– Так лучший и получит, кстати, разместили рейтинг защитников столицы или нет?

– Не разместили, вот и спрашиваем, почему так долго?

– Этот вопрос задайте…

– Разместили! Только что! – выкрикнул НеХайТак.

Повисла тишина. Собравшиеся погрузились в изучение рейтинга защитников столицы, где учитывался вклад в оборону, в том числе и нанесённый урон.

– Что за группа «Крейзи Пупс», – тихо спросил РадоМир и громче добавил, – представитель группы «Крейзи Пупс» присутствует на совещании?

– Группа не в альянсе, – заметил кто-то из собравшихся.

– Верно.

– Так это те, кого недавно в Зал Славы разместили. Группа Гидрофинаю завалила минимальным составом! – воскликнул ДронХохотун.

ВосточныйВетер осмотрелся. Как и окружающие, Ветер удивлён и подавлен. Группа из пяти персонажей, в числе которых представитель «тёмных», нанесла шестьдесят четыре процента урона армии нападавших, что оказалось абсолютным показателем среди защитников. Шедшие на втором месте клан «Экзорсус», нанёс повреждений шестнадцать процентов.

Попытка связаться с представителем группы не принесла результата. Системное сообщение о том, что группа вне досягаемости для прямого общения, а также советом воспользоваться почтовой службой, говорил о том, что группы на континенте нет. По выражениям лиц Ветер понял, что не один искал связь с группой.

– Это ж, сколько уровней отхватили? – задумчиво произнёс КупиПродай.

– Не одну сотню. Сейчас не увидим, перешли на другой континент. Там свой рейтинг, а в мировом их ещё нет, – задумчиво произнёс НеХайТак.

***

Корпорация «Плонва»

Куратор взаимодействия с Системой сидел за столом в кабинете. Немолодой мужчина сорока пяти или пятидесяти лет, смотрел в окно на вид, открывающийся с верхних этажей океанической платформы, принадлежавшей корпорации «Плонва».

– Генрих Вович, обед. Пойдёмте с нами в столовую, – вывел из задумчивости Кузнецова голос коллеги из соседнего отдела.

– Спасибо, но необходимо задержаться на некоторое время. Идите, не ждите. Там встретимся, – ответил дежурную, заученную фразу Куратор.

Генрих Вович всю сознательную жизнь работал на корпорацию. Начинал простым курьером, затем получил диплом аналитика и работал в аналитической службе корпорации долгие двадцать лет.

Пять лет назад Генрих Вович получил предложение, от которого не отказываются. Сейчас Кузнецов являлся и начальником, и подчинённым, и аналитиком, и секретарём в одном лице. Он стал Куратором, отвечал за взаимосвязь с Системой. Прежний Куратор – Мика Варнес, вошёл в Совет директоров корпорации, и Генрих Вович тихими вечерами рассуждал о повторении карьерного роста предшественника. Желания войти в Совет директоров у Генриха не было. Гипотетически рассуждая о вкладе предшественника в дело корпорации, Генрих сравнивал трудовой путь, проделанный Варнесом и свой скромный трудовой стаж.

Проблемы с координацией мероприятий с Системой и отсутствие ответов на поставленные вопросы волновали Куратора. Неоднократно он направлял прошения о доступе в закрытые банки данных, чтобы понять причину и восстановить контакт с Системой. На удивление Генриха Вовича, проблема с Системой не вызвала ажиотажа или аврала, которых Кузнецов прогнозировал.

Последнее заседание Совета директоров, где Кузнецов под нажимом Председателя Совета директоров оправдываясь сообщил о потери связи с Системой, не вызвало репрессий или массовых увольнений. Информация прошла тихо, обыденно для сторонних наблюдателей, коих у корпорации хватало.

– На месте? Жди! – после мерзкого зуммера вызова по внутренней сети, раздался незнакомый голос.

Кузнецов не успел ответить, что уходит обедать, но связь прервалась.

«Подождём», – подумал про себя Куратор. Так фамильярно разговаривать с ним могли только члены Совета директоров.

Генрих Вович осмотрел помещение, готовясь к приёму важного гостя. Кабинет Куратора представлял собой спаренный стандартный кабинет обычных работников. В первой половине располагались рабочий стол, кресло и другие обязательные атрибуты конторской жизни. Вторая часть, закрытая раздвижной перегородкой, являлась недосягаемой девяноста девяти процентам работников корпорации – в комнате находился узел связи, а точнее ложемент странной конструкции для связи с Системой.

– Добрый день, Генрих Вович, – в помещение вошёл предыдущий Куратор проекта Мика Варнес, – давненько не появлялся в родных пенатах. Ничего не поменялось.

– Добрый день, – ответил Генрих Вович, – не предполагал, что с инспекцией прибудете, ещё под завершение рабочего дня.

– Друг мой. Не с инспекцией, а по указанию Совета директоров. Пройдём в узел связи.

Оба человека зашли в помещение, где располагался узел связи с Системой. Мика Варнес достал из кармана цилиндрический прибор, активировал, убедился в работоспособности.

– Господин Варнес, использование электромагнитного излучения в помещении запрещено.

– Знаю, но предосторожность не повредит. Поверь, – многозначительно сказал Варнес, – присаживайся, Совет директоров прислал меня ввести в курс дела, раскрыть информацию, о которой в корпорации знают человек двадцать.

Генрих Кузнецов покорно присел на край кресла, установленного рядом с ложементом. Других кресел или стульев в помещении больше не было, и Варнес начал медленно прохаживаться по периметру помещения.

– Пришло время и тебе доверить секрет корпорации, – начал монолог Мика Варнес, – последние события подтолкнули к такому шагу, чтобы ты, как действующий Куратор проекта «Блюнге» принимал решения исходя из полной картины событий… Сотни лет назад. На заре становления корпорации, её основатель, Алекс Плонв увлекался археологией: раскопками, древностью, легендами, мифами. В одной из экспедиций группе учёных удалось обнаружить в глубине отработанной шахты кристалл исполинских размеров, который все знают как Система. Прошли десятилетия изучения кристалла, когда Алексу Плонву при помощи изобретённых аппаратов и приборов удалось связаться с кристаллом. Это стало эпохальным событием! Началом корпорации «Плонва». Кто создал Кристалл, как попал на планету, до сих пор остаётся загадкой.

– То есть мы изначально не можем, не могли повлиять на процессы, которые протекают в проекте «Блюнге»? – осторожно спросил Кузнецов.

– Изначально, когда Алекс Плонв попал в мир Кристалла, отличить его от внешнего, реального мира по каким-то отдельным признакам не представлялось возможным. Предпринятые попытки уговорить Систему привели к тем изменениям, которые зафиксированы в проекте, замечу, игровом проекте. Но потеря обратной связи с Системой настораживает Совет директоров. Как известно, проект призван снизить нагрузку перенаселённости планеты, сохранить ресурсы для будущих поколений, но отсутствие паритетных отношений между Системой и человечеством, использующим возможности кристалла, беспокоят всех.

– Что беспокоят – понятно, – ответил Кузнецов и тут же процитировал сообщение Системы: «…произошедшие изменения соответствуют заложенному сценарию Мироздания».

– Трудно представить, понять, но возможно наша Вселенная также всего лишь бусинка в ожерелье другого Мироздания. Но факт остаётся фактом. Кристалл – Система живёт своей, непонятной нам жизнью. Опережу возможный вопрос: никаких записей или иной фиксации договорённости с Системой не существует. Система в том мире, где находятся кто на «постоянной», кто в статусе «временный» является Богом.

– Согласно отчёту, на втором континенте произошло крупное столкновение. Идёт война за столицу континента. Со стороны нападающих возглавляет армию непись Астарот, но он же часть Системы, её порождение! – воскликнул Кузнецов.

– Система развивается, возможно, данный шаг – проверка. Достойны продолжить существование в ином Мире, или проект со временем превратится в тюрьму или ад, что, скорее всего, но это всего лишь предположения.

Кузнецов задумался. Что знал раньше о Системе, Кристалле эти знания оказались ложными. Как простому Куратору, человеку, войти в контакт с Богом другого Мира, Кузнецов не представлял.