У меня темные круги под глазами. В итоге, я разработал не только аркебузу, но и пушку.

Пушка, которую я планирую изготовить, — 12-фунтовая 1857 «Наполеон». Оружие простое для массового производства и надежное. Оно может стрелять снарядом весом 5,5 кг на расстояние до 1,5 км при угле наклона в пять градусов.

«По сравнению с этим, требушеты будут казаться детскими игрушками».

Как только аркебуза будет готова, другие начнут ее изучать, и разработка огнестрельного оружия станет неизбежной.

Поскольку такая ситуация возможна, давайте создадим полевую артиллерию и обеспечим превосходство в оружии.

Я впервые показал чертежи аркебузы своим ремесленникам.

— Итак, что вы думаете? Вы справитесь? — спросил я их обоих.

— Конечно, структура достаточно проста, за исключением этой небольшой детали, — кузнец указал на фитильный замок.

— Тогда, как насчет этого… — я достал чертеж пушки.

«-???», — они потеряли дар речи.

Они посмотрели друг на друга, прежде чем вздохнуть.

Они думали, что к этому времени их уже ничто не может удивить, но я продолжаю предлагать что-то новое.

Структура этого устройства выглядит простой, но концепция, которая лежит в его основе, можно назвать гениальной.

— Мой господин, дайте нам месяц-полтора, и мы покажем вам оба прототипа, — сказал Ясенев.

После довольно долгого сотрудничества с кузнецом, знания Ясенева больше не ограничиваются работой по дереву.

То же самое относится и к Железнову. Мы оба обмениваемся знаниями, чтобы создать странную технику, а также снизить нагрузку между нами.

— Не могли бы вы сначала сосредоточиться на аркебузе? — сказал я. Она нужна мне, чтобы я мог как можно скорее снабдить своих солдат.

Я записал всю необходимую информацию в план.

— Тогда дайте нам две недели, — сказал Железнов.

— Хорошо, увидимся через две недели.

Тем временем я отправлюсь осмотреть месторождение известняка и составлю план его добычи.

«тук-тук-тук».

— Войдите, — пригласил император Николай I.

— Простите меня, Ваше Величество. — Удальцов вошел в кабинет императора. Николай I проводил здесь большую часть своего дня.

Кабинет был завален горами бумаг. В окружении гор бумаг стоял усталый Николай I.

— Что это, Удальцов?

— Это письмо вам Ваше Величество.

— Это из гильдии купцов? — спросил император. — Если это так, то выбросьте его. За последнюю неделю они прислали мне много писем.

— К сожалению, нет, Ваше Величество.

— Хм, — Николай I поднял бровь. Он был уверен, что Гильдия снова пришлет письма.

Купцы становились беспокойными, как только речь заходила о деньгах. Новости о блокаде Сервии достигли столицы. Хуже того, Сервия даже объявила причину блокады.

Многие дворяне и купцы умоляли императора уступить требованиям Сервии.

— Так кто же это? — спросил Николай I.

— Имя отправителя в письме не указано, но на печати есть герб Тарлии. — ответил Удальцов.

«Что за ситуация? Почему вдруг появилась Тарлия?».

— Это просто спор между Большероссией и Сервией. Им нет смысла вмешиваться в наши дела.

— Это точно. — Удальцов был удивлен не меньше Николая I.

Затем он спросил.

— Не хотите ли вы встретиться с посланником Тарлии?

Николай на мгновение задумался.

— Очень хорошо, я хочу их видеть. Я хочу знать их цель.

Удальцов мягко поклонился, а затем покинул кабинет короля.

Николай I встретил посланцев из Тарлии. Кроме Удальцова и нескольких стражников, здесь никого не было.

— Император Николай I, правитель Большероссии для меня большая честь познакомиться с вами. Меня зовут Маркус Макдональд.

— Для меня большая честь познакомиться с вами. Могу ли я узнать, по какому поводу господин Маркус желает меня видеть? — спросил Николай.

Маркус ответил на вопрос Николая.

— Я хочу, чтобы вы выполнили требования Сервии и отдали им мальчика.

Любой, кто слышал его слова, думал, что он приказывает Николаю I, а не просит его.

— Почему Тарлия так беспокоится о пятнадцатилетнем мальчике? — спросил император.

— Он не обычный мальчик, он — последний представитель династии Сергеевых. Также всего за одну неделю дом Виноградских завоевал соседнее графство Дальград, вдвое превосходящее его по площади. Уже одно это достижение свидетельствует об их военном потенциале.

В прошлом году этот мальчик разбил армию графа Гордеева. Ваше величество, император Большероссии, не могли бы вы сказать, какой бы принц смог совершить такой подвиг? — спросил Маркус.

Николай знал, что слова Маркуса — правда, поэтому промолчал. Слова Маркуса заставили его взглянуть на вещи под другим углом.

Маркус продолжил:

— Надеюсь, Ваше Величество не слишком оптимистично настроены. Такие люди умирают раньше, чем все остальные.

— А что даст Тарлии прекращение этого?

Марк улыбнулся.

— Мы просто не хотим, чтобы отношения между Большероссией и Сервией ухудшались. Мы хотим мира.

— Тарлия? Хочет мира? Хахаха. — Николай уже давно не слышал шутки смешнее этой.

Маркус, казалось, нисколько не пострадал от насмешек Николая.

Николай перестал смеяться.

— Если Тарлия прикажет флоту не атаковать наши корабли, проблема будет решена. Мы используем порты Сервии, потому что Тарлия устроила нам блокаду, не так ли?

— Ваше Величество, пожалуйста, не делайте правильных предположений. Не наш флот напал на ваши торговые суда. Это пираты устроили беспорядки на море. — Маркус прикинулся дурачком.

Уголок рта Николая дернулся, но он постарался подавить это движение. Он не хотел проклинать бессовестного посланника.

— Хорошо. Я подумаю. Вы можете идти, — сказал Николай.

Маркус только успел выйти из зала, как за его спиной появилась таинственная фигура.

— Ну, как продвигаются переговоры?

— Стой. Не пугай меня так, Джулиус, — Маркусу стало не по себе от неожиданного появления Джулиуса.

Это было вредно для его сердца.

— Извини. Ну, как прошел разговор? — спросил Джулиус снова, когда они выходили из замка.

— Я посеял семя, посеял сомнение в его сознании. Теперь нам остается только ждать.

— Ты думаешь этого хватит? Почему бы нам не предпринять что-нибудь ещё? — спросил Джулиус.

— Достаточно. Я не обязан рассказывать тебе все. Если император начнет расследование, он поймет, что его обложили со всех сторон.

— Обложили?

— Мальчик обручен с дочерью графа Тетерева, что к северу от императорских владений, а его сестра собирается выйти замуж за наследника графа Кувшинского, что к северо-востоку от императорских владений. На западе находится вотчина дома Виноградских. Теперь ты понимаешь? — терпеливо объяснял Маркус Джулиусу.

Слушая объяснения Маркуса, Джулиус вспомнил о карте Большероссии. Его глаза расширились.

— Черт, точно. — хлопнул себя по лбу Джулиус. — Это был план маркиза Ренольда или совпадение?

— Не знаю, но приятно, когда они вдвоем ссорятся из-за этого. Кроме того, позвольте напомнить, что нам не пришлось бы рисковать, если бы ты тогда смог убить мальчика. — Маркус усмехнулся.

Джулиус попытался защищаться.

— Я был уверен, что он уже труп.

— Да, да. Ты не устаешь это повторять, — Маркус проигнорировал оправдания Джулиуса.

— Неужели ты не мог хотя бы сделать вид, что веришь мне? — Джулиус пробормотал. — Ты знаешь сколько я терпел этого избалованного, высокомерного Ромара, который так порывался убить собственного брата?

— Ладно, ладно. Я понимаю, что твоя гордость как убийцы уязвлена, но ты прекрати жаловаться. — Маркуса и раньше раздражало его нытье.

— Ладно, ладно. А что насчет Сервии?

— Сервия — республика, так что все гораздо проще. Просто подождем подходящего момента, чтобы назначить нашу марионетку президентом.