Нал в шоке выпучил глаза, а Банарв от души расхохотался, глядя на беззвучно хватающую ртом воздух светлую. Будто выброшенная на берег рыба. Конечно маркиз понял, что она имела ввиду, но он не мог упустить возможность слегка сбить спесь с дерзкой остроухой.
— Наглый люд! — вспылила Бешеная, вскочив на ноги. — Да я тебя…
— Сядь! — резко перебил ее фор Корстед. — Что, надежды на Свиту не оправдались? Ариэлана не стала помогать соплеменнице, и ты вспомнила о моем скромном предложении? Что она вам поручила? Копать выгребные ямы? Чистить конюшни? Менять повязки в лазарете?
— Патруль. — буркнула эльфийка, нехотя возвращаясь на место. — Клятый патруль. И доступ в библиотеку рода через тридцать лет верной службы! — Бешеная с размаху ударила кулаком по столу, от чего тарелки на нем подпрыгнули, а кружка Нала и вовсе опрокинулась. — Клянусь четырежды мертвым богом, когда-нибудь я выдеру ей все волосы, выдавлю глаза, отрежу уши, сожгу лицо, а затем возьму самую большую из ее сосулек и засуну ей в…
— Это вряд ли. — пробубнил дварф.
— Думаешь не справляюсь? — взвилась светлая. — Да я…
Эльфийка продолжала распаляться, а Радремон протянул руку и взял со стола гнутый фантал.
Дито.
Где-то он уже слышал это имя. Не тот ли это самый… Да нет, не может быть. Хотя… Если это действительно он, то стоит отдать должное его актерскому мастерству. Маркиз и в жизни не подумал бы, что за маской добродушного плаксивого мямли скрывается член организации, посмевшей бросить вызов одному из крупнейших родов континента.
— С чего ты взяла, что Ариэлана поручила нам что-то лучше? — фор Корстед прервал поток сквернословия Бешеной.
— Потому что ты хитрый наглый люд! — выпалила светлая. Она уперлась руками в стол и не сводила глаз с собеседника. — Да я скорее выйду замуж за дварфа, чем поверю, что ты не выбил себе задание послаще, чем нарезать круги по стенам Элмора.
— Эй! Я бы попросил! — возмутился Банарв, но Радремон уже протянул эльфийке написанный кровью приказ.
— Предъявителю сего и членам его спаты… — начала читать Бешеная. — А что это за чернила такие? — нахмурилась она.
— Какие были. — хмыкнул маркиз.
Светлая продолжила чтение, и по мере того, как ее глаза спускались все ниже, их размер увеличивался пропорционально прочтенному. Даже письмо матери Супешника с описанием неудавшегося покушения на князя не вызвало у нее подобной реакции. Впрочем, фор Корстед ведь сам диктовал текст и следил чтобы Ариэлана записала его слово в слово.
— Почерневшее тело господне! — только и вымолвила светлая, дойдя до конца. — Поручить такое едва вступившему в род люду! Или у той ледышки вместо мозгов оладушки, или… Или ты лучший любовник на всем Ахалдасе. Я не знаю. Других идей у меня нет.
— Что там? — Налланномом обеспокоенно привстал, и попытался заглянуть в лист.
— Они еще не знают? — удивилась Бешеная.
— Не знают о чем? — подхватил Банарв, не выпуская из рук кружку.
— О том, что ваш лидер выбил для вас…
— Там печати нет. — перебила ее дроу с каменным выражением лица. — Без печати — с этой бумажкой можно разве что сходить в сортир и изысканно подтереться.
Радремон вернул себе приказ и сразу посмотрел на нижнюю строчку. Последнее слово вышло несколько корявым и с длинным росчерком, выходящим за край листа, но это можно списать на случайность или стиль автора. А вот печати действительно не наблюдалось. И, если припомнить, то она действительно красовалась под настоящим распоряжением, уничтоженным маркизом.
В любом случае, в момент, когда текст был закончен, события закрутились так резко, что времени на проштамповку просто не оставалось.
Фор Корстед вопросительно посмотрел на дварфа с иллитом. Те синхронно закатили глаза, мысленно перебирая награбленное, а затем оба качнули головами из стороны в сторону — печати среди трофеев не было.
— Что ж. — как ни в чем не бывало пожал плечами Радремон. — Значит перед встречей с Дито придется сперва заглянуть в еще одно место.
— О не-е-е-ет. — только и смог простонать Нал, накрыв голову руками.
Глава 30
Радремон взял с секретера стилизованный под пергамент лист бумаги. Ветхий на вид, с пожелтевшими загнутыми краями и растрепанным уголком, но при этом плотный и прочный на ощупь. В целом, нет ничего удивительного в том, чтобы найти здесь нечто подобное. В приемной Фансона Тарга фон де Каваса — короля Форланда — повсюду аккуратными стопками лежали письма, отчеты, распоряжения, списки, грамоты, сметы и прочие рукописные материалы. А шелест перьев не замолкал с раннего утра до самого позднего вечера.
И все же маркиза чем-то привлек именно этот. Возможно размашистым изящным почерком с множеством вензелей и завитушек. Или странного вида печатью, не похожей ни на одну, увиденную им прежде. Но, так или иначе, фор Корстед убедился в отсутствии посетителей и углубился в чтение.
Уважаемый игроки и гости Шинатума!
Мы вынуждены с прискорбием подтвердить слухи об уходе из проекта нашего идейного вдохновителя — Винсента Краусштейна. Долгие годы он радовал всех нас новыми ивентами и продуманными историями персонажей, однако мы не можем перечить его желанию открыть путь молодым дарованиям. Давайте искренне поблагодарим Винса и пожелаем ему новых творческих успехов.
Со своей стороны спешим заверить вас, что график выхода обновлений и открытия новых территорий никак не пострадает. Всеми любимый мир по-прежнему ждет своих героев и злодеев, а монстры копят в логовах манящие блеском золота сокровища.
Посему хотим вас обрадовать и объявить неделю Пьяного Лепрекона. Удача персонажей удвоена. +100 % к получению боевого и ремесленного опыта. А так же увеличенный шанс найти или создать шедевр.
Мечтайте, воплощайте, дерзайте!
Искренне ваша, администрация «Забытой Империи».
Радремон еще раз бегло просмотрел текст, но, так и не сумев уловить смысл, убрал письмо в верхний выдвижной ящик стола. Скорей всего, забыл кто-то из неумирающих. А понять их маркизу удавалось далеко не всегда. Особенно когда те переходили на свой особый диалект, изобилующий сокращениями и другими непонятными терминами.
Кое-кто из таких как раз, уверенно распахнув двери, зашел внутрь. Высокий, широкоплечий воин в разномастных доспехах. Эльфийский нагрудник, гномьи поножи, шипованные орчьи наплечники — ни один уважающий законы и этикет рыцарь не позволил бы себе явиться в приемную монарха в подобном виде.
Но этим можно.
Висевшая над головой визитера надпись ЛеНиВыЙ_ПеЛьМеНь, 46 lvl не оставляла сомнений — очередной гость Шинатума решил, что достоин предстать перед очами Его Величества. Так это или нет предстоит решать фор Корстеду, хранителю врат короля.
— Чо-каво, крыса канцелярская. — язвительно поздоровался воин. — Ты посрать-то хоть отходишь или прям в штаны гадишь?
Радремон буквально задохнулся от возмущения. Разговаривать так с ним? С маркизом? С главой славного рода фор Корстедов? Да что этот выскочка себе позволяет?
Радремон хотел уже крикнуть стражу, чтобы забрали десяток раз пронзенный верной шпагой труп… но не смог пошевелить даже пальцем. А его рот, будто живя отдельной жизнью, начал говорить совсем не то, что было на уме хозяина.
— Добрый день, уважаемый Ленивый Пельмень. — не изменившись в лице, выдал приветственную фразу маркиз. — Отнесли ли вы мое письмо барону О'…
— Да заткнись ты, непись прокл я тая! — грубо прервал его неумирающий. — Живо пустил меня к королю! Ивент на носу, и я не собираюсь сто лет качать репу, чтобы взять его квесты.
Воин угрожающе надвинулся вперед и использовал навык запугивания, но ни Радремон ни кто другой в комнате не повели и глазом. Боевые умения в этой зоне не работали. С таким же успехом можно было надеть зеленое трико и, претворившись деревом, пытаться проникнуть к эльфам. Итог один.