— Товарищ Гром, продолжайте занятия. Я постараюсь как можно раньше вернуться, — эту же фразу произнёс и на анторском. Прерывать занятия не имеет смысла. Через двое суток запланирован выход групп. И меня уже неоднократно так выдёргивали с занятий согласовывая то один момент плана операции, то другой немаловажный аспект. Но тогда меня приглашали в совместную рабочую группу, что занималась разработкой плана, а сейчас меня приглашают к генералу, и этот факт меня несколько насторожил, но не удивил.

Добравшись на дежурившем возле бокса электрокаре — мне выделили не только транспортное средство, но и группу сопровождения из двух солдат, что посменно практически всегда находились возле меня, но что радовало, они сильно не мешали взваленной на себя работе. Именно я предложил подготовить группы для выполнения задания, и именно я хотел возглавить одну, куда будет входить ашш Сошша Хааш. Ему всё-таки удалось убедить малый Совет отпустить его выполнять опасное и рискованное задание, правда не знаю, как, но факт остаётся фактом. Он сейчас возглавлял подготовку совместной группы пилотов, которых включат по одному «человеку» в группу.

Прибыл в сектор, где размещался Генеральный штаб, прошёл процедуру контроля и, идя по коридорам, обратил внимание, что слишком много офицеров снуют туда-сюда да все с озабоченными лицами. Пришлось ускорить шаг.

— Товарищи офицеры! — подал команду вошедший в кабинет адъютант. Затем вошёл я. По первой было странно наблюдать, когда лейтенанту отдают честь первыми все, в том числе и генералы, но указ первого лица государства, назначившего меня полномочным представителем Президента по взаимодействию с инопланетной расой анторсов в военной сфере, предоставлял много полномочий, но и требовал многого.

— Вольно, товарищи.

— Товарищ Бес, начну без предисловий, — сразу перешёл к делу Жариков. В кабинете Генерального штаба от офицерских погон и все не ниже полковника рябило в глазах, но я уже привык к такому окружению, — вернулась разведывательная группа, что выходила на поверхность доразведать новое обнаруженное место складирования техники.

— Все вернулись?

— Нет. Вернулся один боец и то тяжело ранен, но он успел передать устные сведения и карты памяти видеокамер погибших товарищей. Им пришлось возвращаться резервным маршрутом и… — тут начальник Генерального штаба на мгновение запнулся, — но предлагаю не терять времени и просмотреть подборку видеозаписей.

Висевший на стене интерактивный экран, на котором была спроецирована карта поверхности, мигнул и пошла видеозапись. Картинка постоянно дрожала, звука не было, автофокусировка изображения не всегда успевала среагировать и определить расстояние до снимаемого объекта, да и ещё плохая освещённость откладывала отпечаток на качество картинки. Но я смотрел внимательно не отрываясь. То, что показывала видеозапись камер визуальной фиксации, а что транслировали монтаж с нескольких, я понял сразу, меня впечатлило.

— Где это?

— Выход осуществлялся в районе Зеленограда. Вернулись они резервным маршрутом через Андреевское, — и видя, что я не ориентируюсь в названиях, офицер пояснил, а интерактивный экран отобразил карту того района, — согласно продолжающим работать наземным средствам визуального контроля была получена информация, что в район Звенигорода шнахассы свозят наземную технику наших союзников. Эта информация сейчас в приоритете и её проверяют. Командованием был отдан приказ доразведать местность, изучить возможный маршрут и скрытно вернуться. Но произошёл боевой контакт. Группа под командованием майора Щорса с боем уходила от преследования на запад и в районе деревни Торхово обнаружила грандиозную стройку. Там, чуть северо-восточнее расположен, точнее, ранее располагался лесной массив Бассейна реки Дубаши — резерв нетронутой территории. Он и во время первой атаки практически не пострадал, но сейчас весь лес вырублен, в том квадрате группой зафиксирована концентрация техники шнахассов различной модификации. В основном, как удалось установить, двойного назначения. Кроме того, как видно из кадров видеозаписи, выровнена площадка и возводится нечто похожее на башню, уходящую в высоту на сорок метров, что соответствует примерно двенадцатиэтажному дому. Но судя по основанию, высота постройки будет достигать шестьсот, а может, и семьсот метров.

— Что можете сказать, не встречались с таким? — задал основной вопрос Жариков.

— Нет, не встречался. Анторсам показывали запись?

— Пока нет, сначала решили показать вам, товарищ полномочный представитель.

— Майор Щорс, что может пояснить? Где он сейчас? — не отреагировал на сарказм одного из помощников Жарикова.

— Он скончался по пути в госпиталь. По предварительным данным, отёк лёгких, — пояснил другой помощник.

— Боевые ранения?

— Нет, только контузия. При осмотре нашими медиками установлено кровотечение из ушей и разрыв барабанных перепонок. Он практически ничего не слышал, когда вышел к дозору.

— Надо показать запись союзникам.

— Распоряжусь, — спокойно ответил Жариков.

Через полчаса, когда прибыл в Генеральный штаб генерал-командор с сопровождающими, я повторно просмотрел видеозапись и внимательно следил за реакцией анторсов на продемонстрированные кадры. Когда демонстрация короткого видеоряда завершился, обратился к ашш Сошша Хааш.

— Генерал-командор, вам известна цель возводимого сооружения? — при посторонних я не допускал себе вольностей в общении с ашш Сошша Хааш, и он тоже придерживался официального тона обращения, всем видом выражая, что он правитель пусть и не звёздных систем, но целой расы.

— Могу только предположить, но пока оно не будет достроено, трудно сказать о его назначении. На видеозаписи показано, что возведено только основание, фундамент, а основная, главная часть сооружения или военного объекта пока в стадии строительства. Кстати, как давно зафиксировали данную стройку?

— Сутки назад, — ответил помощник.

— Значит, сейчас высота конструкции более ста метров, если брать ваши системы исчисления высоты.

— Так быстро строят? — не удержался кто-то из присутствующих от проявления эмоций.

— Пятьдесят метров в высоту в сутки. Стандартный темп строительства принятый у нас при возведении военного объекта, — пояснил ашш Уссааш Шноас, подходя к интерактивному экрану, где сейчас вновь транслировалась карта той местности, — а что это объект военного назначения, свидетельствует его расположение: далеко от крупных населённых пунктов, есть относительно рядом водная артерия, ровная поверхность, но это необязательно. Главное достаточно устойчивый грунт и не сейсмоактивная зона.

— Кхм. Извините, а можно подробнее, что это может быть? — уточнил Жариков.

— Ретранслятор или один из элементов противоорбитальной обороны. Но точнее пока сказать трудно.

— Противоорбитальной? Стационарный и вдобавок надземный объект? Его же уничтожат первым залпом, — выдвинул предположение один из помощников, и я с ним был полностью согласен. Опыт капитана Глена подсказывал, что такой объект и сутки не выстоит при массированном нацеленном ударе.

— Их возведут целую сеть, с двойным перекрытием, если это, конечно, то, что я предполагаю, — продолжал генерал-предводитель, — расстояние между ними принятое у нас две — две с половиной тысячи километров, и располагаются по всей планете, формируя шестигранники…

— Вроде пчелиных сот.

— Вероятно, — не понял сравнения ашш Уссааш Шноас, — надо бы узнать о строительстве в предполагаемых вершинах гексагона других объектов или подготовок строительных площадок.

— Не зафиксировано, по крайней мере, это единственный объект на нашем континенте, что смогли обнаружить, — покачал головой Жариков, — по этой причине и хотели выяснить, что это.

— Тогда выдвину предположение, что это ретранслятор для межпланетной связи. Его достаточно одного на планету, но обычно строят два или три как резервные, — пояснял генерал-предводитель, он был более осведомлён в данном вопросе.