Вот и сейчас после совещания он планировал зайти к ним ненадолго, но Александр сказал, что есть срочная информация и нужно принять решение. Президент, советник и начальник военного штаба остались в кабинете втроем.
- Лев Николаевич, - начал Чернов, - по нашей информации, множество инфицированных движется из Подмосковья в столицу. Нормальных людей там нет. Каннибалов по предварительным подсчетам больше двух миллионов. Как показывает разведка со спутников, которые мы пока не потеряли, зараженные целенаправленно движутся в столицу. Возможно, эти твари чувствуют, что тут осталась жизнь, а для них - еда.
- Я понял масштаб угрозы. К чему вы клоните, Александр?
- Нам необходимо применить ядерное оружие, чтобы их остановить, - ответил за советника начальник штаба.
Повисла пауза. Президент смотрел на интерактивную карту Родины. Красными пятнами на ней были отмечены очаги эпидемии и с каждым днем они становились все больше.
- Ядерное? - наконец переспросил он.
- Да, - кивнул Чернов, - мы едва сдерживаем тех, кто есть в Москве. Каждый день их становится больше, а нас - меньше. Перекрыть все входы в столицу, чтобы сдержать эту армию, у нас не хватит человек. Если сюда вторгнутся еще несколько миллионов особей из Подмосковья… нам не выстоять, - последние слова советник сказал совсем упавшим голосом.
- Но если применить ядерное оружие, Москве тоже придет конец.
Военный нервно барабанил пальцами по столу и тихо, но отчетливо объяснял:
- Мы используем заряды малой мощности, радиус поражения - километр, площадь радиоактивного заражения - всего три километра. Зверье идет несколькими группами, пять-шесть зарядов хватит, чтобы их остановить. По крайне мере, большинство.
- Предлагаете нанести ракетный удар по своей же стране?
Собеседники ответили на вопрос президента молчанием, смысл которого легко угадывался.
- Но ведь на этой территории еще есть живые, нормальные люди? – Лев Николаевич встал и стал расхаживать перед картой, сложив руки за спиной.
- Есть, но мало. Нужно чем-то жертвовать, - холодно произнес Александр.
- Их необходимо предупредить. Через сколько, по Вашим расчетам, зараженные подойдут к столице?
- Дня через два-три, но мы должны встретить их на расстоянии, чтобы самим не схватить дозу облучения, - предупредил начальник штаба.
- Распечатайте срочно листовки. Разбросайте их с вертолета по городам и дорогам Подмосковья, дайте сообщение по всем СМИ, которые остались. На все про все - сутки, через сорок часов назначаю удар по людоедам на подступах к Москве и… - слова президента утонули в сигнале тревоги.
- Что за черт?! – прохрипел начальник штаба.
Александр достал рацию:
- Охрана, прием?! Почему тревога?! Доложить!
В динамике рации раздалось слабое шуршание, и послышался голос:
- В лаборатории ЧП. Дверь заблокирована. Связь с научным персоналом прервана.
- Ничего не предпринимать до моего прихода, -сухо сказал президент и торопливо вышел из кабинета. Начальник штаба и помощник последовали за ним.
Мужчины спустились на два этажа под землю в специально оборудованный бункер. Там располагалась лаборатория, в которой пыталась разработать лекарство небольшая группа ученых.
Лев Николаевич, Александр и начальник штаба подошли к двери, ведущей в лабораторию. Дверь была заперта, возле нее стояли десять вооруженных солдат.
- Что произошло? - спросил президент.
- Сработала автоматическая система предупреждения внештатной ситуации. Дверь в лабораторию заблокировалась. Мы ждем Ваших распоряжений, - военный посмотрел на начальника штаба.
- Лев Николаевич, нужно изучить данные с камер наблюдения перед тем, как открывать дверь, - вмешался Чернов.
Через несколько минут мужчины просматривали видеозапись происшествия. Вначале все было как обычно: ученые занимались своей работой, а зараженные находились в камерах. Внезапно наступила темнота. Через минуту камеры вновь включились, и президент с помощниками увидели зараженных, пожирающих беспомощных ученых. Один из врачей попытался выбраться, но двери уже были заблокированы. Лев Николаевич различил среди каннибалов своих жену и дочь, которые обгладывали руки одному из вирусологов, тому самому, кто меньше часа назад принимал участие в совещании и кому президент обещал предоставить все ресурсы для работы над антивирусом.
- Это конец. Наша последняя надежда разработать вакцину погибла в этой лаборатории, - сказал Лев Николаевич упавшим голосом и отвернулся от монитора.
- Вызовите технических работников, надо выяснить, почему открылись двери в камерах с зараженными, - отдал распоряжение Александр, глядя на солдата.
Через несколько минут военный вернулся с двумя сотрудниками системы жизнеобеспечения бункера.
- Что произошло? Как инфицированные оказались на свободе? Почему заблокировалась входная дверь в лабораторию? – обратился к вошедшим президент.
- К нам подошел один из ученых и сказал, что Вы распорядились обеспечить лабораторию бесперебойной энергией. У них планировался какой-то важный опыт. Я ответил, что могу заняться этим через час, но он начал требовать, чтобы я решил эту проблему как можно быстрее. Поэтому мне пришлось обесточить лабораторию, чтобы подключить ее к энергосистеме нашего мини-реактора.
- Но ведь электроэнергию отключали и раньше,у нас же случались перебои, но все было в порядке, - недоумевал начальник штаба.
- Это верно, - вздохнул инженер, - только перебои были из-за общей городской энергосистемы. А камеры, в которых находились зараженные, сразу находились на бесперебойном питании от реактора.
- Тогда тем более не понимаю, почему открылись электрозамки на этих камерах, - покачал головой Александр.
Инженеры переглянулись, и старший из них робко продолжил:
- Чтобы полностью обеспечить бесперебойным питанием лабораторию и всё синхронизировать, нам пришлось отключить ее от всех источников, включая реактор… всего на минуту…
- Это была временная схема… нас торопили… если бы нам дали день, этого бы не произошло, - оправдывался второй инженер.
- Получается, вы обесточили лабораторию вместе с камерами, поэтому зараженные выбрались на свободу… а когда питание возобновилось, система безопасности получила сигнал, что камеры инфицированных открыты, и заблокировала выход, чтобы изолировать отсек... ученые оказались в ловушке один на один с людоедами, и все погибли, - размышлял вслух Чернов, пытаясь восстановить картину событий.
- Мы просто делали свою работу… - пробормотал старший инженер.
- Работу?! Из-за вашей работы погибли все ученые! – воскликнул начальник штаба.
- Нам сказали – мы сделали… не наша вина, что в лаборатории не было ни одного охранника, - огрызнулся второй технарь.
- Чтооо???!!!
- Прекратите. Это уже не имеет значения, - прервал разгорающийся конфликт Лев Николаевич, - все кончено.
Президент понимал, что вместе с учеными умерла последняя надежда спасти его жену и дочку. Теперь они и остальные подопытные стали не нужны, а значит, их предстояло ликвидировать, пока еще кто-нибудь не погиб.
- Мне нужен спецкостюм и оружие, - Лев Николаевич посмотрел на Александра, а затем на генерала.
- Рискованно, - покачал головой советник.
- Это приказ, а не просьба.
Через несколько минут группа спецназовцев вместе с президентом стояли около двери, ведущей в лабораторию. Все остальные покинули это крыло. Перед тем, как войти командир взвода дал последние указания:
- Все получили инструкции, огонь на поражение, - он перевел взгляд на президента и добавил, - кроме двух целей. По моей команде: три, два, один…
Солдаты разблокировали дверь и ворвались внутрь. Послышались выстрелы. Лев Николаевич, словно в замедленной съемке видел, как пули пробивали тела каннибалов, простреливали им головы, и те падали замертво. Он искал глазами только двух человек, и первой увидел дочку. Она бежала прямо на солдата. Бесстрашная, яростная, неудержимая. Спецназовец, оценив угрозу, пнул ее в грудь, опрокинув на пол. Боец тут же придавил ногой ее шею, чтобы девочка не смогла подняться, и продолжил отстреливаться, стоя на месте. Еще двое солдат схватили худое существо, которое когда-то было женой Льва Николаевича. Вирус изменил ее до неузнаваемости: вместо волос из головы торчали какие-то грязные клочки, кожа потрескалась, раны и ссадины не заживали, а медленно гнили. Солдаты повалили женщину на живот и держали так, что она лишь яростно крутила головой, безуспешно пытаясь кого-нибудь укусить.
