– Клеймо – это у меня. А у тебя пока просто метка. Не пытайся ее оторвать: во-первых, это больно, а во-вторых, с ней меньше шансов погибнуть, так как показывает твою принадлежность к хозяину. Маску кстати тоже не снимай.

– И кто мой хозяин?

– Тот красный тунианец, с которым я общался только что.

– Туни… кто? – переспросил Рич кашлянув.

– Пошли, по дороге объясню. На поверхности вредно задерживаться дольше двух часов, а я вас уже минут сорок жду. Моя чертова пунктуальность, всегда прихожу заранее.

Англичанин посмотрел на небо, которое над головой светилось красно-оранжевым цветом, а на горизонте переходило в багровые тона. Вокруг – ни одного растения, только черный песок, да редкие островки скал, от которых шло слабое голубое сияние. В таком месте действительно «задерживаться» не хотелось. Он покорно двинулся за стариком, который бодрым шагом пошел вперед. Два робота последовали за ними.

Гравитация на планете оказалась чуть слабее земной, и Ричу было немного непривычно. Он поравнялся с новым знакомым и с интересом спросил:

– Ты без маски. Тут можно дышать?

– Мне да, тебе нет.

– Это как? У тебя другие легкие что ли?

– Не знаю, я внутрь себя не заглядывал. Но мои прежние хозяева, так сказать, меня усовершенствовали. Теперь я могу дышать почти в любой атмосфере, по крайней мере какое-то время.

– Я тоже смогу?

– Может быть, если повезет. Вообще, парень, забудь свою прошлую жизнь, ты считай что умер, теперь все будет по-другому.

Впереди на поверхности показались белые огни. Старик ускорил ход и через некоторое время остановился. Рич заметил, что они находятся внутри светящегося по краям прямоугольника. Незнакомец нажал несколько раз на свой браслет, вдруг почва под ними задрожала и стала медленно уходить вниз.

– Не бойся, это что-то вроде тунианского лифта. На поверхности планета мертва, вся жизнь бурлит внутри неё.

Углубившись метров на пятьдесят, подъемная площадка остановилась. Люди и роботы очутились напротив туннеля с запертыми дверями. Очередная манипуляция старика с браслетом открыла вход, и Рич попал в длинный коридор с гранитными стенами. По мере продвижения туннель расширялся, и, наконец, они оказались под огромным светлым куполом. «Небо» здесь было зеленоватого цвета, «почва» – темная и мягкая словно губка, которая при каждом шаге продавливалась на несколько сантиметров и тут же быстро расправлялась обратно.

Мимо них стали сновать сотни неизвестных Ричу существ. Через несколько «минут» земляне добрались до овального аппарата размером с грузовик.

– Залазь. Нам в этот транспорт, – кивнул старик на шатл из неизвестного материала.

Рич просунулся в узкий люк и ударился головой о низкую крышу. Незнакомец проворно юркнул следом. Двери закрылись, и роботы остались снаружи. Внутри салон освещался, хотя Рич не заметил ни одной лампочки. Казалось, светились сами стены. Черная кожа пленника стала отливать синеватым оттенком.

– Ну наконец-то мы отделались от твоего конвоя, – облегченно вздохнул старик, – каждый раз действуют мне на нервы. Год назад они поджарили одного дуралея, который решил сбежать. Горел секунд семь не больше, осталась кучка золы от него. С тех пор эти «жандармы» меня напрягают.

– И часто сюда людей доставляют? – поинтересовался англичанин. Рич понял, что для старика транспортировка очередного пленника – такая же рутинная работа, как доставка пиццы на Земле.

– Ну, раз в неделю как минимум. Кстати, я не представился, меня зовут Харли, – старик протянул ладонь, – Харли Вуд, я из Нью-Плимута, Новая Зеландия. Ах, черт, как давно это было.

– Рич Кук младший, – ответил астронавт, и мужчины обменялись рукопожатиями.

– Ну, рассказывай. Как тебя похитили? Почему ты один? Остальные погибли во время перевозки? – вольготно развалившись на полу, спросил новый знакомый.

– Мы двигались по поверхности Марса, налетел ураган, меня унесло в сторону. Марсобот вышел из строя, и я не мог передвигаться, воздух почти закончился. Потом я увидел резкий свет и очнулся уже на корабле этих существ.

Старик внезапно рассмеялся:

– Аха-ха! Ты был на Марсе?! Нет, насчет твоей вменяемости я, пожалуй, поторопился…. Все-таки ты тронулся чуток. Марс! Ха-ха-хах! Ну ты даешь, парень, обычно всех похищают где-нибудь в лесу, загородом, иногда прямо из кроватей. Меня вот, например, забрали вместе с девушкой, когда мы загорали на диком пляже, так и привезли голышом.

– Я не шучу насчет Марса. Я – член первой пилотируемой марсианской экспедиции.

Старик задумчиво замолчал на мгновение и уставился в потолок:

– Экспедиция на Марс? Нда… наши, значит, тоже растут, молодцы. Но до этих джентльменов, на чьей планете мы с тобой находимся, людям еще далеко.

– Где мы?

– Местные называют свою планету – Тун. Я зову этих дистрофиков тунианцы. Ты, наверное, заметил, какие они хилые?

– Ага… и медлительные.

– Зато мозги варят как надо. Они изобрели себе кучу роботизированных приспособлений и радуются жизни. К тому же тунианцы – умелые дипломаты и торговцы. Довольно успешная раса в этой части вселенной. Наши земляне по сравнению с ними как пещерные люди перед Эйнштейном.

– Занятно, всегда верил в то, что мы не одни во вселенной. Но чтобы вот так в этом убедиться… А ты тут давно?

– Сорок девять лет. Через двадцать шесть дней исполнится ровно полвека, – вздохнув, ответил старик.

Англичанин аж присвистнул от удивления:

– Вот это срок. А сколько всего тебе?

– Семьдесят пять. На земле в моем возрасте многие стариканы бродят с тросточкой, а здесь я каждый день пробегаю по пятнадцать километров и отжимаюсь пятьдесят раз за один подход.

Рич уважительно качнул головой:

– Впечатляет. А зачем местным мы с тобой и другие люди?

Старик привстал, почесал спину и облокотился на овальную стенку:

– По-разному: для торговли, опытов, разведения, службы. Ты вот молод, силен, хорошо сложен, думаю, из тебя получится неплохой ловец.

– Чего?!

– Ловец. Видишь ли, за годы, которые провел на других планетах, я понял, что земляне для успешных рас – что-то вроде домашних животных. По уровню интеллекта мы ниже многих инопланетян, но в целом разумные, поэтому неплохо поддаёмся дрессировке. Тунианцы научились находить с нами общий язык, мы можем понимать друг друга. Если ты станешь ловцом, то увидишь много чего интересного. Есть такие существа, которые общаются только телепатически, они похожи больше на медуз, но могут убить тебя силой мысли, непредсказуемые твари. Встречал я огромных четырехметровых громил, отдаленно напоминающих людей, только покрытых чешуёй прочнее стали. Есть богатая раса Элу, сложно их описать, они размером со слона, жирные и вонючие, питаются соком огромных деревьев, которые растут в их кислотных океанах. Вот эти Элу считают хорошим тоном заводить у себя пару-тройку экзотических питомцев, включая людей.

Англичанин поерзал, закрыл глаза, снова открыл, стараясь унять нервную дрожь. Космонавту стало казаться, что он сходит с ума, как те ребята, про которых рассказывал Харли. Шатл тем временем плавно и размеренно летел, то чуть опускаясь, то поднимаясь. В салоне слышалось едва различимое гудение, словно от трансформатора. Зачесался нос, и Рич поправил маску на лице:

– А моральные терзания тебя не мучают?

– В каком плане?

Пленник старался аккуратно сформулировать вопрос, чтобы не спровоцировать конфликт:

– Ну, ты на них работаешь, помогаешь им. А они опыты на людях ставят и так далее. Как это вообще?

Старик опять расхохотался, но затем продолжил серьезно:

– Так и люди друг на друге опыты ставят. Еще похлеще тунианцев.

Воюют, убивают друг друга почем зря из-за денег, бомбы друг на друга скидывают. Если бы инопланетяне захотели, они бы за неделю захватили Землю и сделали бы там свою колонию. Я тебе скажу так: когда посмотришь, сколько во вселенной рас, начинаешь немного по-другому к этому относиться. Мы – всего лишь маленький вид в большой и многоуровневой иерархии космоса.