Лев Николаевич принял душ и осмотрел себя в зеркале. За эти дни он как будто постарел лет на десять. Глаза впали, волосы еще сильнее поседели, а морщины стали глубже. Президент провел рукой по пробивающейся щетине, но вспомнил совет Федора и решил отпустить бороду.

– Ну что ж, по крайне мере, так меня сложнее узнать, – сказал он своему отражению, вернулся в спальню и прилег отдохнуть. После тяжелой ночи горячий душ подействовал как снотворное, и мужчина отключился.

Через сон до него донеслись какие-то глухие удары. Лев Николаевич с трудом открыл глаза и понял, что стучат в дверь. Он быстро спустился и увидел на пороге Леху.

– Привет, – сонно пробормотал Лев Николаевич.

– Добрый день. Пойдемте обедать, все готово.

– Обедать…, а сколько времени?

– Так второй час уже…

– Ого, вот это меня разморило. Иду, иду…

Осмотрев нового соседа в нормальной одежде, Федор одобрительно хмыкнул. Лев Николаевич увидел в комнате незнакомую женщину с девочкой и приветливо поздоровался.

– Это – Марина с дочкой Ксюшей. Мы часто собираемся вместе, – пояснила Оксана, которая как обычно хлопотала на кухне. Но делала это с таким изяществом, что президент даже загляделся на хозяйку.

Федор погладил свои густые усы и посмотрел в окно:

– А может, в саду пообедаем? На воздухе?

– Давай! Тогда вы с Лешей вытащите стол, а девчонки помогут мне отнести блюда и посуду, – быстро организовала процесс Оксана.

Президент тоже попытался предложить свою помощь, но хозяйка очень мягко и деликатно попросила его не беспокоиться. Через пятнадцать минут все уже собрались за столом на улице под навесом, оплетенным виноградной лозой.

Лев Николаевич чувствовал, что Марина немного стесняется его присутствия, а вот её дочка, наоборот, с нескрываемым любопытством рассматривала «новенького». На вид девочке было лет пятнадцать, смуглая кожа, темные волосы, красивые тонкие черты лица и живые блестящие карие глаза, которые задорно смотрели на всех вокруг.

– Вам у нас нравится, в поселке? – спросила Ксюша у президента, потянувшись за солонкой.

– Да, у вас отлично. Кстати, хотел спросить, а откуда электричество? Я думал, все обесточено…, – президент повернулся к Федору.

– У нас здесь автономная газовая котельная на весь поселок, а от нее генератор работает, все автоматизировано, мы туда не заглядываем даже. А так как сейчас людей почти не осталось, то потребление маленькое, на наш век хватит. Около котельной большие резервуары с газом под землей установлены. Их при мне один раз только заправляли, в том году.

Президент с доброй завистью посмотрел на казака:

– Да у вас просто идеальные условия. Неплохо утроились.

– Тут раньше какая-то старая деревня была, три полуразваленных домишки стояло. Потом одни предприимчивые люди их выкупили и всю землю вокруг тоже, от реки и до леса этого. Отремонтировали дорогу более-менее, котельную эту установили и стали коттеджный поселок строить, а еще участки земли продавать. Строительство у них как-то не очень пошло, а землю люди брали, такие как мы, например, – продолжил казак.

Марина тоже подключилась к разговору:

– Потом, как мне муж рассказывал, приехали ребята из «Газпрома» и выкупили у них большую часть земли оптом. Планировали здесь отдельный поселок построить для своих сотрудников, но планы, видать, у них поменялись. Так что мы тут одни и жили, пока не началась эпидемия.

– В общем, мы, можно сказать, здесь – как у Христа за пазухой. Вода артезианская из скважины во все дома подведена, насосы качают. Электричество есть, газ есть, от больших городов далеко. Вот только продукты в магазин больше не возят, но земли хватает, сами себя прокормим, – добавила Оксана.

– А вы тут давно живете? – поинтересовался президент.

Федор на секунду задумался:

– Мы – восьмой год, одни из первых построились, Марина вроде на год позже заселились с семьей.

– А до этого, где жили?

– Из Ростова мы, – ответил Леха, который до этого только слушал.

– Ну, я из Ростова, а Федя сам из Батайска, это рядом город, но Лешка уже в Ростове родился, – уточнила Оксана и встала из-за стола, – морс забыли, сейчас принесу.

Федор проводил взглядом супругу:

– Мы когда здесь участок прикупили, я в одной крупной компании работал, занимались переработкой токсичных отходов. Часто и надолго в командировки летал, особенно в среднюю и юго-восточную Азию.

– Ммм, так-так, – с интересом кивнул президент, уплетая обед.

– Ну так вот, – продолжил казак, – нажился я и в Бангладеше, и во Вьетнаме, и Узбекистане с Индиями и Лаосами. Впечатлений, конечно, привез с собой кучу и шрамик вот этот, – Федор показал на глаз, где от брови до виска тянулся толстый рубец.

– Профессиональная травма?

– Ага, только профессиональная драка. Зарубились мы как-то по-пьяне с индусами, стенка на стенку. У них там отдельная бригада была, не помню уже как получилось, но мне бутылкой по голове прилетело. В общем, так мне эти людские муравейники надоели, что на старости лет захотел подальше переехать. На пенсию я рано вышел, так как шел по «вредной сетке», плюс командировочные стаж добавляли. И как домик построили, так сразу сюда и перебрались. Оксана у меня учительница, устроилась в школу в Дагомысе, Лешка там и доучивался. Как раз осенью в армию должен был идти…

– Ага, только теперь охранять границу поселка приходится, – усмехнулся парень.

– Да, не поешь ты уже солдатской каши, – хихикнула Ксюша.

Лев Николаевич посмотрел на девочку и обратился к Марине:

– А вы откуда, если не секрет?

– Из Сочи, у моего мужа там биз…, – внезапный звон колокола перебил женщину, и все поднялись из-за стола.

– Это Борис, тревогу бьет. В дом быстро! – скомандовал хозяин.

Меньше чем через минуту вся компания уже заперлась в коттедже. Федор ходил по залу, нервно похрустывая пальцами:

– Связи у нас никакой нет, вот это проблема, рации нужно раздобыть.

– Да, без связи нельзя. А кто такой Борис, кстати? – поинтересовался президент.

– Он через две улицы живет, хороший дядька, – вперед отца ответил парень.

– Да, нормальный мужик, подбухнуть любит, правда, но с кем не бывает, – добавил казак нахмурившись.

– Пойду сверху гляну, что случилось, – сказал Леха и побежал на второй этаж.

Федор достал из сейфа ружье, несколько коробок патронов и острую блестящую шашку:

– Вот и весь мой арсенал, не считая пары топоров…

Через несколько минут вернулся Леха и шепотом сказал, как будто боясь, что его услышат на улице:

– Зомбаки снаружи, много. Я штук десять уже насчитал…

Федор вздохнул и чуть-чуть приоткрыл уголок занавески на окне:

– Давно они сюда не забредали, места тут малолюдные. Чего этих тварей к нам занесло…

– Может, это я хвост привел, – президент вкратце рассказал историю про то, как зараженные окружили его в микроавтобусе.

Казак погладил усы и рассудительно проговорил:

– Что случилось, то случилось. Надо выждать, понять, сколько этих гадов на улице и перебить мелкими группами. Толпой-то они жуть как опасны.

– Может, сами уйдут, – с надеждой предположила Оксана.

– Ага, как же! Они тут жизнь чуют. В сарае у Сороки только три коровы стоит, дверь там крепкая, но для них это как магнит будет, – возразил Федор, не выпуская из рук ружьё.

Марина и Ксюша молчали, робко сидя на диване. Лев Николаевич посмотрел на часы, висящие над дверной аркой:

– Зараженные ночью плохо видят, в оцепенение впадают, я только поэтому спасся, что они очень заторможенные стали.

– До темноты надо с Борисом соединиться, вместе покумекать над планом…, – сказал хозяин и сам пошел на второй этаж, чтобы оценить масштаб угрозы.

Через несколько часов, когда стало смеркаться, входная дверь коттеджа отворилась и из нее осторожно вышли трое мужчин. Оксана проводила их взглядом, перекрестила и заперла дом. Федор рысцой бежал впереди, чуть позади него двигался Лев Николаевич, а замыкал группу Леха.