— Значит, вы будете искать его? — Спросил Дван, глядя на их группу. — Что мне нужно сделать, чтобы получить корабль?

— Присоединяйся к нам, — невозмутимо ответила Дана — Рискуй жизнью, плюй в лицо опасности и следуй до последнего вздоха. Вот мои планы.

Как это часто бывает с планами полуночниц, в этом мире девушка сильно ошибалась.

[Ярослав]

— Не делай этого! — Я бросился, сжимая в руке меч.

В последний момент мне удалось перехватить лезвие у самой шеи девушки.

Не обращая внимания на боль, сделал выпад и вогнал острие в грудь старика. Кость хрустнула. Девушка завизжала и отпрянула.

Старик схватился за клинок, пытаясь удержаться на ногах. С грохотом они повалились на землю.

Тут подоспели охранники и мои друзья.

— Вы остановили набег, спасли караван, — похвалил Добрыня. — Они пытались проникнуть внутрь, но вы убили их.

«Упущено много времени,» — подумал я.

— Кублай-хан хочет поговорить с вами, — сказал Добрыня.

— Что ж, — ответил я, оглядываясь по сторонам. — Я думаю, все могло закончиться намного хуже.

Когда не уверен, лучше сохранять спокойствие.

— А вот и он! — Объявил Кублай-хан, как только мы вошли в круг из телег. — Среди нас был невероятный герой, — добавил он, внимательно наблюдая.

Весь караван, собравшийся вокруг, громко приветствовал мое имя.

— Ярослав! Ярослав!

«О, Боги.»

Стражники и торговцы, рабы и погонщики. Даже волы присоединились. Это был захватывающий момент, который длился около полуминуты.

— Это был он, — объявил один из стражников другим тоном.

Я, хорошо обученный распознавать неприятности, практически сразу заметил проблему.

Рядом с Кублай-ханом стояли три молодые женщины. Лица девушек, скрытые под белой вуалью, были сильно накрашены. На голове у них были длинные шали.

Все они носили короткий белый плащ и вызывающие наряды. Это выглядело как одежда рабов, но таковой не являлось. Я никогда раньше не видел столько золота и украшений на женщине.

Но никогда не перепутаю опаловые глаза молодой женщины, как бы она ни была накрашена.

— Я видел его ночью, Кублай-хан, — продолжил стражник, обвиняюще тыча в меня пальцем. — С вашей сестрой.

«Ты что, издеваешься надо мной?»

Кублай-хан поднял идеально подведенную бровь, когда посмотрел на нее.

— Это правда? — спросил он, изображая неведение. Но все это было театром. Поскольку, очевидно, было подстроено заранее. Или нет.

— Это правда, что я спас её, — ответил я, глядя на него в ответ.

Шепот, доносившийся из толпы, прокатился шоком и неверием. Большинство стражников со знаком Белого Козла на доспехах потянулись за оружием.

Очевидно, это был неправильный ответ.

— Уходите, государь, — проворчал Добрыня, делая шаг вперед и держа ладонь на рукояти меча.

«Куда?» — подумал я, опережая его. Мы окружены чертовыми обозами!

— Итак! — сказал Кублай-хан достаточно громко, чтобы его было слышно над толпой. — Я оказался перед выбором.

Он посмотрел на свою сестру немного разочарованно. Не могу сказать, было ли это тоже игрой.

— Мой гость спасает караван, затем разворачивается и оскверняет мою сестру.

«Нет, я этого не делал, ты, кусок дерьма!»

— Что мне делать? — Кублай-хан продолжил, несмотря на гневную реакцию толпы. Краем глаза заметил, как Олаф отступает к обозам с ножом в руке.

— Алтынсу — знаменитая красавица. Её ценность, огромное состояние, — Кублай-хан задумчиво огляделся. — У меня осталось два варианта.

— Содрать с него кожу! — взревела толпа в один голос. То есть большинство из них.

Кто-то предложил «Ямы Кыр-Зидан», что бы это нафиг ни значило. Наверняка что-то с ядовитыми змеями. Сарказм и извращенное ожидание насилия.

Перемена в их поведении была разительная. Я сделал осторожный шаг назад, потрясенный всем этим.

«Это нифига не выход,» — подумал я, нервно сглатывая, в поисках лазейки.

Прорваться сквозь группу женщин в вуалях, стоящих за Кублай-ханом, казался самым идеальным.

«Что дальше? Здесь на многие километры вокруг ничего нет!»

Лошадей нет, а пешком мы далеко не убежим по степи.

— Или содрать кожу с его лучшего раба, — Кублай-хан несколько дипломатично смягчил фразу, и я понял, что хитрец ищет сделки.

«Что за сделка…»

— Алтынсу должна была стать женой знатного хана, — задумчиво сказал Кублай-хан, и это успокоило толпу. — Это всем хорошо известно.

Я почувствовал, что взгляд Алтынсу пронизывает меня насквозь.

Кублай-хан продолжил свою речь:

— Моя семья настаивала на другом браке для нее, — сказал он мне голосом, лишенным теплоты. — Они говорили, что ее лучшие годы прошли даром. Я медлил, искал того, кто бы был достоин ее. Что я получу за испорченное сокровище, Ярослав? Вы причинили мне большой вред.

Его слова пронзили меня. Черт возьми, как я попал в эту переделку?

— Вы думаете, что убить меня будет достаточным возмещением? — спросил я, стараясь сохранить спокойствие, несмотря на панику. Моя жизнь на кону, поэтому я знал, что нет времени на колебания.

— Либо вас, либо убить вашего слугу, — произнес Кублай-хан, его голос звучал угрожающе. — Мне нужно восстановить свою репутацию.

— Какой у меня есть ещё выбор? — мои мысли бегали в поисках выхода из этой тупиковой ситуации. Я был бы не прочь избавиться от пирата, но нужно найти что-то получше.

Кублай-хан презрительно покачал головой. Его веки, подведенные карандашом, добавили ему отталкивающую неприязнь.

— Вы покупаете то, до чего дотронулись, — холодно ответил он. — Но, к сожалению, Алтынсу гораздо выше вашего уровня.

Его последние слова сопровождала едва заметная ухмылка, и я понял, что моя жизнь висит на волоске.

— Возможно, — начал я, и в глазах Алтынсу замелькала тревога. Я почувствовал, что что-то не так.

«Она не знает, бедняжка,» — подумал я.

Но я не мог остановиться сейчас. Это была бы ужасная смерть для Олафа, если бы он знал.

— Я повелитель Руси и князь Новгорода, — мое откровение ошеломило собравшуюся толпу до полной тишины.

— Повелитель Руси — хорошая отправная точка, — неожиданно сказал Кублай-хан. Его ястребиный взгляд не отрывался от моего лица, и наш разговор перед всеми этими людьми был странным.

И вдруг я понял, что они все были свидетелями. Хитрый Кублай-хан действительно устроил великолепное представление. Просто спектакль из живых актеров, которые сами не подозревали о своей игре.

— Государь, — предостерегающе сказал мне Добрыня, но было уже слишком поздно.

— Я все еще молод, — невозмутимо ответил я.

«Но я знал, что старше его сестры».

— В таком случае, каково самое сокровенное желание князя всея Руси? — театрально спросил Кублай-хан. Более шестидесяти пар глаз повернулись ко мне, чтобы услышать мой ответ.

«Желание твоего сердца,» — сказала мне Дана, когда мы сидели на острове. Она спросила меня чего я больше всего хочу.

И теперь мне пришлось раскрыть это. Хотя я не имел представления, что это может быть. О том, чтобы уединиться с очаровательной сестрой хана, не могло быть и речи. Несмотря на то, что это был желанный исход.

Получение золота или монет звучало как что-то незначительное. Хотя это была лучшая и более осуществимая из всех идей.

Я не мог рассказать им о проклятом мече. Эти суеверные жители наверняка пришли бы в ужас от этого. Они, вероятно, оставили бы меня в живых. Но просто содрали бы кожу. А моих спутников сразу убили бы, как пособников дьявола.

Итак, я выбрал первое, что вспомнил.

Что подразумевалось, но никогда не упоминалось при беседах с Даной. Возродить древнюю Империю и стать новым Императором мира. Прямо как в древних легендах. Это означало, что я должен завоевать всех. И северян и степняков. И всех кто встретится мне на пути.

— Мое желание Золотой трон Императора, — сказал я.