Я увидел, как сверкнули зубы Элейн.
- Знаю, - сказала она.
- Он - превосходный муж и отец, - не унимался отец. - Бернард женат на очаровательной женщине, которую знает еще со школьной скамьи.
Я поерзал на сиденье. Что за муха укусила старика?
- Достаточно, папа, - перебил его я. - Уверен, миссис Шайлер не интересна моя биография.
- Пожалуйста, продолжайте, мистер Ровен, - попросила Элейн. - Я очарована вашим рассказом.
Папа будто только и ждал таких слов. Он не умолкал до тех пор, пока мы не остановились у отеля. Даже мне его рассказ показался смертельно скучным. Кому теперь интересно слушать о том, как плохо я учился и как бросил среднюю школу. Я испытал облегчение, когда мы добрались до гостиницы.
- Подожди меня, папа, - попросил я, вылезая из машины с чемоданом Элейн. - Я провожу миссис Шайлер.
Она пожала руку отцу и проследовала за мной через вращающиеся двери.
- Твой папа очень тобой гордится, Бред, - заметила Элейн, идя по коридору.
Я остановился у лифта.
- Я - его единственный сын. Он не объективен.
На ее губах появилась улыбка.
- Он имеет правд гордиться тобой. Ты - мужчина что надо.
Я не сразу уловил подтекст.
- Элейн, - прошептал я, - в чем дело?
- Ни в чем. - Она покачала головой. - Во всем.
- Я избавлюсь от него. Попрошу подвезти меня к гаражу. Скажу, что поеду домой на своей машине.
- Не будь дураком! - сказала она. - Отец ждал тебя в аэропорту с единственной целью - доставить сына домой. Неужели ты этого не понял?
Все сходилось. Отец не мог знать, что я обещал Мардж вернуться домой завтра, так как он говорил с ней днем, а я позвонил жене вечером. Мне следовало разгадать его замысел сразу - машина отца подъехала не из общей вереницы такси, он ждал меня где-то в стороне от стоянки.
- Я же говорил тебе, что нам следует остаться там, - с досадой произнес я.
- Теперь это не имеет значения, - бесстрастно обронила она.
Я посмотрел на Элейн. В ее глаза снова закралась боль, которая ранила меня. Мое сердце сжалось. Мы помолчали. Я мог лишь наблюдать за тем, как горечь разливается по ее лицу. Двери лифта открылись, и она шагнула вперед.
Я протянул Элейн чемодан.
- Позвоню тебе позже, - растерянно произнес я.
В ее глазах заблестели слезы. Она молча кивнула.
- Спокойной ночи, милая, - сказал я, когда двери стали закрываться.
Я вернулся через холл к такси.
- Поехали, папа, - устало произнес я, устраиваясь на сиденье.
Он молчал до тех пор, пока мы не выбрались на шоссе. Затем отец посмотрел на меня в зеркало.
- Она очень красивая, Бернард.
Я кивнул.
- Да, папа.
- Как ты с ней познакомился?
Я неторопливо поведал отцу обстоятельства нашей встречи. Когда я закончил, он грустно покачал головой.
- Какое несчастье!
Я обрадовался, увидев, что автомобиль подъехал к нашему дому и остановился. Мне не хотелось больше продолжать этот разговор. Уже перевалило за полночь.
- Ты можешь переночевать у нас, папа, - предложил я. - Уже поздно возвращаться.
Как всегда отец проявил стремление к независимости.
- Ерунда, Бернард. Ночь только начинается. Мой главный заработок еще впереди.
Как и прежде, мне пришлось его обмануть.
- Останься, папа, - попросил я. - Тогда утром мы сможем поехать в город вместе. Ты же знаешь, как я ненавижу электрички.
Мардж удивилась моему появлению; я объяснил ей, что встречу отменили в последний момент, и я решил вернуться домой. Джини спустилась вниз, и мы вместе выпили кофе на кухне. Я не забыл упомянуть мимоходом о том, что я встретил в самолете Элейн. На лице отца появилось странное выражение, но оно быстро исчезло, когда я заговорил о предложении Мэтта Брэйди.
Мы закончили в половине второго; аптека, расположенная через два дома от моего, уже закрылась, мне неоткуда было позвонить Элейн, и я лег спать.
Но заснуть мне не удалось. Раз пятьдесят я перевернулся с боку на бок. Среди ночи Мардж коснулась рукой моего плеча.
- Тебе плохо. Бред?
Ее голос был нежен, как сама ночь.
- Нет. Наверно, нервы.
- Слишком велика ставка, - прошептала она.
Я услышал шуршание простыни, и Мардж оказалась на моей кровати. Она обняла меня за шею, прижала мою голову к своей груди.
- Спи, малыш, усни, - тихонько замурлыкала она, точно убаюкивая ребенка.
Сначала я пребывал в напряженном состоянии, точно свернутая стальная спираль, затем, прислушиваясь к спокойному ровному дыханию жены, согреваясь теплом ее тела, я начал расслабляться. Наконец мои глаза закрылись.
***
Утром, приехав в свой офис, я первым делом позвонил Элейн. Ответ телефонистки не удивил меня. Еще в тот момент, когда Элейн шагнула вечером в кабину лифта, я понял, что произойдет. И все же сейчас я отказывался в это поверить.
- Что вы сказали? - глупо переспросил я, точно не расслышал слов оператора.
Голос девушки зазвучал громче. В нем слышалось раздражение, вызванное потерей времени.
- Миссис Шайлер сегодня утром уехала из гостиницы, - с испугавшей меня четкостью произнесла телефонистка.
Глава 15
К трем часам дня меня охватило отчаяние. Первоначальная злость сменилась обидой. Ей не было нужды так убегать. Мы - взрослые люди. Мужчины и женщины влюбляются, расстаются, но убегать ни к чему. От любви все равно не скроешься.
Я ушел с головой в работу. Мой единственный способ забыться. К полудню я замучил своих подчиненных. Вел себя, как одержимый, и знал это. Даже пропустил ленч.
Но мне не становилось легче. Боль съедала меня изнутри; я больше не мог ее терпеть.
Я выгнал всех из моего кабинета и попросил Микки сделать так, чтобы меня не беспокоили. Открыл бутылку шотландского виски и наполнил бокал. Спустя двадцать минут моя голова болела так же, как и сердце.
Зазвонил прямой телефон, не подключенный к селектору. Я долго сидел, слушая звонки. Отвечать не хотелось.
Но аппарат не умолкал. Наконец я подошел к столу и снял трубку.
- Алло, - буркнул я.
- Бред?
Мое сердце подскочило - я узнал ее голос.
- Ты где? - закричал я.
- У дяди Мэтта, - ответила Элейн.
Вздох облегчения вырвался из моих уст.
- Я решил, что ты сбежала от меня.
- Я действительно сбежала, - глухо отозвалась она.
На мгновение я потерял дар речи, безжалостная боль сдавила мои виски.
- Но почему? - с трудом вымолвил я.
- Ты создан не для меня, Бред.
Ее голос звучал так тихо, что я едва слышал его.
- Я поняла это вчера вечером. Я, верно, потеряла рассудок.
- Мой отец - старый человек, - быстро проговорил я. - Ты не понимаешь...
- Я слишком хорошо все понимаю, - перебила меня Элейн. - К сожалению. Не знаю, почему я пошла на это.
Мне с самого начала не на что было надеяться.
- Элейн!
Острая боль пронзила меня.
- Наверно, мне было одиноко, - продолжала она, будто не слыша меня. Мне сильно не хватало Дэвида.
- Это не правда, милая, - в отчаянии произнес я, - ты обманываешь себя.
- Я больше не знаю, что есть правда, - устало промолвила она. - Да это и не имеет значения. Но я ясно поняла, что ты создан не для меня, и убежала, не дожидаясь той боли, которую я не перенесу.
- Но я люблю тебя, Элейн, - запротестовал я. - Люблю тебя так сильно, что буквально болен с того момента, как узнал о твоем отъезде. Ты создана для меня, как никакая другая женщина на свете. Мы способны дать друг другу все, что нужно мужчине и женщине.
Когда мы вместе, мы становимся единым целым.
- Это ни к чему, - оборвала меня Элейн. - У нас нет будущего. Мы обречены.
- Элейн! - воскликнул я. - Ты не можешь уйти от меня!
- Я не ухожу, - тихо отозвалась она. - Все будет так, словно мы и не встречались.
Горечь залила мою душу.
- Для тебя, возможно, да, - закричал я. - Но не для меня. С таким же успехом я могу считать, что никогда не рождался!