Большинство из них мертвы. Второй капитан пытался остановить кровотечение. И еще один бедняга едва стоял на ногах. Он глядел на труп, который чавкал мозгами его друга посреди улицы.

Последняя сцена вызывала беспокойство у всех.

— Похоже, мы в тупике, — сказал Ван Клик, но сделал осторожный шаг назад, разрушив свой собственный аргумент.

— Не-а, — ответил я, подбрасывая топорик с напускной бравадой. Хотя внутри я всё ещё был потрясён тем, что произошло ранее. — Я готов к следующему раунду.

— Ты можешь забрать самозванца, — предложил Ван Клик.

— Я ничего подобного! — запротестовал Леонард, внезапно оживившись больше, чем мгновением ранее.

— Заткнись! — одновременно упрекнули его и я, и Ван Клик

Я кивнул, и пиратский капитан ответил на мой кивок одним из своих.

— До следующего раза, господин Владислав, — сказал Ван Клик с зубастой ухмылкой.

— Конечно, — ответил я с ещё более зубастой улыбкой. — Возьми с собой инвалида. У него заканчивается кровь и конечности.

По моему мнению, это был лучший каламбур за вечер.

— Ты там в порядке, Флин? — спросил я у шмыгающего носом разбойника.

— Да, главарь. Просто я всю жизнь знал, что я «Жадный», — сказал Флин, вставая.

Я уставился на ещё тёплый труп Бунстана. Выражение ужаса на его лице вызывало тревогу.

Эээ.

— Эхм…Ты отомстил тому, кто виновен в его смерти. Ты можешь гордиться этим. — неуклюже утешил я его. По правде говоря, я не был уверен, что виновный действительно мёртв. Но самое правильное здесь — солгать человеку. — А теперь, хватай этого негодяя Леонарда, свяжи его как следует и приведи к нам.

Затем я посмотрел на Олафа

— Где домовой? — спросил я. — Где остальные?

— Матвей не пошёл с нами, — ответил Олаф. — Потерялся после нападения.

— Ты лжёшь.

— Не совсем. Это был хаос, государь Ярослав.

— Меня теперь зовут Владислав.

Олаф кивнул.

— Я так и подумал.

— Смотри, запомни это, — предупредил я его. — Я еще не закончил с тобой. Ты пойдешь с Флином. Держись подальше от мастабы, если знаешь, что для тебя лучше.

Тем временем ко мне подошел Филимон.

— Зачем прекращать бой? — спросил я его.

— Вы бы позволили мне? — спросил Филимон. — Чтобы закончить побыстрее?

— Не-а, — ответил я и посмотрел в лицо старику. — Да, я понимаю.

— У него было преимущество, — пояснил Филимон.

— Имперская сталь?

— Именное оружие. Это был серп «Жнец», — объяснил Филимон. — Цвет его лезвия уникален.

— Ты знаешь, что она у него была?

— Ван Клик — это варяги, которые никогда не прекращали пиратствовать со времен империи, — сказал старик. — Они самая влиятельная фракция среди северян, — он сделал паузу и уставился на Леонарда, которому связывали руки, прежде чем добавить. — И Стронхольды. В некотором смысле королевская семья пиратов.

— Следовательно, рассказ этого самозванца не был хорошо принят, — со вздохом согласился я.

Филимон задержал взгляд на низкорослом пирате на мгновение дольше, чем это было необходимо. Затем он удивленно нахмурил свои выгоревшие брови. Ассасин оглядел пустую дорогу, затем руины, рядом с которыми мы стояли. Любопытство сочилось из него, и его ноздри принюхивались к ночному воздуху.

— Что это? — спросил я его. — Они возвращаются?

— Пока нет, — ответил Филимон, глубоко задумавшись, как будто его что-то беспокоило. — Но мы должны двигаться.

Мне не нужно было повторять дважды.

Остальные двигались впереди, а мы поехали сзади, высматривая преследующих нас пиратов. Я уверен, кто-нибудь мог разнюхать, где мы остановились. Но я не собираюсь облегчать им задачу.

Филимон молча ехал рядом со мной.

— Ты меня беспокоишь, друг, — сказал ему я. — У нас есть капитан и Олаф. Мы собираемся выяснить, что случилось с моими друзьями.

— Разве Олаф не был тебе другом? — Филимон спросил меня.

Я вздохнул, держа в руках сломанный меч Радиона. Воспоминание о серпе, прошедшем сквозь клинок преследовало меня.

— Он больше похож на слугу. Я спас его от казни, — объяснил я.

— Раб, — сказал Филимон, глядя вперед.

Мне это не понравилось.

— Все не так просто, Филимон.

— Ах, но это так, Владислав, — ответил Филимон. — Не волнуйся, я понимаю.

Я поморщился, старик ободряюще улыбнулся мне, снова нахмурившись. Он повернулся в седле и уставился на пустую темную улицу позади. По обе стороны от нас нависали разрушенные здания.

— Филимон, ты заставляешь меня нервничать. Что тебя беспокоит, друг? — спросил я его снова.

Старик усмехнулся при этих словах и уставился на мое загорелое лицо. Темнота никогда особо не беспокоила его, но янтарные глаза все равно мерцали в свете луны.

— Не волнуюсь, — ответил Филимон со смущенной усмешкой. — Хм, я просто возбудился… прошли годы.

Я нахмурился, и из тени что-то прыгнуло прямо за мою спину в седло. Я потянулся за топориком, адреналин забурлил. Но вспомнил, что у меня в руках лишь обломок меча, и разочарованно зашипел.

Моё тело сжалось, когда острое лезвие коснулось кожи под правым ухом.

«О, это просто чертовски здорово!» — Я внутренне застонал, очень расстроенный.

— Скажи своему старику, чтобы он убавил обороты, иначе у меня дрогнет рука, — прошептала Дана мне на ухо, кончиком языка пробуя мой пот. — Соскучилась. Ничего не могу с собой поделать.

— Убери этот проклятый клинок от моей шеи! Ты что, издеваешься? — Я взревел от гнева, умудрившись порезаться, кровь потекла мне за воротник. — ЧЕРТ!

— Почему у тебя такой голос…? — Дана смутилась, а затем склонила свою белую головку набок, чтобы посмотреть на мой профиль. — Ярослав? Ой, ха-ха! Ярослав!

Она обняла меня за шею, чуть не свалив нас обоих с седла.

— От тебя исходит какой-то запах, очень странный. Ммм.

Вспотев, я бешено пытался вырвать у нее нож, прежде чем потерять что-то ценное. Дана, однако, просто не отпускала меня. Она продолжала тереться щекой о мое ухо, то ли взволнованная, то ли просто приводя себя в порядок.

Половина того, что она пробормотала, потираясь об меня, неприемлема.

— Я почти потеряла надежду, — промурлыкала она, как ведьма в течке, сидя на лошади.

— Дана. Отпусти шею, — снова попытался я строгим тоном, когда «Ветерок» остановился перед сторожевой башней, и устало заржал. — И убери проклятый нож! Я все еще в опасности, черт возьми! От тебя!

— Эх, не будь кислым хреном. Ты просто не хочешь признать, что скучал по мне, — ответила Дана и отпустила меня. Я немедленно спрыгнул и проверил пальцами шею. Несмотря на кровь, порез был поверхностным, но все же… этот нож когда-нибудь чистили?

— Почему, черт возьми, ты набросилась на меня? — Я отшвырнул ее, восстановив равновесие. Длинные волосы Даны были собраны в хвост.

— Я следовала за тобой! — откликнулся Дана. — И этим Олафом!

Она была права по обоим пунктам.

— Послушай, — сказал я, поднимая ладонь, чтобы остановить ее. — Происходит несколько деликатных сделок…

Мне так и не дали закончить.

— Ни за что! Что? Я только что это заметила! — Дана ахнула и спрыгнула вниз. Она подошла ко мне и шлепнула меня по руке. — Ты намного крупнее! Что за хрень на самом деле?

Я вздохнул и надавил на переносицу большим и средним пальцами, чтобы облегчить головную боль.

— Возможно, в последнее время я набрал несколько лишних килограммов, — признался я мгновение спустя, втянув живот, хотя это и не было заметно.

Когда найдешь бесплатную еду, наедайся до отвала.

— Несколько килограмм жира? — Дана исследовала, тыча пальцем в мой живот поверх доспехов.

— Мускулы,- раздраженно проворчал я. — Выслушай меня, Дана, мне нужно кое-что тебе сказать…

Я сунул руку за ее кожаный жилет и схватил красную рубашку, которая была у нее под ним. Тонкий материал на удивление держался.

— Это шелк? — спросил я встревоженно, глядя на нее. — С каких это пор? Ах, неважно.