— Группа восемь в полном составе, стоп!!! Вернуться к обнаруженному укрытию, обеспечить осмотр территории и сохранность периметра! — отдал приказ командующий, зная, что клоны не могут врать. Если внутри укрытия обнаружен истинно живой, то это именно так. Но надо подтвердить факт, а после яростной атаки аборигенов ещё больше дробить группу — это потерять не только солдат-клонов, но и обнаруженного истинно живого…

Минуты, что группа возвращалась обратно, командующий не находил себе места. Операция по поимке хоска провалилась. Визуальный контакт с группой противника утрачен. Атмосферные беспилотные аппараты потеряли след, две группы солдат-клонов потеряны, но… Вдруг там и не было никакого хоска, а диверсанты прятали и пытались увезти с собой пленного? Эта мысль вполне укладывалась в действия диверсантов. Спрятать пленного, отвлечь, а потом или навести на укрытие другую группу, или вернуться самим.

— Благодарю за спасение, — только появился визуальный ряд, как в канале прозвучал тихий голос и ашш Хонс увидел на экране уставшего, едва стоявшего на ногах истинно живого.

— Представьтесь, — спросил командующий, хотя уже знал ответ.

— Я — ашш Сошша Хааш, пилот штурмовика восемнадцатой атмосферной эскадрильи…

— Лейтенант воздушного флота, пилот штурмовой атмосферной авиации — ашш Сошша Хааш, представляюсь по случаю прибытия на командный корабль, — в зале совещаний было не протолкнуться. Ашш Хааш предполагал, что его возвращение фактически с того света произведёт определённый эффект, но, чтобы практически весь командный состав от полковника и выше собрался в одном месте и ради одного лейтенанта, он предвидеть не мог.

— Проходите, лейтенант. Командующий — Верховный Представитель ашш Хонс от имени всех истинно живых, приветствует Вас.

— Благодарю за оказанную честь.

— Не робейте, молодой ашш. Подойдите ближе и приступим к официальной части… Итак, решением Совета за проявленное рвение и мужество, вы удостоены ордена «За доблесть с лазурной звездой», — в абсолютной тишине командующий произносил официальные фразы, что предусмотрены протоколом при награждении такой высокой наградой. — За успехи при выполнении боевой задачи вам присвоено очередное звание — капитан воздушного флота. Поздравляю с высокой оценкой ваших успехов, истинно живой.

— Верен Совету! — немного взволнованно, отрапортовал ашш Хааш. Его не предупредили, по какой причине вызывают на командный корабль, и он изрядно волновался.

— Все свободны, — продолжая изучающе смотреть на ошарашенного лейтенанта, что в одночасье стал капитаном, командующий дал знак некоторым офицерам остаться. Ведь подготовка пилотов атмосферной авиации сопряжена с невероятными трудностями. На корабле тренировки проводились только на тренажёрах, но тренажёр на то и тренажёр. Без реального ощущения полёта, пусть и сглаженных системой, но перегрузок, не осознать всю опасность и сложность пилотирования. И если быть откровенным, в распоряжении командующего силами вторжения не так много атмосферных боевых летательных аппаратов, что управляются истинно живыми. Клонов к этому занятию вообще не допускают, не могут они в быстро меняющейся обстановке самостоятельно принимать решения. И в воздушном флоте состоят в основном или автоматические боевые дроны, или управляемые удалённо боевые машины. Но для выполнения особо важных, сопряжённых с принятием решения непосредственно на месте боевого применения, используются боевые летательные аппараты, управляемые истинно живыми. И вот сейчас перед командующим стоял вернувшийся в строй высококвалифицированный военный — истинно живой, что не могло не радовать.

— Теперь перейдём к неофициальной части, капитан. Присядьте, разговор будет долгий. Мне сообщили, что от госпитализации вы отказались, хотя ранение ноги у вас серьёзное. Если не ошибаюсь, у вас закрытый перелом. Видно было, как вы чуть прихрамывали. Повредили при катапультировании? Если это так, необходимо провести проверку и устранить возможную неисправность или ошибку в проектировании спасательной капсулы.

— Не совсем так, командующий. Ранение получено после посадки во время рукопашной схватки с аборигеном.

— Да? — удивился командующий, и обращаясь к заместителю, добавил, — Почему не доложили? Ведь это существенно меняет регламент награждения. По статуту лейтенанту положен орден с рубиновой звездой.

— Командующий, разрешите пояснить… — немного придя в себя после столь сильных эмоциональных переживаний, спокойно заговорил ашш Хааш.

— Именно для выяснения всех обстоятельств чрезвычайного происшествия, к счастью закончившегося благополучно, мы здесь и собрались. При нашем разговоре будет присутствовать ограниченный круг лиц и, думаю, не надо предупреждать, что услышанное здесь не предназначено для непосвящённых лиц, пусть и истинно живых. Но я вас перебил, продолжайте…

Капитана слушали молча, не задавая вопросов, а когда тот закончил, воцарилась недолгая пауза, которую нарушил командующий.

— Капитан, вы грамотно и подробно описали события и факты, но в поведении взявшего вас в плен аборигена, имелись какие-то особенности?

— К сожалению, капитан у нас не встречался с аборигенами раньше и не знаю, сможет ли распознать особенности или какие отклонения в поведении, — вступил в разговор начальник разведки.

— Вы правы, я не встречался с аборигенами и мне нечего добавить по этому поводу. Его поведение подозрительным не выглядело, — нехотя согласился ашш Хааш. Действительно, откуда ему знать, какие особенности поведения могут быть у единственного представителя расы, с кем он встречался.

— Капитан, поясните, почему вы, как только увидели аборигена, не использовали личное оружие, а вступили в рукопашную схватку? — задал вопрос руководитель аналитической службы сил вторжения.

— Я сначала подумал, что передо мной кто-то из эвакуационной команды, потому что он выглядел как рядовой солдат-клон, — быстро ответил капитан. Затянувшийся разговор стал его тяготить, но происходящее не походило на допрос, а скорее на поиск истины. Тем более, предупреждение командующего, что сказанное в этом узком кругу относится даже не к военной тайне, а тайне, охраняемой Советом, его заинтересовало.

— Уточните этот момент, — продолжил осторожно наседать начальник аналитической службы полковник ашш Боасса.

— На нём была стандартная форма со знаками различия… — тут капитан задумался, вспоминая, что его насторожило, — со знаками различия принадлежности к малой атмосферной авиации, — выдохнул он.

— Странно, малая атмосферная авиация не проводит спасательные миссии.

— Вы правы, ашш Боасса. Думаю, наши предположения если и не подтвердились полностью, то частично. С большой долей вероятности можно утверждать, что это был хоск.

— Хоск, на этой планете??? — вздрогнув, произнёс капитан. Он, так много раз слышавший о той войне, когда пришлось отступить перед не знающим жалости, беспощадным и неимоверно сильным противником, и никогда бы не подумал, что ему доведётся встретиться лицом к лицу с таким сильным врагом на другой, совершенно иной планете. — Это тогда объясняет, почему я проиграл с ним один на один.

— Капитан, мы знакомы с вашим личным делом. Вы, насколько известно, чемпион по прикладному единоборству среди не просто кадетов училища, а в категории: «Без ограничений».

— Он настолько хорош? — после недолгой паузы, спросил командующий. Что одолеть хоска в рукопашной схватке не удавалось солдатам-клонам, ему известно, но, чтобы подготовленный истинно живой, проиграл, таких фактов ещё зафиксировано не было.

— Он быстр, ловок. Было такое ощущение, что он знает или знаком с нашей системой прикладного боя. Ещё отмечу, что не гнушается грязных приёмов, — вспоминая, анализируя бой, отвечал капитан.

— Ясно. Теперь мы точно уверены, что это хоск. Ашш Хааш, вы свободны.

Встав со своего места, капитан отдал воинское приветствие и вышел из зала. Идя по длинному коридору, он размышлял: «Встретиться с хоском и остаться живым! Такое случилось впервые!». Только от мысли, что произошло, если б его не спасли, у него помутнело сознание…