Я приблизилась к Изабелл и ловко рассекла цепочку. С жалобным звоном она поддалась. Как я и думала, цепочка магического характера, отсюда и звон.

Что же с амулетом делать?

Точно, я положу его в футляр для клинка! А что, магию он точно заблокирует внутри себя.

Сказано — сделано, причем очень быстро. Потому как почудились мне чьи-то шаги.

Я вновь схватила сумку, прикрепила к поясу. Кинжал воткнула в волосы. Со стороны и не скажешь, что это оружие, — его рукоятка похожа на диковинную заколку. Плюс ко всему мой клинок меня ранить не может. Тоже особенность артефакта.

Так, нужно выбираться на поиски Раниры!

Изабелл пошевелилась.

Ладно, проверим дар Говорящей. Нехотя, как сквозь липкий и вязкий туман, я начала ощущать природу. Но пусть даже и так, это не могло не радовать! У меня получилось! Где же вы, мои заступники, звери и птицы? Рядом, совсем рядом. Что ж, посмотрим их глазами, пока Изабелл окончательно в себя не пришла.

Окунаться в чужое сознание — вещь не из приятных, но только если это сознание не высшего разумного существа. А высшими зовутся люди, вампиры, дарханы, драконы (к которым шиш в сознание проберешься без их позволения!), ледяники и прочие. В общем, все, кроме животных, птиц и насекомых.

Отдельным видом считается природа. У нее нет сознания в буквальном понимании, но есть дух. Кстати, эльфы напрямую общаются с духом природы, кроме них, на это способны только Говорящие.

На мой зов пришли дикие кабаны, а из хищников три волка, еще белки, зайцы и даже ежик. Что ж, значит, с ними связь сильнее, и они находились ближе других.

Я выбрала сознание волка. Зажмурилась, приготовилась и «вытолкнулась» из собственного тела.

Троекратно усилились все чувства. Обоняние, зрение, слух… В такие моменты жалеешь, что ты не зверь, а всего лишь человек. Хотя маги научились делать зелья, увеличивающие эти чувства восприятия, но до такого эффекта им далеко.

Шагах в пяти от меня находился человек, пропитанный энергией, от которой у волка шерсть на загривке встала.

Я безошибочно определила, что это Тревор. Где же остальные? Чуть повела носом, острый запах синильной настойки и сон-травы. Примерно в пятнадцати локтях. Тихо и осторожно пошла на запах. Одурманенная стража, связанная, лежала в яме. Все три воина были живы, но, боюсь, оставлять их в таком же состоянии Изабелл не планирует. Я следила за Тревором, который тащил бесчувственную Раниру в ту же яму. Неужели он передумал и тоже хочет лишить ее жизни?

Отдала мысленный приказ двум другим волкам. Чтобы чуть позже они утащили троих мужчин и метаморфа на безопасное расстояние.

Кабаны… Мне нужно, чтобы они привели Дрема. Но… Отправить их — значит убить. Жители деревеньки ведь не знают, что звери имеют определенную цель и ничего крушить, а тем более нападать не станут. Нет, придется искать другой выход. Может, их на Тревора натравить?..

И только я собралась исполнить задуманное, поняла — стряслась беда с моим телом! Выскользнув из сознания волка, обнаружила себя… на столе. А довольная Изабелл связывала мне руки.

— Недооценила я тебя, дрянь, — выругалась запыхавшаяся принцесса.

Я только хмыкнула, нечем ей меня оценивать. Мозгов у нее нет, а думает она совсем другим местом. Я расслабилась, такой паники, какую я испытала вначале, уже не было. В любой момент призову зверей, и меня спасут.

Птицы! Точно. С ними я могу переслать весточку Дрему! Вороны уж точно водятся в этих землях.

Не обращая внимания на желчную речь девицы, отдала мысленный приказ двум воронам, чтоб наверняка. Приведут они магистра, никуда не денутся. Да и опасность им не грозит, все же вампир не дурак, поймет, от кого они.

— Ты меня достала! — услышала я разъяренный вопль принцессы.

Меня с силой треснули по лицу. Струйка крови тут же потекла по подбородку.

— Как смеешь ты игнорировать меня?! — орала эта истеричка.

А, ну правильно, я же прослушала, что она мне тут вещала.

— Мне надоело, Тревор! — позвала она.

Потом, видимо, вспомнив, что на комнате заклинание «отвода», вышла за дверь.

Я попыталась встать и тут же застонала. Тысячи невидимых игл впились в лодыжки и запястья. На этот раз принцесса буквально пригвоздила меня к столу. Замечательно! И чего я сразу не убежала?.. Ладно, спокойствие, все равно я обломала их планы.

Послышались шаги, в комнату плавно вошла принцесса, а за ней маг.

— Можно приступать к ритуалу? — поинтересовался он.

— Да, приступай.

— Какому ритуалу? — сглатывая, спросила я.

— О, мы уже и говорить можем? — хмыкнул Тревор.

— Не только, — потирая ушибленный затылок, ответила принцесса.

— И как давно? — изумленно поднял брови маг.

— Да какая разница! Делай уже, — раздраженно фыркнула Изабелл.

— Голубки, а вы потом не пожалеете? — обратила я на себя их внимание.

Парочка синхронно повернула ко мне лица.

— За языком следи, герцогиня, — прошипела принцесса.

— Милая, ну что ты, она просто завидует, — целуя девицу в висок, сказал Тревор.

— А император-то в курсе ваших отношений? — хмыкнула я.

Маг заметно побледнел, Изабелл лукаво улыбнулась. Ну да, все верно, Теодор давно закрыл глаза на шалости любимой доченьки. Только я уверена — об отношениях придворного мага и Изабелл ему неизвестно, иначе Тревор мигом бы лишился поста.

— Лика, Лика, ты меня удивляешь, — хихикнула принцесса. — Когда мне было нужно позволение папочки?

Не спорю, эта ведьма с двенадцати лет поставила весь дворец на уши. Чего только стоит история с моим отцом! Вот тогда-то впервые мы и сцепились между собой.

Папа, несмотря на свой возраст (а сто двадцать пять лет для Стихийника не так уж и много), выглядит более чем привлекательно. Он затянул с женитьбой, и я поздний ребенок. В отличие от остальных аристократов отец мог позволить себе брак не по расчету. А поэтому искал ту, единственную. И нашел! Так вот, эта малолетняя дрянь положила на него глаз. Это случилось два года назад. Папа, конечно, не глупый, и в придворных интригах не участвует, но когда требуется его вмешательство, горе тому, кто задумал подлость.

Мы с мамой не сразу узнали, что Изабелл буквально изводит моего отца. Я поняла это, когда принцесска зачастила в академию, куда ей, кстати, путь заказан, так как она не является ученицей. Но любое правило ведь можно обойти, не так ли? Она сдружилась с Кристиной Шиморской и стала ее навещать. В день раз по десять, с постоянными заходами в кабинет отца. Он оставался невозмутимым до тех пор, пока это не коснулось мамы. Я пресекла посещения Изабелл школы. Ох, какие только вещи я с ней не творила! И лысой она побывала, и зеленой в красную крапинку, и даже по лестнице проехалась в виде курицы. В общем, эта дрянь во что бы то ни стало решила заделаться моей мачехой. Кстати, император, судя по всему, был не против получить в зятья моего отца.

Но после того как ситуация обострилась и Изабелл чуть не убила мою мать на охоте (конечно, это так и осталось недоказанным), отец разъярился и устроил настоящую порку принцессе. Во время бала в честь окончания сезона охоты на глазах у всех придворных он задрал ее подол и отходил ремнем. Кстати, на меня отец ни разу руку не поднял, как бы я ужасно себя не вела!

Это было прямым публичным оскорблением императорской семьи. Только император ничего не сделал, и я даже не знаю почему. Хотя вру, в то время я все еще оставалась девушкой на выданье, а значит, Маршен подсуетился, чтобы мою семью не наказали.

Выходит, именно тот инцидент с Изабелл и повлиял на решение папы скрепить договор с императором на мое замужество? То есть он мной откупился? Мозг выдавал все новые схемы возможных вариантов произошедшего, однако я не хотела принимать такую реальность. Я знаю, что отец безумно любит мою мать, но меня он любит не меньше. Нет, он не мог навредить своей дочери, тем более ради собственного благосостояния. Я точно знаю, что титул герцога не то, ради чего он рискнет моей жизнью.