— Понятно. Я попрошу вашего командира, чтобы вы с ещё тремя сослуживцами, бывшими на «Дранге», после обеда прибыли к нам. Вас это устроит? Будете помогать мне вести учёт. Если вы согласны, конечно.

— Хорошо, я согласен, — скрывая радость, сказал Самал. И широко улыбаясь, пошёл в своё крыло.

Прибыв в расположение Самал доложив командиру о прибытии, пошёл в свой кубрик. Застал там брата Рамала, который как он понял, только проснулся и, принеся из столовой что-то съестное, хоть это и было запрещено, вознамеривался позавтракать, или поздно поужинать, это смотря с какой стороны посмотреть.

— Где ты был брат, опять ходил к связисточкам? — спросил у него Рамал, — и почему не принёс ничего пожевать? Самому пришлось идти в столовую, — печально добавил он.

Но Самал его не слышал, переодевшись в спортивную одежду, пошёл в спортивный зал, чтобы как-то перебить свои мысли об Амале, которые у него не выходили из головы всю дорогу.

Центральная звёздная система Акхнов. Хранилище Священных Таблиц.

Охош сидел в своём помещении и размышлял. «Предтеча», как предсказывали Священные Таблицы, появился, сомнений в этом нет. Он сейчас находился в соседнем крыле здания, а он, — Хранитель, никак не может узреть знак или какой-то сигнал, или подсказку к началу разговора с ним. Все анализы, расчёты и различные спектро-, свето-, звуко-, магнито- граммы сделаны. И откладывать начало общения ему удаётся всё трудней.

— Хранитель, — войдя в помещение, обратился один из его помощников, — все указания выполнены, результаты получены, введены в Священные Таблицы, именно он, кто сейчас у нас здесь, является «Предтечей», — помощник чуть склонил голову, — есть ещё какие указания?

— Да, я понял это, друг мой по Знанию, именно тот, кого мы искали находится у нас, и мне пришло время поговорить с ним, — вставая из-за стола, уставленного приборами, рукописными книгами и артефактами произнёс Охош, — пока будем идти, расскажи как он провёл последние дни?

— Хранитель, как вы знаете, его поместили в специально оборудованное, изолированное помещение со шлюзовой камерой. Микроклимат в ней соответствует требованиям жизнедеятельности «гладких»[23]. Питание разработано с учётом опыта пленных. Суточный цикл также используется стандартный для его вида. Всё время нахождения в одиночестве он сначала пытался выйти на контакт, затем после приёма пищи, просто спал. А когда, как мне кажется, ему это всё надоело, стал заниматься непонятными телодвижениями. Наши специалисты усмотрели в ней аналог нашей спортивной гимнастики. Больше никаких изменений в его поведении установлено не было.

— Военные приезжали? — осведомился Охош.

— Да, они пытались пройти к нему и допросить, но были отправлены к вам за дозволением, после этого ни военные, ни кто другой с просьбами, требованием доступа к нему не появлялись, — ответил помощник.

— Понятно, они до меня так и не дошли, — задумчиво произнёс Охош.

Идя по коридору к месту, где находился в плену «Предтеча» Охош всё больше рассматривал варианты дальнейшего развития событий. Как поведёт себя «Предтеча», что ему нужно, на чью сторону встанет. Столько много вопросов, а ответ зависит от какого-то человека, который с большой долей вероятности даже не представляет, кто он и что ему суждено.

С этими мыслями Охош подошёл к помещению, около которого была выставлена охрана из его помощников. Конечно, против военных или хорошо подготовленного отряда они не выстоят, но их задача была не в этом, а в том, чтобы ограничить доступ любопытных, пытающихся попасть в комнату наблюдения за самым ценным и важным заключённым, который когда бы то ни было, находился в Хранилище Священных Таблиц.

Охош вспомнил доклад одного из офицеров, который проводил захват. Его противник, оставшись один, умудрился покинуть скафандр и его сигнатуры, эмоциональный фон показывал, что будет драться до конца — не за свою жизнь, не за жизнь расы, не во исполнение приказа, а ради того, чтобы уничтожить больше врагов. И это пугало Охоша, такого безумства, по мнению как его самого, так и представителей всей его расы и представить трудно. В самых тайных, закрытых частях Священных Таблиц были упоминания о таком типе Сознания, но все, в том числе и он — Охош, считал, что это вымысел. В Галактике не может быть такого типа мышления, по определению, так как они бы не достигли нужного уровня развития, а погибли на начальной стадии. Всегда, при всех критических ситуациях — главное это сохранение и продолжения рода. Всё можно перетерпеть или смириться. Но «загнанный в угол» противник в практически безвыходной ситуации дрался не за себя, не за род, не за долг чести, а просто, чтобы убивать.

С этими мыслями они с помощником подошли к двери, вошли внутрь. Большую часть комнаты занимали многочисленные приборы. Во всю стену большой прозрачный экран, через который просматривалось, что происходило за стеной. Помощники, находившиеся в следящей комнате, поприветствовали Хранителя и уступили ему место у пульта переговоров. Переговорное устройство с устройством интегрального перевода. Так как речевой аппарат Акхнов и людей был не идентичным, то приходилось пользоваться автоматикой. Даже выучив язык противника, ответить с точностью, чтобы передать и не потерять смысл речи, не было физиологической возможности.

Через экран Охош видел, как невысокий, по меркам расы Акхнов, человек с пепельно-белыми волосами делал какие-то упражнения, стоя посередине комнаты.

— Добрый день, — удостоверившись, что ведётся запись и включён голосовой коммуникатор, произнёс Охош, — меня зовут Охош, я Хранитель Священных Таблиц.

— Ну, наконец-то, — буркнул под нос себе Арст, — а то уже от безделья я с ума сходить начал, — ещё тише произнёс он, прекращая выполнять отжимания.

— Кто вы и что вам от меня надо. Не знаю я никаких Хранителей, — уже громче произнёс Арст.

— Я, Хранитель Священных Таблиц Охош, — повторил Хранитель, — вы находитесь на центральной планете Акхнов, в её столице. Как к вам обращаться?

— Зовите меня Арст. Что с моими друзьями? Они погибли? Почему меня тут держат уже так долго?

— У вас много вопросов, Арст, но не на все я смогу ответить, нам надо с вами поговорить.

— Ну, так заходите и давайте поговорим. Что скрываться-то?

— Кто вы и откуда Арст? — проигнорировав явный вызов, спросил Хранитель.

— Я, Арст с планеты Землянуха, подписал контракт на военную службу и нахожусь на ней в настоящее время. Вы думаете, я вам, что-то могу рассказать секретное, раскрыть военные и государственные тайны? Так я всего лишь командир отделения и ничего не знаю.

— Есть методы, которые применив, раскроют все тайны. И мы уже знаем о вас всё или почти всё. Теперь необходимо выслушать вашу версию.

— Что с моими друзьями? Они погибли при спасательном десантировании? — настойчиво спросил Арст.

— Нет, они не погибли. Они все живы. Если это так важно для вас. Ещё могу сказать, что заключено перемирие, и боевые действия пока не ведутся.

— Что вам от меня нужно, если вы и так всё про меня знаете, если заключено перемирие, то верните меня назад, к моим… Они наверно меня ищут, а я тут прохлаждаюсь.

Разговор стал заходить в тупик и Охош искал повод перевести его в другое русло. Чтобы была возможность сразу не настраивать против себя собеседника.

— Для начала, я хочу рассказать вам то, что не учат «в школе» и не передаётся из поколения в поколения, по крайней мере, у вас, — начал Охош, — вы знаете, из-за чего началась война? Знаете об истоках Нашей расы? Начале Своей расы?

— Нет, а мне это надо знать? Мне достаточно, что есть в нашем общедоступном информатории.

— Логично, но послушайте, раз времени у нас с вами пока предостаточно.

— Ответьте ещё на один вопрос, что за Священные Таблицы вы охраняете?

— Не охраняю, а храню. Я их Хранитель. Это как раз связано с истоками нашей расы.