Я не заметила, как погас свет в зале. Не заметила, как вокруг нас выстроились ребята с Факультета Стражей, ограждая собой от любопытных глаз.

— Хейли, — ректор осторожно коснулся моего плеча, — позволь увести Тора, его ждут отец и мать.

Я не понимала, зачем они сделали вот так? На всеобщее обозрение? Почему не дали ему разделить горе со своей семьей? Он не должен был узнать все вот так! Это неправильно и отвратительно!

Мягко попыталась отстраниться от паренька. Но Тор вцепился в меня, будто я была той соломинкой, что могла помочь ему вынырнуть. Была.

— Пойдем, Тор, там твоя мама, — прошептала, понимая, что мой друг просто не соображает ни где он, ни что делает.

Кусая губы и глотая слезы, я повела друга к его родителям.

Путь к общежитию показался мне неимоверно длинным. За то время, пока мы шли, нам никто не встретился. Я придерживала Тора за плечи и, как могла, старалась не всхлипывать громко. Груз вины давил на меня. Это я виновата в том, что Алекс не вернулся живым из тех трижды проклятых стен.

— Студентка Сизери, дальше мы справимся сами, — мужской голос ввел меня в ступор.

Я не слышала его прежде. Холодный, властный. Таким тоном можно было стены рушить. Запнулась и едва не упала в ноги незнакомому мужчине. Как ни странно, но удержал меня именно Тор.

— Отец, разве это правда? — выдохнул он, не отпуская мою руку. — Алекс не мог… не мог!

Отчаяние в голосе друга насквозь прошило меня. Хотелось сделать хоть что-то, утешить хоть как-нибудь. Но я могла только молчать.

— Довольно! Обо всем поговорим дома, — оборвал стенания Тора лорд Сталлаг. — Завтра ты вернешься в академию, а сегодня…

— Возьмите меня с собой, — прежде чем поняла, кому и что говорю, да еще прерываю, прошептала я. — Пожалуйста, я сама все расскажу… Тор имеет право знать правду.

— Это не вам решать, леди Сизери, — холодно оборвал меня отец Тора и приказал сыну: — Отпусти ее, и пойдем.

— Хейли, ты знала? — Больнее было то, что друг отпрянул от меня, а не его удивление.

— Я надеялась, что он выживет. Я не знала, что он… — голос сорвался, а по щекам с новой силой полились слезы, быстро утерев их, выдавила: — погиб.

Все это именно так, я не лгала и не лукавила. И в тот же день, как оказалась — в столице, первым делом спросила именно об Алексе. Правда, мне так и не ответили. И лишь в академии Асгар сообщил, что выпускник находится во дворце. Выходит, лорд Ортон, дворцовый целитель не справился и не помог парню. Подавив новый поток рыданий, посмотрела прямо на отца Тора:

— Что бы вы ему ни сказали, я не стану ничего скрывать.

— Для вас клятва королевской семье пустой звук? — выгнув брови дугой, вопросил мужчина, а друг, уже было сделавший шаг к отцу, остановился.

— Нет, — я покачала головой, — клятвы нельзя нарушать, наказание последует незамедлительно.

— Тогда вы должны понимать, леди Сизери, что в ваших интересах придерживаться официальной версии, — снисходительно заявил лорд Сталлаг и холодно добавил: — И не открывать рта тогда, когда вас об этом не просят.

Я смотрела на него и не могла понять причину его недовольства. Советник короля, глава рода, отец и муж, как он может быть таким бесчувственным к горю своей семьи? Он даже не допускает мысли, чтобы раскрыть тайну гибели старшего сына и ее причину.

— Все, конечно, так, — поспешно шагнула к Тору и коснулась его локтя, — но я не давала клятв.

Лорд Сталлаг ничего ответить не успел. Перед нами материализовался Асгар.

— Леди Хейли, вас ожидают в аудитории.

Резко выдохнула, но с места не сдвинулась. Ждала решения мужчин рода Сталлаг.

— Тор, идем, мама ждет тебя.

— Хейли, — Тор стремительно обнял меня, — спасибо, я вернусь, и мы поговорим.

Возможно, оно и к лучшему, что меня предпочли не брать с собой. Учитывая каменного лорда Сталлага, его жена, леди Алисия, сможет утешиться в объятиях сына. Я была бы там лишней.

Но мне бы хотелось проводить Алекса в последний путь. Родовой ритуал принятия души происходит в храме, и туда допускаются самые близкие люди погибшего. После церемонии тело сжигается, а его прах хранится в родовом склепе поместья. И, наверное, именно на эту церемонию отец и забирает сына.

Что ж, лучше я запомню Алекса живым. Улыбчивым и серьезным. Отважным, храбрым и вечно молодым.

— Хейли, — Асгар тряс меня за плечо, — тебе пора бежать, декан начинает зачитывать перечень предметов и распределяет группы.

Моргнула. Тор и его отец испарились, словно только что не стояли рядом со мной. Я же рассеянно смотрела на двери общежития.

— Ты прав, — обнимая плечи руками, кивнула, — нужно идти.

Ладонями вытерла лицо, глубоко вдохнула и выдохнула, и только после этого побежала в главное здание. Общий сбор факультетов, а затем собрания с деканами проходят именно в нем. Это потом обучение будет проходить в разных корпусах.

По лестнице поднималась стремительно. Чувствовала, как пульс отдается в висках и дыхание становится тяжелым. Но это ничего, что я запыхалась. Какая, в сущности, разница, если все равно опоздала. Накажут. Впрочем, не страшно.

У двери на секунду задержалась, поправляя мантию. Странно, в прошлом году нам разрешали ходить в чем угодно. А сейчас мы должны носить мантии, которые немногим отличались от преподавательских. Разве что ткань была тоньше да к вышивке букв факультета добавились цифры курса. Ну и капюшоны были отделаны каймой факультетского цвета.

Толкнула дверь и, опустив голову, вошла, приготовившись выслушать наказание от нового декана. Сердце противно защемило от мысли, что лорд Валруа больше не будет преподавать в академии.

«Как он там?» — в который раз задалась этим вопросом, жаль только, ответа получить не от кого. Асгар наотрез отказывается связываться с ним и что-либо рассказывать мне о нем.

— Студентка Сизери, — знакомый голос заставил меня вздрогнуть.

Резко подняла голову и встретилась взглядом с родными глазами.

— Не может быть, — ошеломленно выдохнула и едва сдержалась, чтобы не протереть веки.

— Садитесь на место, студентка Сизери, — отдал распоряжение декан, и я на ватных ногах пошла к столу, за которым сидел Мэтт.

Лица ребят слились в сплошное пятно.

— Хейли, тебе не кажется, — зашептал Мэтт, и я уловила в его голосе ехидство. — Теперь и у тебя декан — родственник.

— Итак, я еще раз поздравляю вас с образованием связи с вашими Стражами. — Отец лукаво смотрел на меня. — Напоминаю, что магические звери, успешно контролирующие себя, имеют право сопровождать своего подопечного. Остальные же, до полного контроля и взаимопонимания останутся в ангарах.

Затаив дыхание, я не спускала глаз с папы. Очень захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что не сплю. Невероятно! Глава рода Сизери, того самого, запечатанного, стал деканом Факультета Стражей! Какой плевок для тех, кто унижал нас!

— Итак, начиная с этого года в академии введены новые правила. Вы попадаете под образовательную реформу, а если быть точнее, именно с вас она и начинается. К концу этой недели вам нужно распределиться на четверки, в которые обязательно должны входить студенты второго курса факультетов магис, артефакторов и целителей.

По аудитории прошелся недовольный гул.

— Тихо! — Отец поднял ладонь вверх. — Это распоряжение ректора. Раньше подобные четверки были нормой, но распределялись на последнем курсе. Сейчас учебная программа перестроена, и вместо одного года совместных занятий вам предстоят три года потоковых лекций. И, естественно, несколько экзаменов для всей четверки.

— Разрешите вопрос, декан Сизери? — Али поднялся из-за стола.

— Слушаю вас, студент Аран.

— У нас будут проходить потоковые лекции со всем вторым курсом или определенные занятия, на которых попеременно будут присутствовать разные факультеты?

— Второе. В учебную программу Стражей включены профильные предметы остальных факультетов второго курса.

— Означает ли это, что те, кто учится на третьем и четвертом курсах, подобные четверки образовывать не будут? — со своего места поднялся Виктор Дант.