— Чёрт возьми!

В одно мгновение я исчез в густой растительности. Острые ветви и корни били меня по лицу, раздувшиеся жуки отпрыгивали, а настоящая змея в панике шипела. Меня протащило по джунглям, пока я не оказался в тёмной дырн между гигантскими корнями дерева.

Вытянув руку, чтобы достать кинжал, я замер на дне тёмной ямы. Её дно двигалось, а затем открылось с хрустящим звуком, пахнущим гнилыми костями и экскрементами.

Рот плотоядного растения был размером с бочку с водой.

Я был слишком напуган, чтобы сразу запаниковать.

Так что сначала я потянулся за своим кинжалом, а затем запаниковал.

Я пытался отодвинуться и выбраться из этой проклятой ямы, но какая-то проворная лиана уже нацелилась на мою шею, обвивая ее своими мерзкими щупальцами. Шипы на ее поверхности пронзали мою кожу, словно иглы, искали опору в моей плоти. Сжав кинжал в руке, я рубанул по этой твари силой, чуть не разрезав себе лицо пополам. Но лиана лишь упруго отпрянула, словно дразня меня, прежде чем снова схватить своим живым хватом.

Земля под моими ногами начала распадаться, мягкая и влажная. Я бился в темноте, словно в плену, а устье растения на дне ямы казалось входом в подземную пещеру.

— А-а-а! — Мой рык разорвал молчание, выталкивая из меня последние остатки страха. Я бросился в атаку, кинжалом в руке, но до правой ноги не дотянулся. Крошечный росток уже практически достиг моего рта, начав медленно сжиматься в смертельном объятии. Я не видел этого, но чувствовал, как его зубы, похожие на лезвия, проникали сквозь мою обувь.

— Отпусти! Иначе я сотру тебя в пыль хищное растение! — кричал я во тьму, не имея лучшей идеи. Но живое растение не останавливалось, либо потому, что не могло понять мои слова, либо потому, что не имело органов слуха.

Можно подумать, что этому живому уродству было не все равно.

Но мой кинжал не мог позволить себе такое. Я пытался изо всех сил выбраться из этой проклятой ямы, пока не пришла мысль использовать запретное заклинание.

Великое заклинание Гнили. Я мог бы использовать заклинание огня или молнии. Но в данном случае я мог навредить самому себе. Во-первых, здесь было слишком тесно, а во-вторых это потребует много времени.

За последние месяцы я почти не применял магию и заклинания. Но заклинание Гнили сработало как надо, хотя и опустошила весь запас моей маны.

Вокруг меня воцарилась мрачная тишина. Что-то похожее на огонь пронзило меня, кожа стала сухой, а кровь застыла в моих жилах. Вокруг дыры птицы западали с веток, насекомые взорвались в воздухе. Змеи и животные тоже погибли. Деревья лишились жизни, стволы потрескались, а ветви обрушились на землю. Все вокруг превратилось в непонятную массу, оставляя только темную дыру посреди джунглей.

Я упал на мягкое, растительное тело, размером с мамонта, и прошел сквозь один из его ртов. Плоть растения, некогда твердая и сильная, теперь растворилась, оставив только зеленоватую жижу на каменном полу.

Подо мной треснули камни, и тонкие трещины, напоминающие вены, начали распространяться, покрывая всю округу. Джунгли вновь окутали меня тишиной, а яркое солнце осветило всё, когда я потерял сознание.

Я проснулся от собственного отчаянного стона. Солнечный свет проникал через небольшое отверстие над моей головой. Мгновенно открыл глаза и инстинктивно поднял руки, чтобы защитить глаза. Из раны хлынула кровь, заливая моё лицо.

О боги!.. Я схватил камень света и снял его со шнурка. Затем, стиснув зубы от боли, здоровой рукой перетянул раненую руку выше раны.

Я чувствовал себя словно в медвежьем капкане. Сделал так быстро, насколько смог, но боль была невыносимой.

— Тьфу! — выругался я. Темнота поглотила мои слова, и я прижал руку к ране, пытаясь остановить кровотечение. Рана была ужасной. Я нашёл носовой платок в кожаной сумке. Удивительно, что он там оказался.

Это было ничуть не легче, чем исчезновение проклятого растения. Я чувствовал землю под собой, моё тело болело. Хотя ничто не болело так сильно, как раненая рука. Вокруг меня была зеленая слизь, а воздух был пропитан отвратительным запахом, который дошёл до моего затуманенного разума. Земля была цельной, из обтесанного камня, что было редкостью для этих джунглей.

Что за?

Земля затряслась, камни треснули и начали падать. Древняя крыша обрушивалась, и вокруг меня начали падать камни.

Я попытался устоять на ногах, но крыша уже падала.

— О, чёрт возьми… — начал я выражать своё недовольство, но было уже поздно.

Я выругался, лёжа на спине. Перекатился, пытаясь уклониться от удара, но камень попал мне в плечо, оставив вмятину на броне.

Встал, кашляя и рыгая одновременно. Моя кровь текла по лицу, а рука горела от боли. С трудом поднялся, и камень света осветил тёмные углы туннеля, в который я попал.

— Кто, чёрт возьми, строит этот проклятый туннель под джунглями? — задал я вопрос вслух, мой голос отразился от стен. Другая стена была в десяти метрах от меня, тоже из камня. Каждый камень был огромным, размером около метра. Все было идеально подогнано за исключением крыши, разрушенной корнями и растениями.

Туннель простирался в обе стороны, как дорога под джунглями, ведущая, вероятно, к Бледным горам. Я стонал от боли, очищая лицо от грязи и крови. Моя одежда пропиталось кровью, а кожа казалась сухой и кожистой.

«Что Филимон сказал Харгриму на мосту?»

Я пытался вспомнить, пока кровь текла из носа. Сначала не мог вспомнить название, описывающее то, что я обнаружил.

Но теперь вспомнил.

Я провёл возле обрушившейся части туннеля уже почти два часа. Дважды перевязал руку, используя куски нижней рубашки, и прикрыл рану на голове. Укус растения вызвал опухоль на шее, а запах разложения резал глаза, когда солнце медленно скрылось за горизонтом, погружая туннель во мрак.

Сам туннель производил мрачное и пугающее впечатление. Я заметил обгоревшие факелы, воткнутые в стены, и ряд глиняных сосудов. Вероятно, в них раньше хранили воду. Правда, это только мои предположения.

Кто-то забрал всё это. Я долго рассматривал свои руки и заметил, что кожа стала неестественно тёмно-серой.

Но проблема была не в этом. Проблема заключалась в том, как найти отсюда выход.

Хм.

— Эй, там кто-нибудь есть? — сверху раздался знакомый голос.

Подняв голову, я увидел маленькую белую головку, выглядывающую из дыры. Туннель был высоким, около трёх метров, а отверстие — ещё на пять, если не больше.

— Я здесь, Дана! — ответил я громко.

— Кто? — задала она самый глупый вопрос на свете.

— Ярослав!

Я услышал шёпот сверху и чужие голоса, обсуждающие какие-то опасности.

— Ты узнаёшь меня? — спросила Дана, делая паузы между словами и прищурившись, чтобы лучше разглядеть. — Подожди… это не то, что я хотела сказать… подожди минутку.

— Дана, глупая, — прошипел я, чувствуя, как пульсирует вена на виске. — Скинь верёвку, пока я ещё дышу!

— У меня её нет! — невинным голосом оправдалась она.

— Ты что, издеваешься надо мной? — я потерял терпение.

— Да, — ответила Дана, обращаясь к остальным. — Это точно он. Семен, брось верёвку.

Оказалось, что взобраться по верёвке одной рукой совершенно невозможно. Поэтому Дана спустилась, чтобы помочь мне выбраться. Остальные медленно вели караван к яме, куда я упал.

Мог ли я пропустить его, пока меня тащили через джунгли? Не думаю.

— Ого, ты выглядишь ужасно, — сказала Дана, подходя ближе. — Что это за ужасный запах? Хотя, лучше не говори. Я не хочу знать.

— Там было растение с большим ртом. Оно превратилось в грязь, — объяснил я ей то, что знал.

— Насколько большое? — спросила она.

— Рот? — уточнил я.

— Растение, — ответила Дана, проверяя мою руку.

— Хм, я только мельком видел рот, — признался я, вздрогнув. — Довольно большой, полагаю.