Боги, какие же вы мрази!

Почему именно им дали право распоряжаться чужой судьбой и сотворение миров? Почему им позволили то, что они творят? Для чего создавать живых существ, чтобы так над ними измываться?!

Все, что происходило дальше, казалось нескончаемой пыткой воспаленного сознания.

Огненный столп искрил, дышал жаром, но ни огонька, ни частички не было проронено на мертвую землю.

Мейлеа поняла, что проиграла и была недовольна.

Горгоны в террариуме шипели, дрались между собой, но выбраться не могли.

Я чувствовала себя ими, такая же бесправная, обезумевшая от страха и ужаса, бесполезная тварь, которая даже себя защитить не в силах.

— Здесь, — непреклонно заявил Велиарес, вставая почти вплотную к столпу. — Здесь будет алтарь.

Я сдалась. Я понимала, что не могу ничего делать. Сдалась и позволила волочь свое тело к огню. Позволила приковать меня к земляному столбу, который сотворила Мартина.

Когда на камень уложили Райана, тьма лишь лениво колыхнулась во мне, но когда к лорду Валруа Изир Сизери подтащил Элдрона и одним движение перерезал тому горло, я вскрикнула и зажмурилась, Тьма вновь вырвалась наружу, она рвала мою грудную клетку, желая остановить, помешать…

— Контролируй ее, — приказал Велиарес Мартине, и та махнула рукой. Черные жгуты накрепко приковали меня к столбу и затыкая мне рот.

Я знала, что сейчас будет. Знала и забилась в путах. Я не хотела видеть смерть названной матушки. Не хотела!

Когда безжизненное тело Софи кинули на землю, я затихла, обмякла. У меня словно душу вынули.

Не будет спасения. Не будет демонова мира. Но останется вера, что спустя много веков, мы встретимся с госпожой Ратовской вновь. Встретимся иными существами и совсем в другом мире. Я неистово молилась вечности, чтобы именно так и случилось. Чтобы сквозь века и время она соединила нас, дала нам другой шанс, подарила счастливую жизнь. Пусть даже в образе птички или травинки, но рядом друг с другом.

Монотонный бубнеж откуда-то взявшихся жрецов прошел мимо меня. Я намеренно отрешалась от всего, готовясь к участи похлеще смерти. Творился ритуал, бился Райан, все еще не сдавшись. Но мы оба знали, что обречены. Для нас не существует спасения, и смерть, которую требует душа, придет совсем не скоро.

Нам остается молитва вечности, молитва о том, что ее дорога будет для нас милосердной, и мы пройдем ее вместе, не расстанемся даже после того как истлеют наши тела.

Засветилась ярким светом статуя Эльхора, на миг вырывая меня из почти бессознательного состояния.

Я лишь широко распахнула глаза, когда увидела, что замертво падают приспешники Велиареса, а Мартина строит плотный щит из тьмы, отрезая алтарь и часть огненного столпа от нежити. Она укрывала нас от чужих глаз, и я не могла понять зачем.

Ровно до того момента, пока не упал лорд Альгар, а Мартина не коснулась окровавленной рукой статуи, и та не разлетелась каменной крошкой. В тот же момент, я медленно скользнула по столбу вниз. Мартина удерживала меня магией, давая время на то, чтобы я поднялась, а сама освобождала Райана.

— Быстрее! — прокричала она, а я все еще не могла поверить в то, что женщина сотворила. Она провела ритуал, но вселила Велиареса не в Райана! — Быстрее! У нас будет пара секунд!

Не я, Райан, призвал тьму и вырвал горгон из террариума, он же и направил их к огню, а сам схватил меня за локоть.

Мартина уже стояла за спиной ожившего тела Эльхора. И я точно знала, кто в нем возродился.

Со всей силы Мартина толкнула отца в огненный столп и замешкалась лишь на секунду прежде, чем сигануть следом:

— Я поверю Тельману, Хейли, Я поверю в последний раз! Не подведи, девочка, и будь счастлива! Взявшись за руки и не мешкая, мы с Райаном прыгнули следом.

— Ты не жалеешь? — устало спросил мужчина, на которого я нагло навалилась. Он был теплее и много мягче остывшей земли.

На самом деле я буквально сидела на нем, прижавшись спиной к его груди, а он нежно обнимал меня.

— А ты?

— Нет, Хейли, никакое бессмертие не сможет сделать меня счастливым.

— Я бы поступила так снова, — призналась Райану. — И до сих пор не верю в то, что они исполнят обещание.

— Высшие Боги не обманули. Нужно дождаться…

— Да, рассвета. Но как же это долго…

— Совсем нет, осталось немножко, посмотри, — горячие губы коснулись уха, а затем нежно поцеловали мой висок. — Видишь первые лучи?

Я затаила дыхание и прикрыла глаза. Как описать словами то, что происходило внутри огненного столпа?

Нет ни одного языка, способного это сделать!

Все привычное представление о магии разлетелось в дребезги. Ни я, ни Райан, никогда не сталкивались с подобной энергией и мощью. Даже Велиарес пасовал в сравнении с Высшими Богами. Вот уж кто был вершителем наших судеб, так это они!

Мейлеа не обманула, мы действительно должны были оказаться в огне — все четыре бога, раздробленные на кусочки.

Таймиа отняла мои эмоции, чтобы отдать свое бессмертие. Не ради тьмы она требовала от меня откуп. Она знала, что я никогда не отдам Кошу, знала и то, что изменив мою личность, я все равно найду путь к себе прежней. Она рассчитывала на мое окружение и… всепоглощающе любила меня!

Даровала не только магию тьмы и наставляла меня, но и наделила бесконечно долгой жизнью чтобы, когда пришло время, я сумела поступить правильно. Поступить так, как посчитаю нужным: остаться богиней этого мира или возродить его из пепла, пожертвовав обретённым бессмертием.

Но настоящим сюрпризом оказался тот факт, что и Райан получил подарок! Вот только совсем не от тех демиургов, с которыми мы имели дело! А от хранителя мира Длэрлайд, что пуповиной был связан с нашим Кьяресом. Пара Мейлеа обратился с просьбой к своим творениям, мужчине и женщине, которым когда-то дал бессмертие. Анжелика и Алисдэйр отказались от него в пользу Райана! И это позволило нам требовать от высших воскрешения погибших в этой войне.

После того, как я назвала имена богов, я имела право на требование. Именно тогда я и узнала, что сделала для меня Таймиа. Точнее кого из меня она сделала. Я могла отправить дорогой вечности трех богов, заваривших эту кашу, а сама стать хранительницей нашего мира. А могла…

Могла потребовать воскрешения Софи, Элдрона, Мэттью, Алекса… Всех тех, кто погиб на этой войне!

Но, увы, моей жертвы бы хватило лишь на тех, кто погиб в течении этого месяца и тогда к нам обратился бог Длэрлайда. Точнее обратился он к Райану с вопросом, а не желает ли он отказаться от долгой жизни в пользу желания своей возлюбленной.

И Райан подтвердил мое желание. Конечно, нельзя воскресить тех, кто был сожжен нашим пламенем в зачищающих рейдах. Откровенно говоря, наших жертв на это бы и не хватило, о чем скромно сообщила одна из фигур в капюшоне — Высший Бог.

Однако совместного со мной отказа от могущества хватило на то, чтобы воскресить всех, погибших или порабощенных Велиаресом за три месяца до того, как мы прыгнули в огненный столп. А заодно и на то, чтобы сохранить им память. Тем из них, кто сумел бы это выдержать и не сойти с ума.

И теперь мы сидим на том месте, где когда-то в небо устремлялся невообразимый поток силы. Сидим и ждем, когда боги исполнят обещание.

— Как думаешь, Анжелика и Алисдэйр захотят с нами познакомиться? — не выдержав тишины, спросила я. — Мне бы так хотелось их увидеть.

— Через сорок дней они прибудут вместе с драконами.

— С чего ты взял? — я даже обернулась к нему и макушкой съездила Райану по носу.

— Со мной общался демиург Длэрлайда, пока ты прощалась с Таймиа.

Я вздохнула, а в груди будто бутон розы расцвел. Моя вторая мама. Как же несправедлива я была к тебе и как благодарна за все, что ты для меня сделала!

— Ты ведь хотела, чтобы Коша жил среди соплеменников. Так и будет. Ему помогут вернуть облик человека. Так что мертвые земли скоро станут Королевством Драконов.