[1] Космогония — наука, изучающая происхождение и развитие космических тел и их систем: звёзд и звёздных скоплений, галактик, туманностей, Солнечной системы, включая Солнце, планет со спутниками, астероидов, комет, метеоритов.

[2] Приводится описание Знака качества СССР, введённого в 1967 году.

Утренняя планёрка у министра обороны проводилась по видеосвязи. Лишний раз собирать в одном месте и надолго отвлекать командный состав от выполнения прямых обязанностей, когда буквально через несколько часов начнётся первая фаза операции по приёму инопланетных гостей, посчитали лишней тратой времени.

Министр обороны принимал доклады о готовности подразделений и служб, делал для себя пометки и мысленно радовался, что пока всё идёт по плану. Достаточную территорию для приёма атмосферных кораблей анторсов отыскали быстро. Пришлось её расчищать, но противодействие от шнахассов быстро подавили и орбитального удара, как ожидали, не последовало. Командующему орбитальной группировкой шнахассов сейчас не до того, что делается на планете. Как министру ежечасно докладывали, «Штоонссса́р» сменил орбиту и начал движение с ускорением, а рассчитать его курс не составило труда ни земным службам наблюдения, ни, соответственно, противнику. И большая часть кораблей шнахассов снялась с занимаемой геостационарной орбиты: часть ушла встречать «Штоонссса́р», а часть вышла из поля наблюдения и где они сейчас находятся никто не знал. Выдвигались предположения, что они ушли на обратную сторону планеты и заняли позицию для атаки со стороны звезды, но проверить это у земных служб не было ни сил, ни средств, а анторсы разводили руками, ссылаясь на неустойчивую связь. Им — анторсам удалось установить канал связи с Советом живых, но сеансы были редки и скоротечны, что вносило определённые сложности в координацию действий. Но пока всё шло по плану.

— Спасибо товарищ Свиридов, — выслушав последний из запланированных докладов, произнёс министр обороны, — если нет вопросов, то занимайтесь по распорядку. Через шесть часов планируется вход в атмосферу первых кораблей наших союзников. И тогда начнётся вторая фаза. Прикрывать корабли на высоких и средних орбитах нам нечем, но пошуметь придётся. Группы, что рассредоточены по веткам «Метро-4000» для выхода на поверхность занимают свои позиции, а нам остаётся только ждать. Всё, товарищи офицеры, за работу…

Экран монитора погас, и Шевцов откинулся на спинку кресла. У него появилось несколько свободных минут для отдыха перед трудными сутками. Он снял очки и протёр глаза. Что предстоящие часы будут напряжёнными он не сомневался. По плану первой фазы корабль-матка анторсов приблизится к планете и, сделав три витка, погасит набранную скорость, и займёт геостационарную орбиту над Евразийским континентом. Одновременно с манёвром торможения, выпустит атмосферные корабли-разведчики, за которыми последуют транспортно-пассажирские боты. Вот их в атмосфере планеты придётся прикрывать. Силы ПВО, что остались на дежурстве малочисленны и средств прикрыть зонтиком заходящие на посадку неповоротливые и беззащитные в этой фазе полёта корабли может не хватить, поэтому в первых спускаемых кораблях будут находиться имеющиеся на вооружении противовоздушные боевые машины анторсов, что так хорошо показали себя во время первой и достаточно удачной попытки прорыва блокады.

В этой же фазе задействуются все имеющиеся силы и средства на поверхности. При обнаружении очагов противодействия высадке десанта им предписано связать боем противника и не допустить в спокойной обстановке отработать по заходящим на посадку кораблям. А дальше… и на следующие фазы сложной операции имелся план, но из личного опыта Шевцов знал, что составленный план действует до первого выстрела, а дальше только умелое оперативное управление принесёт желаемый результат.

Недостатка в кадрах Шевцов не испытывал, хотя убыль профессионалов сначала ужасала. Но, как ни странно, союз с анторсами дал свои плюсы. Они делились не только оружием, но и тактикой и методами ведения неизвестной до настоящего времени войны. Учили противодействовать вторжению извне на планету. Их знания и умения налегли на полученный в первые недели-месяцы опыт и получился отличный сплав теоретических знаний и практических умений, который в ближайшее время придётся использовать в полной мере.

— Станислав Юрьевич, к вам посетитель, — вывел из задумчивости голос адъютанта.

— Кто там? Что-то срочное?

— Дмитрий Сергеевич Засельский с Нефёдовой. Говорят, это очень важно.

Шевцов взглянул на часы. Минут пятнадцать у него свободных имелось, и он отдал приказ пропустить нежданных посетителей. Хотя, если посмотреть откровенно, то сейчас не до них. Но сыграла роль, что вместе с сугубо гражданским человеком, занимающимся лингвистикой к нему на приём и в такое неподходящее время напросилась Нефёдова.

— Разрешите?

— Проходите. Присаживайтесь. Времени у меня мало, давайте сразу к сути, — быстро произнёс министр, указывая на свободное место.

— Товарищ министр обороны, — быстро заговорила Нефёдова и Шевцов удовлетворённо про себя кивнул, что не ошибся в предположениях. Именно она оказалась инициатором разговора. Не особо зная Засельского, из нечастых встреч на совещаниях и коротких личных беседах, Шевцов сделал вывод, что Дмитрий Сергеевич скорее ведомый, чем ведущий. Да, в своей области — изучении языков он достиг очень много, недаром доктор наук, профессор, но напролом идти не будет, тем более в несвойственной ему сфере, а тем временем Нефёдова продолжала, — я изучала соглашение, подписанное с анторсами и пришла к выводу, что нам — землянам угрожает опасность. Версия союзнического договора на анторском языке составлена так, что мы — земляне и сама планета не являемся стороной соглашения, а только предметом, то есть вещью. Фактически выходит, что защищают не нас, как вид или цивилизацию, а как дорогую вещь пригодную для использования, а стороной в оригинале договора выступает Гена… — тут Соня запнулась, но быстро вернула самообладание, — Гена Провоторов, которого анторсы считают хоском по рождению и владельцем трёх звёздных систем, включая нашу.

— Я, Станислав Юрьевич, — во время паузы вступил в разговор Засельский, — не очень хорошо владею анторским, но в меру своих сил проверил оригинал договора и сверился с его переводом. И, знаете ли, качество русскоязычного текста, мягко сказать, оставляет желать лучшего. Суть документа при переводе потеряна. Кто готовил эти документы? Анторсы?

— Документ перед подписанием проверялся Провоторовым и он вносил в него финальные правки, — машинально ответил Шевцов. — Софья Александровна, — обратился он к Нефёдовой.

— Она Викторовна, — нарушая субординацию, поправил профессор.

— У неё два имени. Для тех, кто знает, она — Софья Викторовна, а для тех, кто не знает, она — Софья Александровна. Вы, Дмитрий Сергеевич, как понял, в курсе кое-каких моментов, но меня об этом не уведомили. Но это не суть. То, что вы сейчас рассказали нам известно, но эта информация под грифом «Совершенно секретно». Вы знаете, что в тот момент у нас не было другого выхода, как подтвердить… даже не знаю, как сказать, вассальную клятву, что ли, если проводить исторические параллели перед Геной Бесом, принимаемым анторсами за хоска по рождению.

— А вы знаете, почему он для них хоск? — спросила Софья. Этот вопрос её беспокоил, размышляя она предполагала, что это из-за методов подготовки в спецучреждении, ведь именно Гена Провоторов являлся лучшим в военной подготовке, а информация от Старика, что Гену готовили как ликвидатора, утвердила в сделанных выводах.

— Знаю, — после длительной паузы ответил Шевцов, — но это знание из разряда даже не «Совершенно секретно», а… — тут он задумался, находя нужные слова, — а как абсолютная тайна, не подлежащая разглашению, что ли.

— Это не связано… — пожалуй впервые не сдержалась Соня, задавая вопрос при посторонних, который при правильном анализе выведет на спецучреждение и дальше на его воспитанников, но вовремя осеклась, — не связано с принцем крови ашш Сошша Хааш? — продолжила она, успев перефразировать вопрос.