилотного летательного аппарата разведчика, или каким боеприпасом стрелять по целям различной модификации. Вам необходимо научиться принимать решения в быстро меняющейся обстановке, научиться применять имеющиеся технические средства в полном объёме, используя весь заложенный потенциал…

— Товарищ полковник, извините, — встрял в рассуждения офицера, — так на практике обучение пойдёт быстрее. Тем более, как говорил на собрании начальник училища, уже имеется обобщённый опыт.

— На практике, с учётом опыта проведённых операций, — повторил полковник, — а имитационные тренажёры обещали настроить через неделю. Сейчас как раз обновляют базу и исходные параметры. Но критериев настройки слишком много, а данных пока мало, — полковник анализировал слова курсанта и предложенное показалось ему достойным внимания. — Ладно, курсант, я понял твоё предложение и обдумаю, посоветуюсь. Можешь идти.

Выйдя с кафедры, побрёл в расположение, где лейтенант проводил построение.

Только хотел спросить разрешения встать в строй, как взводный отдал команду: «Вольно! Разойдись!».

— О, Бес! Что так рано? — подошёл Серый.

— С завтра учёба начинается. После обеда и до вечера, — пояснил, не делая секрет из дополнительных занятий. Всё равно поймут, узнают, что отсутствую в расположении и не участвую в жизни взвода это время.

— Понятно.

— Что за построение было? А-то не успел.

— Завтра взвод придают на усиление в дежурную группу ответственному по училищу. Тебя ставить?

— Не хочу первое занятие пропускать, а когда закончится и в каком состоянии после него буду, не знаю, так что пока не надо.

— Я так и понял. Ладно, пошли в кубрик.

После обеда на следующий день прибыл на кафедру ТСП последним.

— Бес, больше не опаздывай. Тебя только ждали, чтоб вместе зайти, — выразил недовольство Борт.

— Так получилось, — пожал плечами, потому что сам виноват, что чуть не опоздал. После обеда пошёл не сразу на кафедру, а заглянул в библиотеку, сдать взятые книги.

— Собрались? — не успели постучаться на кафедру, как дверь распахнулась и вышел преподаватель.

— Так точно!

— Тогда пойдёмте в аудиторию. Первые занятия проведу я.

Аудитория, закреплённая за кафедрой ТСП располагалась рядом. И через пять минут мы сидели в уставленной масштабными макетами, увешанной плакатами и проекционными экранами классе.

— Меня зовут майор Свирский Алексей Юрьевич, — представился офицер перед началом занятия, — сегодня мы с вами ознакомимся, заучим условные сигналы, подаваемые жестами. Их не так много и на смежных предметах вы их изучали. Потом пройдём в аудиторию имитационных тренажёров и отработаем их применение в разных ситуациях, — майор говорил спокойно, размеренно, что я начал клевать носом от монотонной речи офицера.

— Товарищи курсанты! — от поданной команды, подскочил, — через десять минут встречаемся в третьей аудитории имитационных тренажёров.

— Ну ты и храпеть здоров! — толкнул меня в бок Витор.

— Что? — не понял я.

— Ты так сопел, уснул что ли? Хорошо, что майор не услышал.

— Не спал я! — отнекивался всю дорогу, пока поднимались на пятый этаж учебного корпуса, где располагались классы имитационных тренажёров. А сам пытался вспомнить, что говорил, показывал на примерах, майор. Условные жесты нам, проходившим спецкурс, показывали только один раз на одном из занятий, но они мне были знакомы. Тем более, в одном из классов, где проходили занятия, они были развешены в качестве плакатов.

— Итак, товарищи курсанты, — прибыв в аудиторию имитационных тренажёров, говорил майор, — разбиваетесь на две тройки и две пары. Отрабатываем передвижение группы на разной местности, движение группы на марше, в дозоре, при обследовании зданий. Наши тренажёры второй, третий и пятый. Первая тройка, одевайте костюмы и начнём.

В два человеческих роста, закреплённая на множестве шарниров сфера, впечатляла. Дома, в учреждении такой многофункциональный тренажёр, способный имитировать различную местность, а при помощи костюмов и температурный режим, ранения и переносимый вес, отсутствовал. Впервые, когда у нас состоялось занятие с использованием имитационного тренажёра я был сильно удивлён реальностью картинки, передаваемой посредством шлема и ощущениям реальности происходящего. Если в ходе тренировки получил ранение, то костюм подаёт звуковой сигнал и ограничивает движение той конечности, что получила повреждение, а если получил фатальное повреждение, замираешь без движения, но чрево тренажёра тебя не выпускает, ожидая завершения выполнения упражнения всей группой.

Внутрь выделенных нам для занятий тренажёров вошла первая тройка. Майор вывел на экран показания датчиков и изображение, что транслировалось на шлем. Он комментировал происходящее, указывая на ошибки, а я смотрел, как группа из трёх человек пробирается по едва заметной тропинке среди зарослей и мне было непонятно, почему не выслан передовой дозор, почему идут плотной группой и много почему у меня всплывало в голове. Я не понимал, откуда знаю, что передвигаться по незнакомой местности без высланного вперёд дозора недопустимо. Пусть группа слишком мала — всего три человека, но лучше выдвинуть одного на сто метров вперёд, чтобы остальные в случае засады могли или укрыться, или вступить в бой, зная о наличии противника, а не подвергнуться атаке одновременно.

— Следующая тройка! Подробный разбор после завершения упражнения. Особое внимание уделите сигналам: «Стоп!», «Внимание!» и перестроению в боевой порядок. А-то предыдущая группа при обнаружении противника бросилась в одну сторону и была уничтожена. И ещё, повторяю, команды голосом в упражнении не подаются…

— Бес, выходит ты со мной в паре, — подошёл Борт. Я и не заметил, как все разобрались по парам и тройкам, остались только мы.

— Хорошо. Кто будет старший в группе? — заранее осведомился, чтобы не тратить время на выяснение субординации во время выполнения упражнения.

— Ты, — на моё удивление, коротко ответил Борт. Должности и звания у нас были одинаковые, но Борт являлся неформальным лидером нашей небольшой группы и мне было удивительно, что он без спора отдал мне право стать старшим при выполнении упражнения.

— Последняя пара, приступить к выполнению! — я, как и мой напарник, находились каждый в своём тренажёре и ждали только команды к началу отработки упражнения.

Забрало шлема опущено, в руках массогабаритный макет автомата. На экране шлема появилась картинка. Поднял руку с приказом «Стоп!», «Пригнись!». Вчитался в описание задания: «Добраться до населённого пункта и осмотреть правый крайний дом. Прибыть в конечную точку маршрута». Ничего сложного. Аналогичная информация высвечивалась и у напарника. Не поворачиваясь к нему, отдал приказ: «Стоп!», а сам прошёл полсотни шагов и только потом отдал жестом приказ: «Вперёд!». Мы так и двигались на расстоянии примерно полсотни метров друг от друга. Я контролировал левую сторону, он контролировал правую. Так как видел меня, что я иду, повернув ствол автомата влево. Шли медленно, я через каждые десять-двадцать шагов подавал команду: «Стой!», «Пригнись!». Возможно это было излишне, так как в предыдущих выполненных упражнениях нападений во время движения к объекту осмотра не следовало, а только на отходе, но я, повинуясь чутью, исполнял задание так, как считал нужным.