— Это в каком смысле? — не удержался я от усмешки.

— Ну… Думал, тут будет пахнуть всякими лекарствами и что всё будет стерильно, а тут… чисто как в музее. И это с твоим зверинцем! У меня когда-то был пёс, так этот негодяй вечно всё переворачивал вверх дном, шторы срывал, на обои покушался.

— А у меня таких проблем нет, — пожал я плечами. — Если бы кто-то из моих собак решился на бардак, я бы его быстро привёл в чувство.

Мы только приступили к лечению, как я услышал снаружи голос Алины. Она не постучала — просто крикнула и спокойно вошла, как будто так и надо.

— Привет, Григорий!

Не отвлекаясь от Зураба, кивнул в сторону заднего двора.

— Если ты пришла поиграть с Голдом и Сильвером, они во дворе. Я сейчас занят.

— Поняла, — ответила она и скрылась в саду.

Зураб уже снял рубашку, и я невольно заметил, что у него под ремнем притаился пистолет.

— Зураб, — поморщился я, не скрывая раздражения, — ещё раз притащишь оружие в мой дом — выкину тебя на улицу.

— Да ладно тебе! Это ж не против тебя. У меня столько врагов, что без ствола и шагу ступить не могу, некомфортно себя чувствую, понимаешь?

Я лишь отмахнулся. Мне главное было доделать свою работу.

— Ладно, давай продолжим лечение. Думаешь, от одного раза что-то изменится? Должен тебя предупредить — для результата придётся подождать.

— И сколько ждать? — буркнул он, явно недовольный тем, что в мгновение лысым красавцем не станет.

— Месяц. Связывайся со мной каждую неделю, чтобы следить за эффектом, — ответил я, заканчивая процедуру.

Зураб кивнул, натягивая рубашку.

— Ладно. Так сколько я тебе должен?

— Двести тысяч за сеанс, — спокойно ответил я.

Он удивлённо присвистнул, но не возражал. Сразу вытащил деньги, как всегда.

— Кстати, — добавил он, — по поводу черного рынка, что ты спрашивал. Дам тебе контакт. Скажешь, что я посоветовал.

Попрощавшись он вышел из дома и уехал.

После его ухода, не успел передохнуть, как ко мне зашел мэр — человек вечно торопливый и с деловым прищуром. Сел напротив меня, скрестив руки на груди, а на лице — что-то вроде легкого раздражения. Видимо, ждал уже не первый день.

— Григорий, дело есть, — начал он без лишних предисловий, — после смерти Фёдора его земли, как ты знаешь, теперь в собственности города. Так что давай поговорим о земле у моря. Тянуть будешь? Или так и останешься думать, пока цены не взлетят?

Мэр был прямолинейным человеком, и в таких ситуациях, видимо, считал, что уговаривать меня незачем. Немного подумав, я все же кивнул. Кому, как не мне, понимать, что это не просто участок, а возможность.

— Я её куплю, — ответил я, стараясь не показывать волнения. Пусть думает, что я всё взвесил и решил.

Мэр склонил голову, внимательно посмотрел на меня из-под густых бровей. Не верил? Или проверял?

— Когда сможешь? — спросил он.

— Прямо сейчас, — сказал я, уверенно встречая его взгляд.

Не откладываясь, мы тут же занялись документами. Он вынул бумаги, разложил их передо мной, и я стал подписывать один лист за другим. Но всё прошло быстро, как мэр и обещал. Последний раз проставил подпись, отложил ручку — и почувствовал, как тяжесть соскользнула с моих плеч.

Мы поднялись, пожали друг другу руки, и он ушел забрав копии. Ну вот теперь я счастливый обладатель участка на побережье Черного моря.

Позже отправился на тренировку по боксу. Хотел немного отвлечься после вчерашнего — шторм изрядно потрепал мне нервы. Но не успел я толком разогреться, как Андрей подошёл ко мне с хитрой улыбкой.

— Григорий, ты что, вчера в шторм попал? — спросил он, оглядывая меня с ног до головы, будто искал скрытые синяки.

Я нахмурился:

— С чего ты взял?

Андрей качнул головой.

— Новости показывали. Говорят, вас чуть ли не сотней спасательных судов искали.

Я усмехнулся и махнул рукой:

— Да, повезло, что жив остался.

Андрей хотел что-то добавить, но тут зазвонил мой телефон. На экране высветилось имя Ганса. Ответил, даже не думая, что жду от него чего-то хорошего.

— Помоги! Григорий, быстро сюда! — раздался его голос, напряжённый и чуть ли не умоляющий.

У меня тут же испортилось настроение.

Андрей, прищурившись, посмотрел на меня, оценивающе:

— У твоего пациента, похоже, проблема, — заметил он, и в голосе его прозвучала легкая усмешка.

Тяжело вздохнул и закатил глаза:

— Ну всё, занятия на сегодня отменяются, — пробормотал я, стараясь не выглядеть разочарованным.

В реальности же, едва услышал голос Ганса, понял: дело пахнет жареным. Этот парень — прирождённый мастер создавать проблемы там, где их быть не должно. Если неприятности его не находят, он сам с удовольствием нырнёт им навстречу. Голос у него был уверенный, но мне-то было известно: через минуту-другую он сдастся. Пауза, в которой он пытался изобразить спокойствие, лишь подчеркивала, что всё уже горит.

Не теряя времени, бросил перчатки в сумку и рванул к нему.

Когда добрался до его особняка, Ганс стоял у входа. Весь такой бодрячком. И вроде бы вполне здоровый.

— С Анжелой что-то случилось? — спросил я, прищурив глаза.

— Нет, всё нормально.

— Тогда где она? Ты же орал в трубку, как будто конец света. Что стряслось?

— Да зайди ты уже.

Тут Анжела вылетела из дома. Волосы — в разные стороны, глаза — как у панды.

— Да пошёл ты, Ганс! Сам возись с этим! С меня хватит! Хватит! — завопила она, едва не плача.

— Вы во что там вообще играете? — я приподнял бровь, глядя на Анжелу. Сомневался, что у них тут что-то смертельное.

— О, Григорий, ты наконец-то здесь! — Она кинулась ко мне, как утопающий за соломинку. — Я схожу с ума.

— Что происходит?

— Сейчас сам всё увидишь, — проворчала она и потащила меня внутрь.

Мы еще не успели войти, как раздался пронзительный крик. Я застыл на месте.

— У вас там что, ребёнок завёлся?

Когда зашёл, меня чуть не вырвало. В гостиной сидела девочка в полных памперсах. Вокруг бардак, вонь невыносимая. Ну, круто, Ганс.

Я тут же зажал нос.

— Что за чёрт здесь творится?

— Мы с Анжелой решили взять приемного ребёнка, для прикола, — ответил Ганс.

Я не сдержался и смачно пнул его в ногу.

— Взять приемного ребёнка⁈ Для прикола⁈

— Не, не так, — заторопился Ганс. — Мы пошли в приют, увидели её там одну, жалкую такую, и решили удочерить.

Я впился в него взглядом, и он сразу запаниковал. Да, он знал, что я его прикончу, если он меня разозлит.

— Вы же вроде не пара? Или я что-то пропустил? Одиночкам усыновлять нельзя.

— Ну, мы с Анжелой взяли и поженились ради этого, — пробормотал Ганс, явно не ожидая от меня таких вопросов.

Я чуть не рухнул. Они что, реально поженились ради этого ребёнка?

— Вы серьёзно поженились, чтобы взять ребёнка?

— Но я сдаюсь, — Ганс замахал руками. — Забери её себе, Григорий. Я больше не могу.

— Ты меня за идиота держишь? — я был готов его убить.

Эта парочка просто бесполезна.

— Мы с Анжелой уже двое суток не спим. Да мы даже подгузник ей поменять не можем!

Вонь в гостиной пробивала на слёзы. Неудивительно, что они сломались.

— Почему не нанял няню? — спросил я, хмурясь.

Анжела сделала недовольное лицо:

— Да это Ганс постоянно твердит, что претендентки либо сиськами не вышли, либо не те сиськи.

Я посмотрел на малявку. Выглядела так, будто не мылась уже пару дней, и, честно говоря, запах был соответствующий. Вздохнул. Поднять на руки, отмыть, поменять подгузник. Классика.

Хорошо хоть, девочка была в порядке. Ни болезней, ни травм, что, конечно, чудо, учитывая, что Анжела и Ганс таскали её туда-сюда. То, что она всё это пережила, — вообще фантастика.

— Найди няню. Прямо сейчас. Если не успеешь, пока я здесь, подам в суд за жестокое обращение, — сказал я, сверля Анжелу взглядом.