— Лика, — и столько отчаяния в голосе.

— Прости… те, — прошептала я.

— Лика, если только это преграда, я упрошу Высшего Правителя! — воскликнул принц и снова меня обнял.

Девичьи мечты о счастливой жизни с поваром давным-давно канули в бездну. Если бы он тогда пришел, все могло быть иначе. Только сердце отзывается на его прикосновения и жаром пылает тело. Могла ли я подумать тогда, что повар и принц — это одно лицо. И ведь не смутило меня его имя, а казалось, что может быть проще. Нершам — Маршен, чуть искаженный перевертыш.

Стук в дверь вырвал меня из раздумий.

— Маршен, отойди от нее, — потребовал вошедший магистр.

— Дрем, все в порядке, — вырвавшись из рук Маршена, слабо улыбнулась я.

Значит, их высочества давно знакомы, раз вот так свободно разговаривают друг с другом. В который раз уверилась, что придворный этикет, кроме скуки и лишних слов, не дает ничего, пустая трата времени.

Под пристальными взглядами мужчин заняла место за столом. Яичница с беконом выглядела великолепно.

— Присаживайтесь, — нанизывая вкуснятину на вилку, предложила я.

— Благодарю. — Дрем быстро сел возле меня, принцу досталось место напротив.

— Пока я ем, Маршен, расскажи… те, что вообще произошло, пожалуйста, — попросила я и отправила яичницу в рот.

Под мой жующий аккомпанемент принц приступил к рассказу.

— Отец давно подозревал Изабелл в заговоре, — начал он, а я поперхнулась.

Дрем заботливо постучал по моей спине.

— Ешь, не отвлекайся, — последовал от него приказ.

Пришлось подчиниться.

— Именно по этой причине сестре было отказано в участии в отборе. А тебя отец отправил в отместку за твой отказ мне.

— Так я и думала! — не удержалась я. — Ой… все, жую, жую.

— Анжелика, вы нечасто бываете при дворе, поэтому я опущу описание всех интриг, которые привели отца к выводу о причастности принцессы к смене императора.

— Д-да, — согласилась я, запивая очередной кусок, который встал в горле.

— Когда вы уехали, отца ужалили берегини. Придворного мага не оказалось во дворце…

— О нет, — выдохнула я.

— Все обошлось, к счастью, Адвил Монсорье спас моего отца.

— Папа?

— Да, он прибыл на аудиенцию к императору. Сами понимаете, она не состоялась. Подельники принцессы пытались помешать герцогу, но ваш отец не зря считается лучшим Стихийником Дарлимеи. К сожалению, многих ждет казнь и ссылка.

— Папа не пострадал?

— Нет, ничего непоправимого, — виновато улыбнулся Маршен.

— Вот как…

Я прекрасно знаю, в каком состоянии был резерв моего отца, и это спасение императора явно не в лучшую сторону сказалось. Лишь бы все обошлось.

— Ядовитыми насекомыми увлекалась Изабелл. Вы не знаете, но у нее был свой террариум во дворце. Сложить два и два проблемы не составило, но… когда исчез ваш портрет, я понял, что вам грозит опасность.

Принц замолчал, Дрем что-то подкладывал мне в тарелку. Есть, если честно, перехотелось совершенно.

— Лика, ешь, — потребовал магистр.

— Пока я мчался к вам, дознаватели выяснили у соучастников Изабелл ее примерные планы касательно вас. То, что я узнал, повергло меня в ужас и шок. Ритуал полного подчинения — это не то, что можно проигнорировать.

— Спасибо, — выдохнула я, вспоминая появление принца в доме ведьмы.

— Но есть еще кое-что… Изабелл не дочь Теодору.

Бам! Вилка выпала из руки.

— Да. Вы знаете, что моя мать умерла при родах. Когда я поступил в Школу Стихийников, отец женился повторно.

— А два года назад императрица куда-то исчезла.

— Официальная версия, что она погибла, — выдал Дрем.

— Нет, она исчезла, — твердо сказала я.

— Откуда такие познания? — спросил принц.

— Маршен, два года назад принцесса изводила моего отца. Я подслушала то, что не должна была, — призналась я.

— О чем вы?

— Изабелл довольно близко общалась с Кристиной Шиморской. Она плакалась, что мать ее бросила и встретятся они не скоро. Злилась, что та не взяла ее с собой.

— Дрем, Лика права, мачеха действительно исчезла. Отец посчитал лучшим выходом объявить ее мертвой.

— Идиот, — выругался вампир.

— А вам не кажется, что все действия Изабелл кем-то продиктованы? Будто кто-то ее вел и указывал?

— Думаю, ты права, — согласился Маршен. — Скорее всего, Изабелл поддерживала связь с матерью.

— Точно поддерживала, у нее был амулет Началия Бога Смерти.

— Что?!

— Сейчас. — Я махнула рукой, подзывая сумку, тихо радуясь, что мои способности вернулись.

Под удивленными взглядами мужчин достала из недр любимой сумочки кожаный футляр. Осторожно открыла его и показала. Маршен привстал, чтобы лучше рассмотреть. Дрем же потянул руки, но я тут же убрала футляр в сторону.

— Не дам, смотрите так.

— Не думал, что легенда может стать былью, — задумчиво протянул вампир.

— Какая легенда? — Принц не понимал, о чем идет речь.

— Легенда о Боге Смерти и Богини Жизни. Этот амулет Изабелле дала мать. Я уверена, что недавно, так как раньше его не наблюдалось.

— Точно, ты же Говорящая! Но… выходит, легенда — это не сказка?

— Выходит, что так. Лика, дай его, пожалуйста. — Дрем вновь потянулся к футляру.

Я тут же его захлопнула.

— Нет, пока он побудет у меня. Я отдам его Высшему Правителю.

— Лика…

— Дрем, я все сказала. Мне так спокойнее будет, и да, самостоятельно футляр ты не откроешь.

Магистр хмуро на меня смотрел, его глаза блестели. Правильно, не каждый день такой артефакт встретишь.

— Кстати, где Ранира? Как ее самочувствие? — не выдержав пристального взгляда принца и хищного оскала Дрема, спросила я.

— Неплохо, ей досталось меньше, чем тебе, — все так же скалясь, произнес Дрем. — И неплохая была идея спрятать их, правда, с живностью повозиться пришлось.

Я моментально вспыхнула.

— Успокойся, — осадил вампир, — никто не пострадал.

Я медленно выдохнула.

— Однако четверка с позором провалила задание и…

— Что вы сделали? — сама не ожидала, что рыкну.

— Они наказаны, — жестко заключил Дрем. — Экзамен провален с треском, а значит, диплом они не получат.

— Да как… — я задохнулась собственным возмущением, — как вы так можете?! Ранира же пыталась мне помочь и даже пострадала! Ваше решение жестоко!

— Леди, вы критикуете мои методы?

— Нет, я прошу об одолжении, ваше высочество!

Во время нашей перепалки Маршен отмалчивался.

— И сколько ты за них еще просить будешь? — желчно поинтересовался Дрем.

— Это в последний раз, — смело посмотрела в глаза магистра.

— А с Ранирой как быть? — спросил он ехидненько.

Точно, у них же правило, но…

— Она жива, не так ли? И клятве не противилась, значит, долг уплачен. Плюс своим вмешательством она отвлекла заговорщиков, что дало мне время прийти в себя.

Я с надеждой посмотрела на магистра.

— Лика, это последний их промах.

— Дрем, где же ты сам был? Ты обещал разобраться с принцессой, а в итоге где-то потерялся по пути.

— Прошу за это прощения. Я не думал, что ты ослушаешься моего приказа. Я собирался выйти на охоту ночью.

— Прощаю. Дрем, скажи воинам, что им дали второй шанс. — Это я так намекнула, чтобы меня и принца одних оставили.

Вампир усмехнулся.

— Маршен, никаких вольностей, — поднимаясь из-за стола, предупредил он и вышел за дверь.

— Что теперь будет с Изабелл?

— Сначала ее допросят, но… покушение на императора…

— Это смертная казнь, — закончила я.

— Нужно еще с мачехой разобраться, не нравится мне это.

— Мне тоже. И, Маршен, будьте осторожнее. Наследный принц у нас один.

— Лика, тебе не кажется, что это не мне осторожнее быть надо? На отбор едешь ты, не я, — огрызнулся он.

Прекрасно понимая мотивы его злости, тихо сказала:

— Маршен, это не обсуждается. Я еду, и точка, но я сделаю все, чтобы не стать его женой.

— Ты ведь не видела его, не так ли? — хмыкнул принц.