— Поднимай по тревоге четвёртую роту второго полка третьего батальона десанта шнахассов, — немного успокоившись, обратился к дежурному офицеру адмирал, так как его помощник покинул капитанский мостик исполнять приказ об аресте бывшего старшего офицер-лейтенанта.

— Подразделение входит в состав сводной группы, что готовится к высадке на планету. И, извините, но шнахассы не имеют опыта контрабордажной борьбы, — робко возразил дежурный офицер.

— И им придётся действовать в снаряжении для условно пригодной окружающей среды, — задумчиво произнёс адмирал, — впрочем, как и на планете.

Дежурный офицер не торопился исполнять приказ адмирала, так как зная его долгие годы, понимал, что сейчас бывший командующий флотом просчитывает варианты.

— Соедини с Ма́нсо Ата́рис, — коротко бросил адмирал, а сам откинулся на спинку кресла и задумался. Сейчас ему необходимо принять судьбоносное решение: сниматься с околопланетной орбиты, наплевав на действующую на корабле-станции диверсионную группу или сначала покончить с десантом, что так долго не могут уничтожить. Он углубился в бегущие по экрану строки сводки.

— Получается, на корабле действует одна группа, — Умао Витарис вчитывался в сводку происшествий за последние несколько суток. Мало ли, может ему что не докладывали, но серьёзных происшествий, не считая продолжавшегося бунта в одном из секторов, который успешно блокировали и ограничили связь, на станции не зафиксировано. Имелись незначительные инциденты, но они не выходили за рамки рутинны, — и численность её невелика, если, конечно, не соврал этот трус. Но с другой стороны, он скорее увеличил численность противника, а не уменьшил, а с сорока тремя, как он сказал солдатами, справимся и, если их заблокировать, даже в том же пятом РКП, то справимся быстро, — пробормотал себе под нос адмирал.

— Командир второй бригады десанта генерал Ма́нсо Ата́рис на связи, — доложился дежурный офицер.

— Генерал, — без предисловий, как только на экране появилось изображение, заговорил адмирал, — слушайте мой приказ. Занять места в десантных кораблях и приготовиться к старту.

— Корабли пойдут одни, без прикрытия? — не выказывая удивления уточнил генерал. Он знал, что около третьей планеты, возле её спутника находится корабль-матка анторсов, что представляет серьёзную угрозу десантной операции. Технических характеристик корабля противника он не знал, не его профиль, но на сопоставимом по классу с «Охану» корабле-матке должно находиться не меньше кораблей различного класса, которые пойдут на перехват.

— Нет. «Охану» снимается с околопланетной орбиты и последует за вами.

— Расчётное время?

— Половина стандартных суток.

— Этого времени достаточно. Разрешите исполнять?

— Исполняйте! — ответил адмирал и отключился.

— Объявлять тревогу по кораблю? — осведомился дежурный офицер.

— Пока рано. Доклада от командира подразделения отправленного для блокировки пятого РКП до сих пор нет?

— Офицер-капитан на связь не выходил.

— Что-то долго, — после нелицеприятного разговора с трусом, адмирал успокоился, но до сих пор находился в нервном напряжении. Если сейчас объявить тревогу по кораблю-станции, то перемещение между секторами и уровнями будет затруднено, а подготовка к смене орбиты требует свободный доступ почти в каждый сектор, уровень. Только после того, как технический персонал произведёт все необходимые подготовительные мероприятия, а солдаты десанта займут свои места в кораблях он объявит тревогу. — Ладно, соедини меня с начальником технической группы и старшим штурманом «Охану», — отдал приказ адмирал и погрузился в работу…

Известие, что в пятом РКП противника нет, адмирала обескуражило. В мыслях он строил планы и сформировал ряд мероприятий, чтобы этих беспокоивших несколько дней десантников противника заблокировать и уничтожить, но доклад офицер-капитана его отрезвил.

— Ты в этом уверен, офицер? — не сразу адмирал поверил в информацию, представленную командиром подразделения.

— Так точно! Лично проверил. Опросили личный состав РКП, и они подтвердили, что противник ушёл.

— Куда, выяснили?

— Пока нет. Флипты оказались заблокированными, и мы поднимались на уровень по технической лестнице, но нам никто не встретился. В ходе бесед подтверждено отсутствие одного из офицеров РКП. Его тело среди убитых не обнаружено. В настоящее время проводится тщательный осмотр сектора, — офицер докладывал сухо, иногда отвлекаясь, отдавая распоряжения.

— А командир РКП?

— Старший офицер-командир Ми́со Шо́ти убит в ближнем бою.

— Кто среди пропавших без вести?

— Его заместитель. Офицер-капитан Новта́ски. Проверили по системе позиционирования, но сигнал отсутствует. Видимо коммуникатор выведен из строя.

— Принято. Оставайтесь в РКП, я пришлю вам в помощь группу дознавателей. Весь персонал отстранить от работы и поместить отдельно, с ними займётся военная полиция. Резервный персонал прибудет на место через час, — тут адмирал взглянул на помощника, что вернулся, исполнив приказ. Тот кивнул, дав понять, что понял и отдаст соответствующие распоряжения.

— Отменять готовность номер два? — после завершения разговора, осведомился старший дежурный офицер.

— Нет, — после недолгого раздумья ответил адмирал. Готовность номер два — стадия, предшествующая полной готовности корабля-станции к совершению манёвра. Точка невозврата, когда отменить произведённые приготовления пока не пройдена, но и отменять подготовительные мероприятия — это расход ценнейших ресурсов, что на станции и так не хватает. Адмирал, да ещё несколько десятков офицеров и гражданских знали о близкой к катастрофе ситуации с расходными материалами. Еда, кислород и вода имелась, но вот воспроизвести то, что потеряно во время перехода и во время атаки на третью планету за короткий срок не получится. Нужны металлы и редкие химические элементы, которые, конечно, можно раздобыть в Космосе. Среди астероидов попадаются ценные экземпляры, состоящие на девяносто процентов из железа плюс марганец и прочее, но вот органических соединений, того же диоксида кремния или углеводородов найти практически невозможно. — Продолжать подготовку по плану. Когда завершится подготовительный этап?

— Через три часа, — быстро ответил помощник.

— За час до расчётного времени напомни.

— Будет исполнено…

— Где это мы? — ткнул в бок Новтаски. Пройдя шлюзовую камеру, мы оказались в большом, хорошо освещённом холле со множеством, уставленных рядами в одну сторону кресел.

— В зале, — коротко ответил пленный офицер.

— Я понял. Но почему… — я не успел договорить, Новтаски сам продолжил пояснять.

— Это главный зал. Здесь проводятся общие мероприятия на несколько уровней. И поэтому он располагается недалеко от шлюзовой камеры.

— Это чтобы посторонние дальше по сектору не ходили? — вступил в разговор ашш Сошша Хааш.

— Да.

— А почему на карте-схеме его нет?

— Так ведь…

— Я тебя понял, — вспомнил, что Новтаски раньше говорил о введённой погрешности в определение местоположения. Поэтому и карта-схема нашего коммуникатора техника-смотрителя чудила. — Ладно, вперёд! — отдал приказ, так как оставаться в хорошо просматриваемом помещении, да ещё и возле шлюзовой камеры, когда кто-то по техническому ходу поднимается вверх, может и именно на этот уровень, посчитал неразумным. Сейчас надо где-нибудь спрятаться, определиться со своим местоположением. Ведь этот Новтаски говорил, что это, насколько он помнил, технический уровень, и потом принимать решение. Хорошо бы осмотреться… Идея ашш Сошша Хааш с захватом энергетической установки мне показалась рациональной. Вот только необходимо найти её и не думаю, что этот сектор или сектора́ охраняются хуже, чем резервный командный пункт.

— О чём задумался, командир? — осведомился генерал-командор.

— Карта-схема врёт, — я вертел в руках коммуникатор, — надо осмотреться и, если повезёт, притаиться на пару часов. Привести себя в порядок, немного отдохнуть, проверить оружие и… — тут я замолчал так как авангард, что шёл впереди в полусотне шагов от нас подал сигнал «Внимание!» и следом «Опасность!».