— Заходи, поешь что-нибудь. У меня тут друг, полицейский. Я рассказал ему о Кирилле. Он поможет.

— Григорий, спасибо… Я… даже не знаю, как тебя отблагодарить…

Я хлопнул его по плечу.

— Расслабься. Перестань забивать себе голову. Я разберусь. Приведи сюда Кирилла, пусть расскажет всё. Может, мой друг что-то придумает.

— А твой друг… он точно поможет?

— Не волнуйся, — ухмыльнулся я. — Сейчас он просто мой друг, не коп.

Дима кивнул и рванул обратно за Кириллом. Когда они вернулись, я решил всех познакомить.

Когда дошла очередь до Селены, она тут же вытащила визитку.

— Привет! Я экстрасенс. Если нужно изгнать демонов, звони. Я свободна.

— Э-э… — пробормотал я. — Это Селена. Она убирается у меня дома. Не уверен, правда, что она в чём-то профи.

Повернулся к Кириллу:

— Ну давай, рассказывай всё как есть. Может, мы найдём какие-то детали, которые ты упустил.

Кирилл нервничал, всё ещё сомневался, стоит ли говорить. Но в итоге сдался.

— Я пришёл один к дому. Он уже был мёртв, — пробормотал он.

— Не парься, — сказал Антон. — Раз Григорий говорит, что ты не убийца, я тебе верю.

— Кирилл, прекращай тянуть резину! — Дима рявкнул так, что я чуть не подпрыгнул. С сыном он был прямолинейн. — Говори уже!

— Я был другом погибшего, — начал Кирилл, опустив голову. — Мы вместе тусили. Но однажды я оказался на мели, не мог себе позволить развлечения. Погибший предложил мне ограбить спиртзавод.

— Что ты украл? — спросил я.

— Бухгалтерскую книгу…

Все удивились. Мы-то думали, он что-то ценное стащил, а тут… бухгалтерия.

— Это нужно было ему. Он сказал, что кто-то хочет получить эту книгу.

— Кто? — спросил Антон.

— Не знаю. Он не сказал.

Я скрестил руки на груди.

— Ладно, а ты что-нибудь полезное узнал из этой книги?

— Я сделал копию на флэшку, не вчитывался, — Кирилл пожал плечами. — Продал её за сто тысяч.

— То есть, когда он начал тебя шантажировать, это была флэшка? — спросил Антон.

— Наверное. Я точно не знаю.

Худший сценарий, конечно же, случился.

Полиция нашла, что Кирилл заходил в дом погибшего. Естественно, его сразу притащили в участок. Главный подозреваемый, ага. И как он объяснит, что делал у жертвы?

Да никак. Всё выглядело так, будто он пришёл, чтобы прикрыть свои следы. Ну а что, логично убить того, кто угрожал тебе. Это же не первый раз. Вот только проблема — город знал, что они давно не общаются. Друзья? Да кто в это поверит. Кирилл не мог объяснить, что делал там, и теперь угодил в ловушку.

Дело передали Антону. Кто ещё мог справиться, кроме него? Остальные полицейские в этом деле плавали. Антон даже отпуск взял, чтобы разобраться. Даже номер в отеле ему оплатили.

Я собирался пойти прогуляться, когда зазвонил телефон. Это был Иван.

— Григорий, у нас «крупный» пациент. Проблема серьёзная. Хочешь взять?

— Насколько серьёзная?

— По слухам, он уже несколько врачей обошёл. Но никто не смог помочь.

— Цена?

— Три миллиона рублей.

— Серьёзно? Ладно, я в деле. Впервые за последнее время получаю такой жирный куш. Кидай адрес.

— Надеюсь, ты справишься, — проговорил Иван. Он, понятно, хотел, чтобы я успел, ведь ему светило шестьсот тысяч за сделку.

Через час я оказался на юге Москвы, где почти не было домов. Тупо пригород. Ехали по лесной дороге и бац — передо нами вырастает огромный замок. Я думал, что поместье Фрица было крутым, но нет, это было нечто. Фриц по сравнению с этим — просто нувориш. Здесь обитали старые деньги, веками копившие своё богатство.

Даже мой таксист, посмотрев на этот дворец, открыл рот. Но быстро пришёл в себя, взял бабки и удрал, оставив меня одного у ворот. Виктор бы так не сделал, но он кажется перестал таксовать. Актером заделался с моей подачи, забросил такси и бизнес.

Через забор заметил мужика в чёрном и горничную, которая сопровождала его. Прям элита, как она есть. Я позвонил в звонок, мужик подошёл к воротам.

— Кто вы? — спросил он.

— Врач. Иван меня прислал.

Он проверил что-то по рации. Через пару минут впустил.

— Идём, но не рыпайся. Начнёшь бродить — и трупом тут станешь.

Я сглотнул. Это место начинало напрягать. Все охранники ходили с настоящим оружием. Даже снайперы на крышах сидели. Прежде чем впустить в дом, они меня обыскали, провели через металлоискатель.

И тут открыли мой медицинский чемоданчик.

— Эй, что за змея в твоём чемодане? Ядовитая? — спросили меня двое охранников, буравя меня взглядами, как будто я собирался пронести бомбу.

Ох, весело будет.

— Он мой любимчик, как и те трое, — заявил я, указывая на Бима, Ужору и Морозку. — Мои пациенты знают, что я беру своих питомцев с собой. Можете проверить мои записи.

Двое мужчин переговорили между собой, затем один из них ушел. Через 20 минут он вернулся и кивнул своему партнеру.

— Все в порядке.

Наконец, разрешили войти в особняк. Меня провели в элегантно оформленную гостиную. Каждая деталь, от мебели до декора, казалась историческим произведением искусства.

В комнате сидел мужчина средних лет. На нем был костюм, маленькие усики и челка, как у сельского школьника. Я подумал, что все люди с такой прической богачи. Видимо, он был владельцем этого поместья или кем-то важным.

— Доктор, привет. Пожалуйста, садитесь, — сказал он.

— Здравствуйте. Как мне вас называть?

— Вы можете называть меня Шуйский, — ответил он.

— Шуйский, я Григорий. Можете звать меня Гриша. У вас должна быть вся моя информация, верно?

— Ваша информация подтверждена. Вы очень хороший врач. Надеюсь, что сможете мне помочь.

— Шуйский, в чем у вас проблема?

— Не со мной. С моим отцом, — сказал он.

— Вы можете провести меня к вашему отцу?

Честно говоря, это поместье давило на меня слишком сильно. Казалось, что даже горничные прячут пистолеты под платьями.

Шуйский провел меня по узкому коридору в другую комнату. Я осмотрел пациента. Это был пожилой мужчина в инвалидном кресле, который, вероятно, уже не мог говорить.

Судя по его глазам и дрожащим конечностям, у него был травматический паралич.

С первого взгляда понял, в чем дело, но все равно осмотрел пациента. Он был парализован как минимум три года. Мышцы его конечностей сильно атрофировались.

— Какую травму получил ваш отец до этого?

— Мой отец был ранен в позвоночник из пистолета своего телохранителя с близкого расстояния. Нервы были полностью повреждены. Врач сказал, что выздоровление невозможно.

— Вы уверены, что такой врач-нелегал, как я, сможет вылечить вашего отца?

Я не думал, что Шуйский пригласил меня, чтобы вылечить его отца. При нынешнем уровне медицины это было невозможно. Большие больницы уже подтвердили это.

Обычно такие пациенты прикованы к инвалидному креслу до самой смерти. Судя по его состоянию, ему оставалось не так много лет. Он был стар, и его организм давал сбой. После долгого сидения в инвалидном кресле мышцы его тела усохли.

Я предполагал, что отцу Шуйского осталось полгода.

— Мне не нужно, чтобы вы лечили моего отца. Я хочу убедится, что он проживет еще хотя бы год. — Голос Шуйского был спокойным, без особой печали.

Старик в инвалидном кресле тоже был спокоен. Хотя он парализован и не мог нормально говорить, мимика его лица осталась. Он спокойно воспринимал холодную реакцию сына.

— И это всё?

— И это всё? — ухмыльнулся Шуйский, явно развлекаясь. — Знаете, скольким врачам я уже звонил? Ни один не уверен, что папаша доживёт до следующего июня.

— Эти доктора правы. Максимум — три-четыре месяца, — ответил я, поднимая бровь. — По правде говоря, смерть для него будет облегчением. Но, знаете, думаю, смогу немного отодвинуть финиш.

Шуйский явно что-то затевал, но это не касалось меня. В моём деле главное — не лезть в чужие дела. Чем меньше знаешь, тем крепче спишь.