«Кажется, не такой уж он и надменный…» — промелькнула мысль.

Как только я выскочила на улицу, Асгар воспользовался своим положением и перенес меня прямо к ступенькам здания, где проходили наши лекции. Жаль, он не перенес меня в коридор, где ожидал отец. Но и на этом спасибо.

— Хейли, ты меня раздавишь, — пропищал Коша.

— Прости, — не останавливаясь, выдохнула я. — Хочешь, лети сам.

— Отпускай, — скомандовал он, и я разомкнула руки.

Через минуту я была на месте.

— Опаздывать нехорошо, — покачал головой отец, но тут его взгляд изменился. — Ты взволнована, что случилось?

И как он это разглядел? Я пыталась отдышаться.

— Семья Ривэна… Почему ты отправил их в поместье?

— Ты уверена, что это не подождет? Мы можем поговорить после лекции.

Правильное решение, тем более я опоздала. Но…

— Ты будешь рассеянной на занятии, верно? Я хотел поговорить с тобой раньше, но не нашел подходящего момента. Не стоит волноваться за Айлин и Абигель, в поместье кроме них только слуги.

— Только слуги? А мама и Белла где?

Коша спикировал мне на плечо. От неожиданности чуть не уронила его, но он вцепился в меня. То еще удовольствие.

— Давай поговорим после лекции, — настойчиво повторил отец.

— Потом у меня занятия с Картом Сандом, — буркнула я, снимая с плеча Кошу и прижимая его к груди.

— Тогда я заберу тебя после них, хорошо? И мы с тобой все обсудим, — как-то обреченно произнес отец.

От меня не укрылась ни его грусть, ни его боль.

— Хорошо, — согласилась я, понимая, что не имею права задерживать остальных студентов. Они пришли учиться, а не ждать, пока я решу свои семейные проблемы.

Я первой вошла в аудиторию. Папа на минуту позже. Видимо, чтобы не связали задержку лекции с моим опозданием.

— Добрый день, студенты. Сегодня мы будем много писать, поэтому приготовьтесь внимательно слушать. — Отец встал за кафедру, лекция началась.

Вздохнув, опустила голову, открыла конспект и тут же посадила кляксу. Пришлось быстренько маскировать ее под цветочек и только потом вывести тему сегодняшней лекции.

Писали мы действительно много. И я опять плохо понимала то, о чем пишу. Мне придется долго сидеть и зубрить, чтобы смысл хоть немного, но дошел до меня. А еще лучше, если папа позанимается со мной отдельно и желательно с практической демонстрацией. Увы, мне всегда было проще усваивать информацию визуально.

К тому моменту, когда декан нас отпустил, я совершенно не чувствовала свою кисть. Казалось, что она онемела насовсем. Но, конечно, это было не так.

— Сизери, Сталлаг, после ужина я жду вас на репетицию, — напомнил отец, и я обреченно вздохнула.

Еще живы в моей памяти па вальса, которые у меня не получаются. И сколько времени мы их с Тором отрабатывали.

— Я зайду за тобой, — по губам отца прочла я.

— Спасибо, — так же ответила ему.

— Хейли, поторопись, — крикнул Тор, стоя уже у двери, и я поспешно схватила сумку.

Карт Санд ждать не любит. Да и мне нужно успеть переодеться.

Райан Валруа

Холодная вода отрезвила на короткое время. Новая вспышка гнева затопила сознание, и мне пришлось опереться на бортик раковины. Сила рвалась наружу, требуя немедленного уничтожения обидчиков несчастного ребенка.

Глубоко вдохнул и протяжно выдохнул. В зеркале передо мной отражался юный мальчишка. Темные локоны, мокрые от воды, обрамляли лицо. Я помню, как эти губы дарили обаятельную улыбку, и помню глаза, которые горели жаждой знаний и были полны любви к жизни.

Этого мальчика больше нет. Айн Воулс мертв.

Почти два года назад во время каникул на него напали. Айн погиб, унеся с собой жизни двух наемников.

Он умер на руках Альгара. Ректор отправился на выручку мальчику, но опоздал. Все, что Альгар сумел сделать, — это считать его память. Да, он выследил тех, кто избил Айна, да только организатора найти не удалось. Кошель с золотом и приметы Айна были отправлены через седьмые руки и без использования магии.

Сейчас, когда Альгар предложил стать мне Айном, он поделился со мной своим горем. Старый учитель был уверен, что не начни Айн сражаться, смог бы остаться жив. Да, ему бы пришлось долго восстанавливаться, заново учиться ходить, говорить, есть, но…

«Он был бы жив! Я сделал бы все, чтобы он встал на ноги! Ты не понимаешь, Райан, я два года уговаривал его мать отпустить сына в академию. Два года! И каждый раз к ней со мной ходил декан Ронг. Это он заприметил в нем сильного волшебника. Он пророчил ему блестящее будущее. А в итоге… мы принесли ей его тело…» — в отчаянии кричал тогда Альгар. Эти слова ректора опять вспыхнули в моем сознании, чувства обострились. Ведь теперь я — Айн. У меня его память и его эмоции, ощущения. Альгар сотворил не просто личину, он подменил мою жизнь прошлым крестьянского сына.

Я никак не мог отделить свои чувства от памяти Айна. Меня закружил водоворот из нежности и благодарности. Волной накрывала его щемящая любовь к старой матери, и в то же время была горечь. Последняя горечь талантливого студента, который в последний миг своей жизни думал о том, что больше никогда не увидит маму.

— Демон побери! — не сдерживаясь, ударил зеркало. Дождь из осколков помог загнать чужие чувства под замок.

— Айн, я уберу. — Асгар находился рядом, зорко следя, чтобы в общий туалет для студентов никто больше не зашел.

Да, демон был посвящен в мою тайну, как и дракон Хейли. Именно Дрейк Рассветный помогал с подменой сознаний. Альгар знал об этом способе еще с того времени, как был обычным Стражем Огня. Вейра Сумеречная любила его и открыла ему тайну этого ритуала.

Я стоял в стороне и выравнивал дыхание. Мне было жаль мальчика. Он мне нравился, пусть я и не был с ним знаком, так как не вел у него лекции. За всю свою короткую жизнь парнишка не совершил ни единого проступка, хоть и был непоседой. Он проказничал, кривлялся, но в его сердце и душе не было ни злобы, ни зависти.

И мне очень нравятся его мысли о людях. В воспоминаниях я видел его глазами ректора, декана Ронга, других преподавателей и студентов. Но не видел причин, по которым могли убить этого мальчика или возненавидеть.

Мое возвращение в академию в облике Айна поможет найти организаторов его убийства. Пусть убивать они его и не собирались, о чем прямо свидетельствует их незнание того, что стало со студентом. Хотя не знать они могут и потому, что не осталось исполнителей. Альгар жестоко мстит тем, кто обижает его студентов. Как бы там ни было, но уберечь Айна не смогли ни декан Ронг, ни ректор. За что себя и казнят по сей день.

Мне кажется, что обучать Хейли декан Ронг взялся в память Айна. Девушка стала для него некой отдушиной. Раньше он много времени уделял парнишке, желая передать ему свои знания, свое наследие. Именно благодаря Айну я и узнал, кем приходится Безумный Артефактор декану Ронгу. И каюсь, как мальчишка, не сдержал своего порыва на сегодняшней лекции. Я знал, зачем он меня подначивает, и все равно повелся. Моей выдержке пришел конец. Мало того что из-за новой силы меня разрывало на части, так теперь еще добавилась память Айна. Не знаю, чем это обернется для меня, но стены академии, магия Богини и блуждающие стихии помогают мне не сойти с ума. Влияние дара Эльхора заметно ослабело, пусть и не полностью.

— Асгар, что сейчас у артефакторов?

— Механика.

— С Мауром? — Я скривился. Никогда не любил этого дотошного жука.

— Да.

Маур Голей, преподаватель механики, был под стать своему прозвищу: маленького роста, с тоненькими усиками и хитрыми, постоянно бегающими глазками. И не сказать, что он был гений в своей области, но предмет, который вел, горячо любил.

Асгар закончил с уборкой осколков, привел в порядок зеркало и выжидающе уставился на меня.

— Вам нужно идти на лекцию. Вы, кстати, уже опоздали.

— Я в курсе, — нахмурился я. — Что ж, кажется, меня ждет первое наказание.