Чёрт возьми, что ведьма сделала с этим оружием? Где она вообще его нашла?

Я уставился в глаза раненого зверя. Львица тяжело дышала, слабо шевеля когтями.

— Я слышу, как ты воешь, — пробормотал я, скрипя зубами. Изо рта текла кровь, вкус пепла и железа расползался по губам. — И теперь тебе конец.

Я поморщился, поднял свой клинок и прицелился между рёбер львицы. Всей своей тяжестью надавил, пробив её кожу и плоть, пока не нашёл сердце.

Я медленно побрёл дальше, моя тень расползалась по пещере. Подошёл к одноглазому молодому льву — он был размером с большую собаку. Лев зарычал и попятился, но я последовал за ним.

— Убей, — кинжал не унимался.

Я остановился у трещины, из которой дул холодный ветер. Пещера пересекалась с другим логовом и, похоже, вела наружу. Но почему-то я замер на месте. Это длилось недолго. Я снова использовал меч. Когда закончил, еле держался на ногах, истощённый и потеряв много крови. Маленький чёрный львёнок, спрятавшийся в трещине, вылез, пока я прислонялся к стене, чтобы передохнуть.

— Или умри, — прошипел кинжал.

— Ах, — устало подумал я. — Вот почему…

Я бы сделал то же самое.

Львёнок жалобно заскулил. Жёлтые глазки светились в темноте. Меньше кошки. Я вздохнул, полез в сумку, которая оказалась цела, и нашёл одно из просроченных зелий Филимона. Встряхнул его — оно превратилось в кашу. Я вздохнул и проверил, что ещё осталось: четыре золотых монеты, отмычки и черствое печенье.

Хуже всего было то, что я умирал с золотом в кармане.

— Убей их всех, — снова кинжал.

Маленькая львица жалобно смотрела, как я откупоривал флакон. Я застонал, выпил это зелье, надеясь, что оно меня не убьёт, и бросил львёнку печенье, прежде чем потерять сознание.

— Ярослав.

— О, боже, пожалуйста.

— Ярослав, ты кусок дерьма!

— ПРОСЫПАЙСЯ!

— Ух ты! — ахнул я, открыл глаза. Лицо болело, нос кровоточил. — Чёрт, зелье не сработало, — прохрипел я, касаясь носа рукой.

Ну хоть двигать могу. С раной потом разберёмся.

— Оно сработало, — сказала Дана, обняв меня. — Я ударила….

— Что?

Дана замолчала и уставилась на меня.

— Не переживай, — сказал я, видя её потрясение. — Худшее позади.

— Я думала, ты умер, — она вздохнула. — Видела, как ты упал, но тебя там не было, когда я спустилась.

— Авария, — поправил я её и, пытаясь встать, снова рухнул на землю. — Как ты меня нашла? — спросил я, а она указала на львёнка у моих ног.

— Твоя кошка плакала, я её услышала. У логова отличная акустика, она привела меня к тебе.

Я попытался улыбнуться, но почувствовал пустоту между зубами и поморщился.

— Это не кошка, — прорычал я. — Это чёртов лев!

— Львы — просто большие кошки, — рассмеялась она и попыталась меня хлопнуть по плечу, но остановилась, видя мой взгляд. — Что тут вообще произошло?

— Пока не разобрался, — признался я, посмотрев на кинжал. — Забирай львёнка, уходим отсюда.

— Ну вот и вершина! — хмыкнул я, после часа и десятка остановок. Дана вздохнула, присела рядом и помогла мне сползти на землю. Взгляд её задержался на лестнице в паре метров.

— Не хочешь на лестницу сесть? — спросила она, но я только простонал, вытащив камешек из своей разбитой ноги. Кусок кожи, болтающийся прямо перед глазами, не добавлял мне настроения.

— Я буду сидеть там, где захочу! — огрызнулся я.

— Кричать не обязательно…

— Я буду орать столько, сколько захочу! — повысил я голос, от чего «Кот» сразу начал шипеть и прыгать вокруг.

Я на секунду задержал взгляд на его выкрутасах и выдохнул.

— Всё, Дана, я больше не могу. Хватит с меня. — Теперь спокойнее посмотрел на свою левую руку. Три ногтя сорваны, пальцы ободраны до кости. Зелье только остановило кровь, но урон в логове львицы был колоссальный. Боль толчками шла из самых неожиданных мест.

— Дай-ка я перевяжу, — предложила Дана, глядя на мою ногу. Четыре пальца там, где раньше было пять, внешняя часть отсутствует, а я почему-то чувствовал, как пульсирует в… мошонке. — Заодно броню сниму.

Да, доспехи в хлам. Кожа порвана, дыры там, где меня кусали. Плечо всё ещё текло. Зелье Филимона явно не помогло — или мне уже так плохо, что ничего не спасёт, даже спустя часы.

Я уставился на Дану, а она ухмыльнулась.

— Я не поднимусь по этой лестнице.

— Если ты думаешь, что я потащу тебя обратно на себе, то да, потащу, — без церемоний ответила Дана. — Но туда я не полезу. Ты слишком сильно вырос.

— Не жирный, — буркнул я.

— Толстый, — отозвалась она с усталой улыбкой, и на лестнице показался свет.

Ах, ну конечно, подумал я, наблюдая за тенями, которые начали вытягиваться из мрачной глубины Логова. Купол — огромный, прямо как и всё, что делают имперцы. Хоть бы хорошие новости.

— Сколько времени прошло с тех пор, как я пропал? — спросил я, услышав шаги спускающихся.

— Несколько часов, — ответила Дана, потянувшись за своим новым луком. Он был из тиса, красиво выгравирован. Она отошла на шаг и натянула тетиву, укладывая стрелу. Тыльной стороной руки коснулась подбородка.

— Хороший лук, — заметил я. — Гравировки крутые.

— Это подарок, — смутилась она и, откашлявшись, громко крикнула: — КТО ИДЁТ?

Шаги стихли. Пара напряжённых секунд, и из темноты у лестницы раздался голос Мэриэль.

— Это я, Дана, — сказала она, и я приподнял бровь, а Дана покраснела ещё больше. — Не стреляй, выхожу.

— Господин, — забеспокоился Корк, глядя на меня, как на сбитого оленя.

— Что с тобой, Владислав, — саркастично бросил Метис. — С лестницы рухнул?

Я фыркнул, стараясь казаться равнодушным. Мэриэль с Дана уже стояли почти рядом, в своём «платье» — или куртке, как её тут называли.

— Ага, — пробормотал я. — Прямо в логово льва.

— Всё так плохо? — Метис с тревогой посмотрел на тёмную пустоту вокруг нас. — А лев где?

— Мертв, — я коротко ответил, посмотрев на имперку, которая опустилась на колени передо мной. Красивая, длинноногая, с этой впечатляющей косой. — Все, кроме детеныша.

Кот зашипел и спрятался за моей спиной, испуганно глядя на новеньких своими горящими глазами.

— Верно, — Метис хмыкнул и покачал головой. — Ты в порядке? Сможешь идти?

— Он не должен идти сам, — вместо меня ответила имперка с легкой улыбкой. — Господин ранен и нуждается в помощи.

— Ты целительница, что ли? — я прищурился, отодвинув с глаз прядь волос, и тут вмешалась Мэриэль, сразу поставив всё на свои места.

— Эланиэль — моя ученица, — сказала она строго. — Позаботься о его ранах, девочка, и без глупостей!

— Госпожа, — с поклоном ответила Эланиэль и полезла в свою кожаную сумку, предварительно отложив лук и колчан рядом с собой.

Я посмотрел на неё. Краем глаза поймал на себе пристальный взгляд Корка.

— Охраняй лестницу, Корк, — сказал я серьёзным тоном. — Не хочу здесь проблем.

— Господин? Конечно, — он, наконец, очнулся и побежал исполнять приказ.

— Придётся прикоснуться, — прошептала Эланиэль, жуя какие-то листья и корни, которые положила себе в рот.

— Конечно, — пробормотал я, не сводя глаз с того, как она это делает, а потом тряхнул головой и хмыкнул. Отвлёкся, блин.

— Не делай этого, — предупредил я её, видя, как она смущённо краснеет, а Дана рядом тихо хихикала.

— Прости, — смущённо сказала Эланиэль. — Ты слишком красив.

— Смышленая девчонка, — подумал я, наблюдая за тем, как все вокруг весело подхихикивают, кроме хмурой Мэриэль.

— Будь профессиональной, — сказал я серьёзно. — Я женат.

— Конечно, — она улыбнулась, но я заметил, что она понимает мой настрой. — Я осторожная.

— Не в этом дело, дитя, — снова вмешалась Мэриэль, не терпя возражений. — Не заставляй меня повторять.

Я нахмурился, не понимая, почему она такая строгая, а Эланиэль в это время выплюнула странную жвачку себе на ладонь и начала мазать рану этой пастой.