Проснулся рывком. Сон моментально ушёл, а мысли в голове были ясными, но доносящийся из коридора шум и гам настораживал. Первое, что пришло на ум — убежище обнаружили и скоро начнётся штурм и ребята готовятся к его отражению, а в суматохе обо мне забыли.

Быстро оделся. Пару раз плеснул на лицо воды из умывальника. Нормально умыться нет времени. Оружия со мной, кроме пистолета, что подобрал в арсенале, не было, и я пожалел о своей расхлябанности. Надо всегда иметь при себе не только дополнительное — личное оружие, но и основное — автомат с полным комплектом боезапаса, но спокойствие, умиротворённость и чувство защищённости сыграло свою злую шутку, а противостоять штурму солдат-клонов с одним пистолетом…

Осторожно выглянул в коридор. По нему, быстрым шагом, удаляясь чуть ли не бежал, Лёха. Окликнул его:

— Что случилось⁈

— Наши вернулись! — крикнул он и побежал дальше, ничего не пояснив.

С облегчением выдохнул, значит, это не штурм и всё-таки Партизан добрался до конечной точки маршрута. Возвращаться в комнату не стал, а вполне логично рассудил, что может понадобиться моя помощь. Может донести чего, или помочь разместиться и не ошибся.

— А, Бес, ну и здоров ты спать! — при встрече, первым делом воскликнул Заря, — вторые сутки пошли. Тебя и будили, чтоб поел, а ты спал и спал. Ладно, как сам?

— Нормально. Чем помочь?

— Помощь действительно нужна. Многие ранены, истощены, но дошли. Повезло, группу, что я отправил пополнить запасы, как раз их встретила и вместе добрались. Так что, помоги Штерну, а то он зашивается. А я пока пару бойцов отправлю опять к укрытию, думаю там организовать нечто постоянного наблюдательного пункта. Как думаешь?

— Логично, — ответил немного погодя, — но в километрах десяти по маршруту надо организовать запасное укрытие, чтоб если накрыли одно, второе продолжало действовать.

— Десять километров не много? Может, ближе? Чтоб, значит, легче добираться было и хоть какой визуальный контроль имелся.

— Нормально, если анторсы обнаружат одно из них, то в любом случае активность будет видна невооружённым глазом. А прочёсывать десять километров пёхом по пересечённой местности они не будут, а пять… высадят десант и зачистят квадрат всего за пару часов.

— Я тебя понял, Бес. Ладно, Штерн сейчас на складе, амуницию подбирает. А ты в медицине что-нибудь понимаешь?

— Нет, я не медик.

— Вот и у нас штатный медик погиб. Ладно, вроде слышал, у девушек кто-то медицинский заканчивал. Всё, я побежал группу собирать, точнее, две. Одна будет готовить запасное укрытие.

— Товарищ майор, разреши мне в…

— Нет, Бес. Сиди тут! Ты нужен живой и это не обсуждается!

В мыслях я корил себя за то, что рассказал Заре о своей ценности. Теперь меня не только выпускать на поверхность не будут, а, может, и охрану приставят.

С такими мыслями я направился к Штерну. Ему действительно была нужна помощь и практически до позднего вечера я занимался несвойственными мне хозяйственными делами. Отнеси форму туда, принеси на кухню консервы, отнеси в оборудованный медблок кипячёной воды и прочее, чем может заниматься простой вольнонаёмный без опыта, но я не роптал. Исполнял возложенные на меня обязанности спокойно, тем более появилась возможность пообщаться с ребятами, что после долгого месяца ежедневного страха и осознания обречённости, оказались в практически тепличных условиях: вода есть, еда есть, крыша над головой, толстенные стены, но одно в их рассказе меня насторожило. Примерно сутки назад анторсы прекратили активные боевые действия, что в принципе понятно — вооружённые силы разбиты, действенного сопротивления не оказывается, и это наводило на мысль о подготовке второй фазы…

— Товарищ Бес, вас майор приглашает в командирский кубрик, — подбежал один из солдат, когда я собирался идти в столовую. Весь день до позднего вечера я провозился у Штерна, исполняя его поручения, даже времени не нашёл вовремя, по расписанию поесть. И видя мой недовольный взгляд, солдат уточнил:

— Там накрыли стол и собираются все офицеры.

— Хорошо, где это? — задал логичный вопрос, так как особо пока не ориентировался в убежище. За время моего отсутствия солдаты под командованием Зари вскрыли практически все двери, а за некоторыми из них оказались не только ангары-склады, но и коридоры, что, петляя, вели в другие ответвления убежища. Именно в одном из таких обнаруженных коридоров и нашли запасные выходы и помещение контроля периметра, что позволяло следить за тем, что происходит на поверхности.

— Ответвление Е-11, поворот по указателю на Н-6. Кубрик номер О-16, — быстро ответил солдат.

— Хорошо, скоро буду, — там я надеялся увидеть Партизана, а то за суетой так и не узнал, вернулся ли он или нет.

Освещаемые тусклым, дежурным светом коридор выглядел словно туннель метрополитена. Я шёл, читая надписи на стене, чтобы не заблудиться и одновременно запоминал дорогу обратно. Яркий свет и приоткрытая дверь однозначно указывали, что я дошёл. Подходя, прислушался. Доносился едва слышный голос Зари:

—…обложили нас тогда, если бы не Бес, не выбрались. Людей потерял, но задание выполнили, товарищ подполковник.

— Ладно, потом обсудим. Ну, что, начинаем?

— Разрешите? — вошёл в командирский кубрик, что практически ничем не отличался от того, где разместили меня. Там и впрямь накрыли стол. Вся та же немудрёная еда, но людей было в два раза больше, чем кроватей. Все в полученной со склада форме. У некоторых наспех были нашиты знаки различия, но у большинства их не имелось. Двое сидели с перевязанными конечностями, а один с забинтованной головой.

— Проходи Бес, — отозвался Заря, — товарищ подполковник, представляю старшего сержанта специального подразделения с позывным Бес.

— А что он сам представиться не может? — протягивая мне руку для рукопожатия, с улыбкой на лице поинтересовался седовласый мужчина, — подполковник Скоробогатов Валентин Сергеевич, позывной: «Серый», — представился офицер. — Ладно, товарищи. Давайте усаживаться. Разговор будет долгий. Мы тут с майором уже обсудили кое-какие моменты, а судя по его рассказам, вы, товарищ старший сержант можете быть нам полезны. О поставленной задаче и номере части не спрашиваю, понимаю, секретность. Но, может, объединим усилия?

— Объединим. Кстати, товарищ майор, а Партизан не вернулся? — уточнил, так как среди присутствующих восьми офицеров, из которых знал только майора с позывным Заря, я не заметил лейтенанта.

— Партизан за второй группой пошёл, — вместо майора ответил Серый, — план-схема — это хорошо, но без проводника мы бы не дошли.

Из общения с бойцами я знал, что в убежище пришла группа из восемнадцати солдат и офицеров. В первую группу вошли легко раненые и те, кто может им помочь идти. Кстати, раненых, среди военных было мало. Так что практически все из их числа успешно прошли долгий путь и сейчас находились в убежище.

Расселись за стол. Откуда-то появилась фляга с разведённым спиртом. Налили по одной, выпили молча. Я тоже пригубил. После серьёзного ранения у меня появилась неприязнь к спиртному. На то, что я поставил практически нетронутым стакан, никто не заострил внимания. Ели молча, а когда утолили первый голод, взял слово подполковник.

— Вовремя Партизан пришёл. Мы уже и не надеялись. Ведь сигнал, что группа провалилась, мы получили. Выслали следующую, но и от неё меньше чем через сутки поступил сигнал о провале. Так и сидели, ломали голову, что делать. Еды нет. На поверхность носа не высунешь. Полковник уже готовился отдать приказ вывести из укрытий машины и попытаться дать залп со взрывом боеголовки в стратосфере…

— Но это же, — не выдержал майор.

— Знаю, Заря. Это заражение очень большой территории радиацией, но… знаешь, когда солдатики, стоя на посту, один за другим стали стреляться, каково это было??? И понимаешь, что сделать ничего не можешь, а просто так погибать, а тем более сдаваться в плен… Ладно, давайте ещё по одной и обсудим, что будем делать дальше.