— Нет.

— РРРРРРР!

— Да, он страшный, — согласился я с Сухарем, глядя на тело, обтянутое кожей на костях без плоти между ними. Пустые глазницы, открытый рот с потемневшими зубами, несколько из которых отсутствуют. Языка нет. На его горле была рана, похожая на пещеру.

Он зашипел, когда пытался заговорить.

— ШИХТ!

— Чего он хочет? — спросил я у Филимона, обыскивая кочевника, которого я избил ранее.

— Он мертв, Владислав, — ответил старый старик. — Ему ничего не нужно.

— ШЛИНАХОХ! — Труп зарычал, уставившись на замаскированного убийцу.

— Он только что сказал членосос? — Я поинтересовался вслух, и Филимон поморщился.

— Ты достал кинжал?

— Я его не трону, — сказал я смертельно серьезно.

Труп некоторое время смотрел на нас обоих. А затем поднял костлявую руку, схватил кинжал и вытащил его из своей груди. Бросил ее мне, и я поймал ее в воздухе.

— Он понимает нас, — сказал я.

Сухарь согласился с моим мнением, жуя то, что выглядело как окровавленный человеческий палец.

Да?

— Где ты это взял? — спросил я у дракончика, и маленький дьявол быстро проглотил. Затем рыгнул и уставился на меня невинно и немного оскорбленно.

«Ты, умное маленькое дерьмо.»

— Арахнид контролирует свою жертву даже после смерти, — объяснил необъяснимое Филимон. — Кинжал, должно быть, разорвал эту связь.

— Может ли он это сделать? — спросил я, засовывая кинжал в ножны на поясе.

— Теоретически это возможно, — уточнил Филимон. — Велес должен был это знать.

Я заметил, что он обеспокоенно нахмурился.

— Что?

— Но это не объясняет, как труп еще функционирует, — ответил Филимон, оглядываясь по сторонам. — Он должен был стать обычным трупом в момент снятия заклинания.

— Спасибо, — сказал я, и это было искренне.

Филимон поднял блеклую бровь.

— Почему?

— За то, что все это время отвечал на мои вопросы, — сказал я. — Люди всегда пытаются найти способ избежать объяснений.

— Я тоже иногда так делаю, — ответил Филимон, немного смущенный похвалой. — Но я стар как мир, а ты вернул дракона в этот мир. Чем больше ты узнаешь, тем лучше для всех нас. Плюс ты очень красив для человека.

Я был шокирован таким комплиментом. Услышал смех трупа, его рот был приоткрыт, а смех напоминал бульканье.

— АХАХАХАХА!

Очень знакомый смех. Это жило в моей голове месяцами.

«Ты, должно быть, издеваешься надо мной!»

— Велес? — Я попробовал, и живой труп, перестав хихикать, понимающе уставился на меня. Это был сбивающий с толку, жуткий обмен репликами. В левой пустой глазнице зашевелился толстый белый червь. — Ты там, сумасшедший ублюдок?

Велес указал дряхлым пальцем без ногтей на рану на своей шее.

— ШХИТЬ, — он снова наполовину прошипел, наполовину зарычал.

Филимон уставился на него в полном недоумении, а затем указал на их лошадей.

— В сумках, маленькая металлическая коробочка внутри кожаной сумки.

— Это оказалось более странным, чем истории в детстве, — решил я, глядя на Велеса, который каким-то образом вселился в труп.

Филимон зашивал рану на его шее. Грубая, отвратительная работа, выворачивающая наизнанку и совершенно нелепая.

— Ты уверен, что это Велес? — спросил Филимон, постоянно хмурясь своим морщинистым лицом.

— Ага, — пробормотал я, вытирая лицо тряпкой. — Ты когда-нибудь видел что-нибудь подобное раньше?

— Мертвый бог, живущий внутри древнего трупа? — Вопрос Филимона звучал озадаченно, и я поморщился в ответ.

— Да, это довольно странно, — согласился я.

Вопрос Филимона, должно быть, риторический или что-то в этом роде.

— Никакая магия этого Мира не может заставить это произойти, — заметил Филимон, вытащив свою трубку после того как закончил зашивать.

— Думаешь, он опасен? — Спросил я, и старик одарил меня взглядом, который говорил о многом.

«Правильно, конечно.»

Живой труп встал и пошел к полуобморочному и довольно сильно избитому кочевнику. Я и Филимон видели, как он, спотыкаясь, прошел мимо нас. Его кости скрипели, и от него воняло смертью и разложением. Он опустился на колени рядом с кочевником и схватил его за челюсть.

— ГРРРРРР!

— Что, черт возьми, я только что увидел? — Я не мог поверить своим глазам, когда взглянул на Сухаря. Морда дракончика была окровавлена, а бордовые глаза прикованы к трупу перед нами.

Внезапно улицу накрыла тень, как будто облако закрыло солнце, превратив чистое небо в грозовое. Температура резко упала, жуткий холодный ветер пронесся по пустым переулкам руин. Это произошло внезапно. Мне показалось, что над нами дышит огромный зверь. Воздух стал странным на вкус.

Через мгновение все закончилось.

Солнце снова ярко засияло, ветер утих. И тело, которое казалось трупом Велеса, вновь ожило. Я ощутил руку Филимона на своем локте, тянущую меня назад.

Мой взгляд упал на тело кочевника. Он весь сжался, кожа приняла лилово-черный оттенок, кулаки крепко сжаты в последнем вздохе смерти. Черные пальцы впились в ладони до самых ногтей.

«Что это за чертова магия?»

Велес похрустел шеей, и повернулся, чтобы посмотреть на нас.

Желудок мой подступил к горлу, кислота внутри забурлила. Теперь у трупа был сине-зеленый глаз, который заполнял пустую глазницу. Другой глаз был сформирован частично и имел отвратительный молочно-белый цвет, а зрачка в нём не было. Лицо и тело были заполнены плотью под дряблой кожей. А из разорванных участков кожи вытекал гной и разбрызгивалась кровавая жидкость.

— Ага, — прошептал Велес. Его голос клокотал и скрипел, а белый язык распух и двигался в разложившемся рту.

— Глерх, фих… — Он сделал паузу, выплюнул какую-то гадость и осмотрелся по сторонам своим единственным глазом.

Затем поднял руку, чтобы успокоить дракончика. Заметил сломанный ноготь на среднем пальце, вырвал его и выбросил окровавленный кусок.

— Носить еду без… этого… странно, — прохрипел Велес. Половина его слов была неразборчива, и он добавил жутковатую улыбку для большей убедительности.

Наверное, редко можно встретить столь неправдоподобные утверждения.

«Настоящая вакханалия»

Мне стало нехорошо. Я выпил воды, пытаясь избавиться от тошноты. Потом сделал пару глубоких вдохов, пытаясь восстановить самообладание. Филимон, стоявший в паре метров от меня, предложил свою зажженную трубку.

— Убери это с моего лица, — прохрипел я.

— Это помогает от стресса, — настаивал старик.

— Я не в стрессе, — терпеливо объяснил я. — Где этот урод?

— Пошел искать одежду, — ответил Филимон.

Отлично.

— Он… Добрые боги, ты это видел?

— Я видел.

Я надул щеки и наблюдал, как Сухарь с любопытством уставился на почерневший труп кочевника. Дальше по улице гнили еще три тела. Мертвый город вполне заслуживал свое прозвище.

— Какие будут решения? — Спросил я старика.

— Нам лучше поторопиться, — предложил Филимон.

— Дождемся ночи…

— Как можно скорее, — оборвал меня Филимон.

Я уставился на него.

— В чем причина?

— Если это Велес, то всё, что чувствительно к магии смерти, соберется здесь.

— Мы посреди пустыни, Филимон! — Огрызнулся я, и мне понравилось то, что он имел в виду.

— Пустыни не просто так пустуют, Владислав, — просто сказал Филимон.

Черт бы побрал этого божка!

«Ветерок» заржал и покачал головой, дракончик в ответ раздраженно фыркнул.

Я продолжил проверять сумки, а потом бросил ему кусок веревки. Повернулся и стал следить, как Филимон подводит лошадей к стене. Велес шел за мной, выглядя еще хуже, шатаясь на ногах.

У него была окровавленная туника и кожаные штаны, но не было сапог.

— Людишки с маленькими ножками! — Велес повторил свои слова, и Сухарь оживился. Единственный глаз Велеса остановился на дракончике. — Возможно, мне скоро понадобится твоя шкура, мой юный идиот, — добавил он, и Сухарь зарычал в ответ.