Молчание затягивалось, но тишина меня не беспокоила — наоборот, позволяла обдумать сложившуюся ситуацию.

Осознание того, что Высший Правитель уже выбрал невесту и это почетное звание ложится на мои плечи, не могло меня не злить и не огорчать, а тем более устраивать! Замужество полностью расходилось с моими жизненными принципами и означало крах всех моих планов. К тому же я была уверена, что Алисдэйр совершает ошибку. Ведь страшно представить, каково ему будет, когда он встретит настоящую возлюбленную, будучи женатым на мне! Хотя браки и заключаются на всю оставшуюся жизнь, думаю, если он очень захочет, то… То, что тогда будет со мной?.. Нет, это не собственническое отношение или ревность, просто…

— Не кусай ее, — хрипло попросил Правитель.

Я вздрогнула от его голоса. Конечно, задумавшись, я по детской привычке прикусила губу.

— Ты всегда так делаешь, когда о чем-то усиленно думаешь, — продолжил он.

— Вам не надоело за всеми следить? — огрызнулась я, раздосадованная тем, что от него ничего не скрыть.

— Я не следил. Я знаю, — вздохнул он. — Ты вспомнишь, ты обязательно все вспомнишь.

— Ваше сиятельство…

Сев поудобнее, он внимательно уставился на меня. Я нервно сглотнула.

— Мне должно быть стыдно, что я подслушала ваш разговор, но…

Алисдэйр откинул рукой прядь своих волос за спину, и внезапно у меня вышибло воздух из легких.

— …тебе не стыдно, — помог закончить Правитель и лукаво улыбнулся.

— Ага, ни капельки, — пытаясь собрать мысли в кучку, согласилась я. — В общем, мне теперь известна причина столь пристального внимания к моей персоне. Вы отвратительное существо.

— Лика…

— Подождите, не перебивайте! Во-первых, вы согласились заменить принцессу Изабелл мной из праздного любопытства. Не отрицайте, ваш собеседник это упомянул, следовательно, ваши догадки касательно того, что я ваша возлюбленная из прошлой жизни, — не более чем предположение.

Я глубоко вдохнула, чтобы успокоиться и не рассмеяться, настолько абсурдным и нереальным все казалось.

— Во-вторых, ситуация с отбором невест. Это еще раз доказывает, что вы не уверены в себе. Простите… Честное слово, я желаю вам найти свою потерянную любовь, но не за счет чьей-то сломанной жизни. — Я твердо посмотрела ему в глаза в надежде, что он поймет, о чем я говорю. Ведь ему не составляет труда копаться в чужой голове. — И в-третьих, повторю самое главное — я не хочу выходить замуж.

На этих словах я шумно выдохнула и уставилась в потолок. Молчание затягивалось. На кровать запрыгнул Габи и, довольно мурча, тяжело навалился на мои ноги. Ну, хоть какая-то моральная поддержка…

— История повторяется, — наконец выдавил Алисдэйр. Резко вскочил с кровати и зашагал по комнате.

— Что, простите?

— Ты тогда тоже не хотела за меня замуж.

— А?

— Хорошо, — сдался Правитель, заметив мой полный гнева взгляд. — Я обещал тебе историю, ты ее заслужила.

Это он про мой выигрыш? Да, заслужила, но что-то мне не очень хочется слушать его старинные байки. Как-то больше собственная участь интересует…

— Я встретил тебя… то есть ее, — поправил сам себя Алисдэйр, заметив мои сжатые кулаки, — на склоне огромного снежного холма. Зима царила в том месте: все застыло под белоснежной коркой, кружили в танце снежинки, все живое уснуло долгим сном. И она… яркая, живая! Каждое ее движение полно жизни. Длинные каштановые волосы, словно пышное покрывало, струились по спине. Я тогда удивился тому, что ее голова ничем не покрыта…

— Вот вам еще одно отличие, — не удержалась я. — Как вы сами сказали — я похожа на попугая…

Он посмотрел на меня как на маленького неразумного ребенка. Я поперхнулась собственными словами.

— Этому есть объяснение, — загадочно улыбнулся Алисдэйр и уже хмуро добавил: — Как и многому другому.

Вновь заправив выбившие пряди волос за ухо, Правитель развернулся на краю кровати спиной ко мне. Мои жадно потянувшиеся к его чудесным волосам руки опустились с его словами:

— Я был самым безжалостным среди всех живущих. Привык брать все, что пожелаю, зачастую — именно силой. Никто не мог сравниться со мной, да и сейчас не может. Я совершеннейшее существо, созданное для гармонии этого мира. Лика, я человек, наделенный огромной силой! Я человек, но созданный по образу и подобию Хранителя трижды проклятого мира!

Он сорвался на крик, но его спина у меня перед глазами даже не шелохнулась, так и осталась прямой. Казалось, что ему с трудом дались предыдущие слова. У меня же нещадно разболелась голова. Было ощущение, что мне в виски впились тысячи острых игл и медленно вгрызаются все глубже и глубже.

— Я тот, кто первую тысячу лет своего существования упивался болью и горем людей и нелюдей. Я стравливал всех, как собак, наблюдая со стороны, что из этого выйдет.

Голова разрывалась, слова Алисдэйра доносились как будто издалека.

— Наш первый поцелуй ты назвала кровавым…

Возмущаться тем, что он вновь сравнивает меня с какой-то давно умершей девушкой, сил не было. Я крепче сжала виски руками, надеясь, что эта боль пройдет, исчезнет, испарится.

— Кровавым, — эхом повторил Правитель. — Ты первая, кто посмел мне перечить, первая, кто после поцелуя влепил мне пощечину своей хрупкой ладошкой. Ты тогда сломала пальцы и вывихнула запястье. Но не позволила мне себя вылечить. Ты кричала, что у меня изо рта воняет кровью и что я противен тебе.

У меня перед глазами поплыли цветные пятна. Непонятная, спонтанная боль расползлась по всему телу, Правитель же не замечал моего состояния и продолжал:

— Именно тогда я стал пользоваться мятными пастилками. Ты очень любила мятный чай, а еще лесные ягоды.

— Алисдэйр… — прохрипела я, — пожалуйста, замолчите… Мне сейчас так плохо, как никогда еще не было. Помогите.

Я не была услышана.

— Долгих пять лет я пытался завоевать тебя. Долгих… для того, кому век казался мгновением. Я изменился и изменил реальность вокруг. Кровопролитие ушло в небытие, и ты… ты обратила на меня свой взор!

— Хватит! — из последних сил выкрикнула я.

Не увидев, но почувствовав, что Правитель обернулся ко мне, я выдохнула — сейчас все закончится.

— Лика?..

Да-да, она самая, сделай уже что-нибудь! Я это не сказала, подумала, но была услышана наконец-то.

Касание холодных рук по моим щекам, вискам, лбу… Боль постепенно отпускала, утихала… Когда она совсем исчезла, я обнаружила себя свернувшуюся клубочком на коленях Правителя. Не буду врать, мне нравилось чувствовать тепло его тела и ощущать неуловимый аромат, какой бывает во время грозы. Алисдэйр покачивал меня и нежно гладил по голове. И его недосказанная история стала сразу такой ненужной… Хотелось просто нежиться в руках этого мужчины. Удивительное чувство гармонии, которое я испытывала первый раз в жизни.

— Рано, слишком рано, — выдохнул Правитель. — Извини.

— За что? — спросила я.

— Тебе больно, ты сама должна все вспомнить.

Опять он за старое… Что ж, пусть будет по-вашему.

— Отпустите… пожалуйста.

Он неохотно выпустил меня из своих объятий, и я откинулась на подушку. Кот тут же взгромоздился мне на живот. О Боги, чем этого толстяка кормят мои служанки?.. Такое впечатление, что одними пирожными.

И тут неожиданная догадка посетила меня:

— Ваше сиятельство, вы один из тех мужчин, которые мне снились? Только кто? Тот, что убил беременную девушку, или который снес женщине голову мечом? Во сне я не видела лиц…

Правителя перекосило, часто задышав, он поднялся с кровати.

— Лика! — раздался вопль Сай из гостиной.

Я вскочила даже быстрее кота, который секунду назад, казалось, мирно спал, а с неожиданным вскриком принцессы молниеносно шмыгнул под кровать. Подбежала к шторам, которые отделяли будуар от спальни, и… В общем, мы с ней врезались, что называется, на полном ходу и обе повалились на ковер. Причитая и охая, подруга, еле встав на колени, пыталась поднять меня. Комичность ситуации взяла свое, переглянувшись, мы расхохотались.