Когда утром приехал доставщик из интернет-магазина с целым фургоном консервов, то увидел странного изможденного человека, с недельной щетиной и бегающим взглядом. Профессор привязал Доджа и попросил курьера отнести всю еду ко входу в гараж, затем заплатил и попрощался. Доставщики приезжали все утро, Альберт Борисович взмок, перетаскивая покупки в гараж и подвал. Но другого выхода не было. Спуская в бункер очередную коробку с тушенкой, Хаимович мысленно подбадривал себя: «Когда все начнется, эти запасы спасут мне жизнь и будут стоить целое состояние. Я смогу спокойно сидеть дома и наблюдать за наступлением Новой эры».

После обеда подъехал курьер из транспортной компании. Больше часа он взвешивал посылки и подсчитывал стоимость. Оплатив все услуги, профессор, наконец, мог перевести дух. Теперь все было подготовлено, и у него уже не было обратного пути. Пообедав, Хаимович купил билет на ближайший рейс в Иркутск. Оставалось еще несколько важных дел.

Альберт Борисович позвонил Андрею и попросил встретиться сегодня, как можно быстрее. Кузнецов был дома и маялся бездельем. Через час начальник приехал к нему с Доджем и небольшим чемоданчиком.

- Здравствуйте, Альберт Борисович. Неожиданно… проходите, чай будете? – поприветствовал шефа помощник.

- Спасибо, Андрей. Я ненадолго.

- Как у Вас дела?

- Все хорошо.

- Да? – протянул Андрей с недоверием, удивленно покосившись на собаку. - А нас отстранили всех до окончания проверки. Вот сидим по домам без дела. Иногда созваниваюсь с Машей и еще парой ребят. Ёся взял расчет и уехал в Израиль к родителям.

По лицу Кузнецова было видно, что парень находится в глубокой депрессии. На подоконнике стояло несколько пустых бутылок из-под виски, а пепельница на столе была переполнена окурками. Альберт Борисович равнодушно осмотрел комнату:

- Скоро все изменится и очень круто изменится, поверь мне.

Андрей ничего не ответил, догадываясь, что профессор хочет поделиться чем-то важным. Хаимович продолжил:

- Мне нужно уехать на какое-то время… на месяц или чуть дольше. Я хочу попросить тебя присмотреть за Доджем. Больше мне некому его отдать. Он добрый пес, хоть с виду и грозный. Вот деньги на корм… присмотри за ним, пожалуйста.

Андрей несколько оторопел от такой просьбы. Животных у них в семье не было, и он к ним не привык. А тут сразу здоровенный кобель-боксер, да еще и на целый месяц.

- А как…что…?

- Гуляй с ним два раза в день, утром и вечером, я оставляю денег с запасом, в качестве благодарности за доставленные хлопоты, - профессор выложил на стол солидную стопку купюр.

- Давно не видел такую сумму наличных, с электронными же удобнее, - заподозрив неладное, осторожно пробормотал Кузнецов.

- Я слышал, в ближайшее время могут быть проблемы с электронными платежами. Ты бы лучше обналичил денег побольше. Я буду по возможности писать тебе письма. Вот чемодан, на нем стоит кодовый замок, скоро я пришлю тебе сообщение с кодом и инструкциями.

- Какими инструкциями?! - удивляясь все больше, спросил Андрей.

- Много будешь знать - скоро состаришься, доверься мне. Завтра ты все узнаешь. Поверь, скоро все очень круто изменится...

Парень пристально посмотрел на профессора и только сейчас заметил, как сильно он переменился внешне.

- А, что это с Вами? - спросил Кузнецов, показывая на выбритую голову под кепкой.

- Головой ударился, пару швов наложили. Ерунда, до свадьбы заживет.

Андрей с отстраненным видом покачал головой.

- Спасибо, я знал, что могу на тебя положиться, - Хаимович взял со стола недопитую бутылку коньяка и покрутил в руках, а затем добавил, - и это, ты бы завязывал с алкоголем, тебе понадобится трезвый ум.

- Да в чем дело-то, объясните…

- Скоро все поймешь, дружище, береги себя и присматривай за Доджем, - Альберт Борисович присел на прощание рядом с собакой, погладил и потрепал ее по голове, - до встречи.

Кузнецов закрыл дверь за профессором. Додж сидел в коридоре, высунув язык, и немного поскуливал. Пес понимал, что хозяин ушел, оставив его тут. Впереди у Андрея был еще один рутинный вечер, но слова начальника не выходили у него из головы.

- И куда он собирается уезжать? Неужели, дело уже закрыли? - Человек и собака посмотрели друг на друга, у каждого были свои вопросы без ответов. Следующий день стал точкой отсчета Новой эры. Это был последний вечер старой цивилизации.

Альберт Борисович вышел из квартиры Андрея и поспешил к себе. У него все было рассчитано практически поминутно. Сегодня днем он уже разбил несколько ампул с «Новой звездой» в людных местах Новосибирска: на Площади Ленина, на станции «Студенческая» в метро, на железнодорожном вокзале. По его подсчетам, этого было достаточно для постепенного заражения города.

Бродягу, предварительно усыпив газом, он хорошенько нашпиговал снотворным, отвез на окраину поселка в лес, где развязал и оставил под деревом.

- Он - первый зараженный. С него все начнется…

Персональные письма в конвертах руководителю его бывшей лаборатории, а также в Академию должны были дойти за пару дней, остальные уже направлялись во все точки мира. Удар по научному сообществу был одним из ключевых факторов для достижения главной цели – глобальной эпидемии.

Взяв фальшивые документы, которые он сделал еще два года назад, на случай если придется экстренно выбираться из страны, профессор вызвал роботакси и приехал в аэропорт. Зайдя в туалет, он убедился, что никого нет, и взобрался на бачок унитаза. Прямо над ним располагалась труба вентиляции. Альберт Борисович на цыпочках дотянулся до вентиляционной решетки и разбил об нее ампулу с «Новой звездой», чтобы вирус быстрее распространился по всему зданию аэропорта.

«Инфицированные пассажиры разлетятся по всему свету, ускорив процесс глобальной эпидемии», - с этими мыслями Хаимович спокойно вымыл руки, освежил лицо и пошел в зал ожидания.

Поднявшись в воздух, профессор посмотрел на удаляющийся город. Была ночь, но погода стояла безоблачная, и сверху хорошо было видно огоньки транспорта и свет зданий.

- Скоро все изменится, скоро…

Альберт Борисович был настолько уверен, что делает все правильно, что в его голове не зародилось ни капли сострадания к миллиардам ни в чем неповинных людей. Эго вершителя судеб, дремавшее в глубинах подсознания, проснулось после травмы головы. А гениальность профессора, граничащая с сумасшествием, дала благодатную почву для его развития. Мир получил вместо блестящего ученого, способного помочь миллионам, палача, который вынес свой приговор цивилизации.

Хаимович откинулся в кресле, просчитывая свои дальнейшие действия. Самолет подлетал к Иркутску.

Шел третий день с того момента, как профессор покинул Новосибирск. Заражение еще не проявлялось активно. Андрей собирался на свадьбу Ивана и Маши. Кузнецов надел свой новый серый костюм, хорошенько прогулял Доджа, вызвал такси и поехал.

«Хорошо, что ребята решили не делать эти банальные выкупы и покатушки с собиранием мостов и тому подобным», - размышлял парень по пути в ресторан. После банкета на свежем воздухе в загородном шале молодые планировали отправиться в круиз по Средиземному морю, проведя медовый месяц под шум волн.

Когда Андрей приехал в указанное в приглашении место, то увидел уютный ресторан, с одной стороны которого рос шикарный сосновый бор, а с другой располагался зеленый холм, покрытый цветами. Недалеко за холмом шумела речка. От всего этого места так и веяло чистотой и здоровьем. Кузнецов, давно не покидавший каменные джунгли мегаполиса, даже растерялся, оказавшись на лоне природы.

Пока одни гости гуляли по бору, другие играли в бадминтон, третьи угощались легкими закусками и ждали молодых. Среди приглашенных Андрей не увидел знакомых лиц. Общих с Машей друзей у них было мало, с Иваном не было вовсе. Организаторы свадьбы разбили на поляне огромный белый шатер, который издали напоминал облако, спустившееся на землю.