— Красотка здесь, Добрыня.

— Кто? — спросил он, отступая.

— Проклятие, — терпеливо объяснил я. — Помнишь полуночницу? В Новой Славе?

— Ах, да, — наконец понял Добрыня, а затем прищурился. — Как она здесь оказалась?

— Кого, черт возьми, это волнует? — возразил я, последняя часть которого прозвучала немного как визг. И начал спускаться по ступенькам, преодолевая их по две-три за раз.

Оказавшись внизу, я уверенно растолкал толпу перед воротами. Ни у кого не вызывало сомнения, что перед ними лже-воевода.

Я выдохнул, встречая взгляд Добрыни, который как всегда выглядел мрачным. Охранники позади меня были сбиты с толку и напряжены.

Толстые ворота заскрипели поднимаясь вверх. Хотя я сам был напуган, мне удалось оттолкнуть всех прочь и встать впереди. Ворота наконец с грохотом поднялись и зафиксировались. Четыре фигуры вышли из тумана и прошли, чтобы зайти через ворота. Четыре фигуры и пять лошадей.

Там, между ними, я заметил Семена, когда они приблизились. Они остановились всего в паре метров, увидев нас, вооруженных и готовых.

Старик Кирсан, которого я особенно не любил, но лицо было знакомым.

Дана была одета в черный плащ, под ним — легкие доспехи, а белые волосы зачесаны назад и покрыты маслом.

«Что, черт возьми, происходит?»

У неё росла щетина на лице. Зачатки бороды.

— Кто ты такой, черт возьми? — спросил я, указывая пальцем. Охранники позади меня напряглись, готовясь к действию.

— Меня зовут Дан, — ответила она мужским голосом, раскрывая объятия, словно продавец на рынке. — К вашим услугам, мой государь.

А?

— Подожди, — произнес Кирсан с благоговением. — Это…

— ХА-ХА! — Семен, засмеялся так, что голова откинулась назад. — Это наш князь!

Я уставился на большого глуповатого детину, едва удерживающегося на ногах от смеха.

Воины позади меня занервничали. Они уже перестали что-либо понимать. Сначала они считали меня воеводой, а теперь я оказывается князь.

Семен вскрикнул от радости и бросился на меня. Я отстранился, но парень схватил меня за руки и начал трясти.

— Я же говорил вам, что он не мертв! — Он обернулся к остальным и, снова повернулся ко мне. — Я знал, что вы выберетесь, государь.

Улыбаясь я похлопал его по предплечью. До его плеча моя рука просто не доставала.

— Спасибо, приятель.

— Приятно видеть вас, князь, — добавил Кирсан, и его голос прозвучал немного взволнованно.

«Опять же, старый ублюдок — превосходный лжец.»

— Это верно, — дипломатично сказал Семен, взглянув на нервничающую толпу позади меня. — Князь Новгородский во плоти, истинный и единственный.

— Все в порядке, — сказал я солдатам, оборачиваясь. — Это мои друзья. Я ручаюсь за них. Пропустите их.

Воины, которые уже совершенно переставшие что-либо понимать просто закивали. Тем более угрожающе огромная фигура Семена отбила у них какое-либо желание спорить.

Воины уже переставшие что-либо понимать просто закивали. Тем более угрожающая фигура Семена внушала им трепет.

Однако в толпе послышалось роптание. Некоторые были недовольны.

— Князьев развелось и ни один из них не может отбить войска хана? — спросил кто-то сзади. Опередив Семена, я повернулся. Это был старик с изможденным лицом и длинной бородой.

— Да, — поддержали его из толпы.

Однако также послышались голоса в мою защиту. Но воины уже начали волноваться.

Кажется назревал раскол и раздрай. И если вдруг, то их здесь гораздо больше чем нас. В десятки раз больше.

Семен положил руку на большую кувалду и напрягся. Взглядом я показал ему, что не надо. Он понял и убрал свою руку. Вся эта ситуация обещала стать не из приятных. Однако отступать было некуда.

— Кья-кья-кья!

Все взглянули наверх и увидели кружащего сокола. Тот очень летел низко. И в один момент пролетел прямо над толпой. Он почти задел их, когда они инстинктивно пригнулись.

Сокол снова издал кряканье, заложил крутой вираж и сел на мою вытянутую руку.

Внутри толпы прошелся шепот:

— Знак! Это знак… Боги говорят!

Выгнув палец, я почесал сокола под клювом.

— Как же я по тебе скучал, Кречет, — улыбнулся я. Наконец-то он вернулся.

Птица заклекотала, словно отвечая.

Семен тоже протянул руку, погладить соколиный бок.

— Аййй! Палец! — Вскрикнул он, когда тот клюнул его.

Воины тут же склонили колени передо мной. Они признали во мне своего князя. Истинного и настоящего.

— Что случилось с Даной? — спросил я, уставившись на фигуру перекинутую через седло.

— Она получила удар, — ответил Кирсан.

— Здесь есть лекарь, — пробормотал я, сильно обеспокоенный. — Что с лицом?

— С ней всё будет в порядке, доблестный государь, — вмешался Дан, стоя неприятно близко. Я повернулся и прищурился. Он походил на вора.

— И снова, кто ты?

— Меня зовут Дан.

Я поднял руку, чтобы остановить его.

— Отойди подальше! Еще. Еще шаг. Вот так лучше, — кивнул я, поворачиваясь к Кирсану. — Что за история, старик?

— Кажется брат Даны, она привела его, — объяснил старик, намекая, что дальнейшую информацию он расскажет наедине. — Она знает всё о нем. Я держусь подальше от него. Вам лучше сделать то же самое.

«Это я и без него понял.»

— Хорошо, — сказал я, обратившись к ветерану из толпы. — Эти люди были со мной в Новой Славе. Я хочу поговорить с ними, но форт нужно охранять. Сможете справиться?

Ветеран выпрямился.

— Да, князь государь!

Я кивнул, едва удерживая удивление, так как не ожидал такой решительной реакции.

— Я вернусь в гостиницу. Вы найдете меня там. Ты мой посредник здесь. С ханом я всё улажу. Есть вопросы?

— Нет, государь.

«Вот и всё,» — подумал я, становясь все более уверенным в своих лидерских способностях. Большую часть времени приходится командовать, говорить серьезно и вставлять доброе слово туда-сюда.

— Я правильно расслышал, государь? — спросил меня Кирсан по дороге обратно в гостиницу. Толпы рассеялись, но некоторые все еще ходили с испуганными выражениями лиц. — Вы справитесь с ханом?

Я взглянул на него. Лицо старика посуровело с тех пор, как я в последний раз видел его в деревне.

— У меня есть некоторые планы. Хм, а где сотник Арсений? И остальные?

— Сотник, вероятно был убит, — вздохнул Кирсан и некоторое время смотрел в сторону от меня.

Я нахмурился и посмотрел на Семена, гарцующего рядом со мной, выпятив грудь и ухмыляясь, как маньяк. Снова перевел взгляд на Кирсана.

— Мне жаль. Он мне действительно нравился, — сказал я.

— Да, — ахнул Кирсан, и Семен, шедший рядом, положил большую руку ему на плечо, чтобы утешить. — Мы потеряли многих во время отступления.

— Мне пришлось разрушить мост, — извиняющеся сказал Семен. — Не все успели вовремя.

«Бог мой,» — подумал я. Это довольно удручающие новости.

Трудно было поверить, что эти люди мертвы. Это казалось слишком внезапным.

— А как насчет жреца Радиона?

— Никто не видел его. С тех пор, как мы в последний раз видели вас обоих в замке, — сказал Семен.

— Ты думаешь, он выбрался? — С надеждой спросил я.

— Не вижу как, — сказал Кирсан, шедший позади нас. — Если только он не воспользовался вашим способом.

«Нет, он этого не делал,» — подумал я.

Владелец гостиницы, взглянул поверх своих круглых очков, когда мы вошли в столовую. Узнав меня, он вернулся к своему чтению. Тогда я взял всё в свои руки.

— Ладно, ребята, хватайте столы и расставляйте их вместе, — приказал я. — Все, присаживайтесь и налейте себе выпить за мой счет!

— Вот так-то лучше, — сказал Семен, находя себе место рядом с Кирсаном.

— Олаф, — обратился я к сонному пирату, выходившему из своей комнаты на первом этаже.

— Да, государь, — Олаф почему-то выглядел несчастным.