– Наверное, вначале трупы сгребали и хоронили, чтобы меньше заразы распространялось, а потом плюнули на это дело. Скорее всего, людей и на оборону-то не хватало. Или канны поперли такой толпой, что бойцам пришлось отступать, – предположил Воробьев.

Кузнецов пожал плечами:

– Да просто анархия началась, вот и разбежались солдаты. Все хотят свою семью защищать, а не эту дорогу. Оружия тут хватало, линию обороны серьезную организовали.

Макс поднял валявшуюся на асфальте гильзу:

– Они пытались остановить зомбаков, которые шли из города?

– Похоже на то, – согласился космонавт, – чтобы канны не расползались по округе. Возможно, всю Самару в кольцо взяли такими блокпостами. Мы же этого не знаем…

– И проверять не хочется, – закончил за друга мысль Кузнецов, – пошли назад к машине, опасно девчонок одних надолго оставлять. Не всех зомбаков тут, думаю, перестреляли.

Вскоре вся компания подкатила к кордону на грузовике. Работы предстояло много, нужно было расчистить полосу асфальта, иначе машина могла забуксовать в месиве из трупов. Мертвецы источали жуткое зловоние, которое отравляло воздух в округе. Людей тошнило от одной мысли, что придется прикасаться к разлагающимся покойникам.

– Погодите, есть одна идейка, вдруг повезет, – сказал Андрей и быстрым шагом направился к бульдозеру, который стоял около выкопанного могильника.

Кабина оказалась открыта, ученый залез внутрь, осмотрелся и увидел чип-ключ на панели справа от кресла.

– Ну да, кто ж его отсюда угонит? Лучше здесь оставить, чем потерять в поле, разгуливая с ним в кармане, – с довольным видом сказал сам себе Кузнецов, вставляя чип-ключ.

Уснувший двигатель бодро фыркнул, выбросив из выхлопной трубы облако сгоревшей солярки. Андрей устроился в кресле и стал разбираться, что здесь к чему. На его удачу бульдозер оказался современный и управлялся двумя джостиками и несколькими кнопками. Кроме того в кабине были нарисованы заводские схемы, обозначающие какой рычаг за что отвечает. Ученый перевел тумблер с замком около правого рычага в зеленое положение и надавил на джостик. Могучая машина двинулась вперед, гусеницы со скрипом стали давить землю, а из кабины вырвалось победное «Ехххххууу»!

Пока Андрей осваивал бульдозер, Макс заметил, что на одном из трупов блестит какое-то украшение. Сова отделился от друзей и подошел к мертвецу. Вонь от него стояла такая, что подростку пришлось снять майку и повязать ее на лицо. Природа уже начала заботиться об утилизации покойника: в пустых глазницах и внутренностях копошились опарыши, пожирая тухлое мясо. Вскоре им предстояло стать мухами и откладывать яйца в других трупах, пока от них не останутся одни кости. Работы у насекомых еще было много.

Макс стоял над телом женщины, на шее которой блестел золотой кулон с бриллиантом. Подросток быстро наклонился, схватил украшение, резко дернул на себя и отскочил в сторону. Затем выдохнул, брезгливо сморщил нос и стал разглядывать свой трофей.

– Ты чего там делаешь? – послышался голос Лены.

– Да жалко, что такая красота пропадает, вот зацени, – Сова подошел к сестре и протянул ей кулон.

Девушка отпрянула назад:

– Фу, я его не буду трогать. К нему кусок кожи прилип….

Иван заметил находку Макса и приблизился:

– Отмоем, деньги не пахнут, а это сейчас – самые реальные деньги. Кто бы нас заправил солярой, если бы мы те цацки в грузовике не нашли?

– Я нашла, – поправила друга Лисицина.

Воробьев пропустил ее замечание мимо ушей:

– Короче. Тут мертвяков дочерта. На многих что-то ценное да есть: кольца, сережки, цепочки, браслеты, кулоны. Время нас пока не поджимает, давайте пробежимся, соберем урожай? Зомбаков поблизости не видно, конкурентов тоже. Ехать нам еще далеко, по пути всякое может случиться. А ценностей у нас сейчас, как у зайца чешуи. Надо поднять то, что плохо лежит. Согласны?

– Да я не против, пошли, – тут же вызвался Макс.

– А я – против, вернее не то чтобы против, просто я не смогу. От них и за сто метров такой аромат, что дышать не хочется. А если еще в самую гущу лезть, извините, но меня стошнит, – Катя скрестила руки на груди и посмотрела на Машу, надеясь на поддержку.

– Ваня прав, придется потерпеть. Нам на новом месте еще надо устраиваться, контакты налаживать, деньги нужны будут, – рационально ответила белокурая Воробьева.

– Ну, есть еще тот комплект из сережек, кольца и колье с изумрудами. Может, мы дальше не такие гнилые трупы найдем и с них что-то ценное снимем, – жалостливо протянула Лисицина.

Максу надоела эта болтовня:

– Кать, ну если тебе стрёмно руки марать и жмуриков обирать, мы тебя заставлять не будем, мы ж не изверги.

– Конечно, ты просто потом все это золотишко отмоешь, чтобы свою лепту в общее дело внести. А грязную работу мы, так и быть, сделаем, – добавил Иван и подмигнул рыжей.

В это время к дороге приблизился бульдозер, громыхая гусеницами, махина выбралась на асфальт. Андрей выпрыгнул из кабины и, сияя улыбкой как голливудская звезда, подошел к друзьям:

– Работает! Ключи внутри нашел. Горючки мало, но сколько есть – вся наша. Я вперед поеду, грейдером сгребу трупаков на обочину, а вы за мной потихоньку.

– План шикарный, но Сова тут нас на интересную тему натолкнул. Вокруг же горы серебра и золотишка под открытым небом лежат. Поле чудес просто, ё моё. Если не побрезгуем – наше будет, – предложил Иван.

– Фу блин, – отреагировал Кузнецов, но с секунду поразмыслив кивнул, – ну так-то дело перспективное, конечно, пошли собирать. Поле чудес говоришь? А угадай, кто у нас лиса Алиса?

Рыжая с отвращением посмотрела на ближайшего мертвеца:

– А ты тогда Буратино…

– Намек на то, что я бревно?! – искренне возмутился Андрей.

Иван с Максом заржали. А Лена зажала пальцами носик:

– Давайте уже быстрее это сделаем, а то ветер как раз в нашу сторону.

Друзья разбились по парам, но старались держаться поближе друг другу. Катя от безысходности следовала за своим парнем. Люди высматривали глазами женщин, вернее их останки, так как на них было больше шансов найти что-то ценное. Копилка быстро пополнялась. Лена наткнулась на одного мертвяка, из-под рубашки которого торчала золотая цепь с мизинец толщиной и увесистым крестом. На пальце у трупа блестел перстень с белыми бриллиантами и крупным сапфиром. Кольцо никак не хотело сниматься, и Сове пришлось отрезать покойнику палец.

– Да, зажиточный был дядька, – пробормотал Макс, повертев перстень в руке.

Воробьевы заметили девушку с дорогим браслетом, а Катя с Андреем нашли цыгана с полным ртом золотых зубов. Но Кузнецов побрезговал возиться с такой находкой и ограничился тем, что вырвал у мертвеца массивную золотую серьгу и снял с пальцев толстые кольца.

Когда «сбор урожая» закончили, то весь драгметалл сложили в целлофановый мешок, плотно завязали и спрятали в грузовике.

Ученый забрался в бульдозер, Воробьев с интересом заглянул к нему в кабину:

– Вот это тачка! Вещь! Почти как мой марсоход. Только тот поменьше, конечно, был.

– Ваще космос. Смотри не отставай. Я полетел, – Андрей нажал на рычаг, и железная громадина медленно поползла по дороге. Стальным отвалом она сгребала мертвецов в сторону, расчищая полосу асфальта. Грузовичок двигался позади метрах в десяти. Наконец, трупы закончились, дальше трасса стала чистой. Ученый откатил бульдозер к обочине и вернулся на пассажирское сиденье в машину. Приключения продолжались.

Чем ближе друзья приближались к Самаре, тем чаще замечали зараженных. Зомби бродили поодиночке или небольшими группами, рассредоточившись на открытом пространстве. К счастью, им не хватало ума собраться вместе и перекрыть дорогу. Большие и маленькие поселки тянулись вдоль шоссе, сменяя друг друга, но местные выжившие никак себя не проявляли, и грузовик без остановок двигался вперед. Вскоре появился указатель «р. Большой Кинель», а следом за ним начинался мост. Машина остановилась, Иван в нерешительности смотрел вперед, по мосту разгуливало около десятка каннибалов.