В реальность меня вернул механический лязг браслета и хладнокровный голос Мелинды:

— Тупик. Продолжаем движение.

Я не видел, как Асфар воздевает уас, но серый бетон застонал, повинуясь его непреклонной воле. Дрогнул и развернулся, пропуская нас дальше.

…мне был знаком этот город — я видел его совсем недавно, взирая с вершины холма на высохшее русло реки. Только сейчас река жила, несла вперёд чистую воду, а вдоль берегов расцветала жизнь. Трава и деревья, сады, засеянные поля. Дешрет-Хедж жил и дышал полной грудью, невзирая на близость к пустыне, он черпал её раскалённый песок и превращал в цветное стекло для своих окон и крыш. Столица рухнувшей империи, но совсем иное время, словно мы снова вошли в башню Вечности, и та щедро дарила нам картины прошлого.

Но нет, башня была разрушена. Просто жемчужина Кальдарима, сердце Багровой Империи, сама по себе являлась огромной временной аномалией. В отличие от первых двух мест, тупиков и обманок, это было верным. Нужным, напрямую связанным с целью. Возможно, самым что ни на есть настоящим. Возможно, очередным отражением, удачно наслоившимся на аномальную зону.

Пенелопа по левую руку от меня стянула маску с тихим вздохом облегчения. На лбу Асфара по правую руку выступили и тут же высохли на пустынном ветру капельки пота. Мелинда легонько касалась колец своего наруча, но больше ничего не вращала.

Я начал неторопливо спускаться по направлению к городу, запомнившему Альхирета, когда тот ещё был человеком.

Багровое Царство, надо признать, представлялось мне довольно-таки мрачным местом. Тому виной было несколько факторов: разрозненные сведения, описывающие тираническое правление царей-чародеев, неохотные показания Маат-Ка-Тот, да плачевное состояние столицы после хроно-катастрофы. Ну а когда я узнал, что две тысячи лет назад Альхирет занимал там должность великого визиря, мои предубеждения лишь укрепились: разве могло процветать место со Знающим во главе⁈

Но эта версия Дешрет-Хедж, отражённая или реальная, выглядела до неприличия процветающей.

Мы проводили ритуал ночью, но сейчас столица сияла под лучами восходящего солнца. Образ, вырезанный из белого камня, багрового песчаника и ослепительного света. Печать на челе Кальдарима, почти идеально круглой формы, где стены, каналы, дороги, площади и кварталы были выстроены по строгим линиям, так что весь город напоминал то ли древний календарь, то ли магический круг. Внешние стены — багрянец, запёкшаяся кровь, всё, что за ними — белоснежные стены домов и храмов, местами тонущих посреди обильной зелени садов. Статуи-стражи и покрытые письменами обелиски стояли так гордо, словно в самом деле хранили покой вверенного им места, исполненного торжества, роскоши, но что самое главное — жизни.

Никто бы не мог сказать, что столица Багрового Царства полна изъянов. Никто бы не мог предсказать, сколь страшная судьба ожидает её впереди.

По длинной дороге с востока в город тянулись длинные ряды повозок и пеших путников, без остатка растворяющихся на оживлённых улицах. Дешрет-Хедж был призывно открыт для всех, даже для четверых чужаков, разительно отличающихся от толпы местного люда. На нас попросту не обращали внимания, то ли подчёркивая некоторую нереальность происходящего, то ли попросту привыкнув к необычной публике.

Мы почти не говорили, пока не отыскали укромный уголок в одном из скверов, примыкающих к городской стене. Мелинда время от времени проверяла свой механический артефакт, неизменно оставляя кольца неподвижными.

— Мы там, где нужно — никаких сомнений, — спокойно сказала она. — Но не спрашивайте, где, а точнее, когда.

— Кажется, среди нас нет специалистов по древнейшей истории Кальдарима, — в тон ей отозвался Асфар. — Разве что вы, леди Пенелопа?

— Боюсь, что нет, достопочтенный лорд Асфар.

— Прошу, просто «Асфар». Вы же зовёте лорда Виктора «Виком»?

— А он меня «Нелли», — согласно кивнула она. — Но с лордом… с Виком мы знакомы как будто всю жизнь.

Асфар подарил мне выразительный взгляд.

— В чём твой секрет, друг мой? Женщины тебе доверяют, едва успев познакомиться.

— Это всё шрам, — рассеянно отшутился я. — Придаёт более мужественный вид, отвлекает внимание от носа… Но серьёзно, куда нам дальше? Могу спросить у своего амулета, но не гарантирую результат.

— Не стоит, — вздохнула Пенелопа, доставая Чужой Лик из чехла. — Я просто хотела немного оттянуть момент. Здесь так красиво… жаль, что мы не можем остаться подольше.

Выдохнув и прикрыв глаза, она надела маску, позволив зачарованному металлу коснуться бледной кожи. А в следующую секунду — удивлённо заозиралась.

— Что вы видите? — спросил Асфар.

— Это… не Ярлат! Не его глаза, не его мысли. Просто какой-то… юноша, ученик. Вокруг… учебное место?

— Школа?

— Наверное. Для тех, кто немного постарше?

Академия, университет? Асфар медленно кивнул и поднял уас, поводя им из стороны в сторону, пока тот не застыл в одной точке. Голова неизвестного зверя указывала точно на замысловатый ступенчатый комплекс, возвышающийся почти на противоположном конце города, напоминающий одновременно античный храм и здание эпохи постмодернизма. Впечатляюще, но, если разглядывать слишком пристально, можно заработать головную боль.

— Там? — коротко спросил мой друг.

— Там. — подтвердила Пенелопа, стягивая маску. — Но если это не Яр… Альхирет, то кто? По чьему следу мы идём?

— Думаю, это всё ещё он, — сказала Мелинда. — Один из первых вариантов. Существовавший так давно, что восприятие даёт сбой.

Нелли ненадолго задумалась и кивнула в подтверждение слов хозяйки Полудня.

— Великолепно, — проворчал я. — Нам что, надо найти Альхирета и убить его до того, как он превратится в Гитлера?

Повисла короткая пауза, за которую Асфар и Нелли успели удивлённо переглянуться, а затем вопросительно уставиться на меня. Одна Мелинда оценила мой незамысловатый юмор, коротко хмыкнув.

— Нет, Виктор, мироздание нельзя исправить с помощью временных парадоксов.

— А вы пытались?

— Пожалуй, не пыталась. Но до меня безуспешно пытались многие, а до многих — другие многие. Поверьте, вы не захотите становиться частью этой статистики.

Название престижного учебного заведения в Дешрет-Хедж звучало не особенно престижно. Что-то вроде «Академия Таинств Подле Западной Стены». Зато вблизи она смотрелась ещё круче, чем на расстоянии — поразительно гармоничное нагромождение широких террас, каким-то чудом держащихся друг на друге. Магия? Архитектурный гений? Несмотря на множество молодёжи вокруг, ответа на этот вопрос мы не получили. Но теперь на нас хотя бы смотрели и кое-как признавали существование.

Возможно, напрасно. Мы же тут ненадолго, и за вполне конкретной целью.

Тот, кого здесь не знали под именем Альхирет, равно как ни под одним другим известным нам именем, тоже бежал от нас вполне конкретно. Но не как обречённый на смерть спасается от убийц, а как нерадивый студент — от комиссии, оценивающей тяжесть его долгов. Впрочем, вскоре выяснилось, что нам не требовалось хватать цель за горло, дабы продвинуться дальше. Хватило сравнительно банального сбора информации.

Сирота, взявшийся невесть откуда и взятый под опеку одним из старших преподавателей.

Слабый талант к хрономантии, высокий — ко всем иным таинствам, в особенности — прорицанию.

Почти неутолимая жажда знаний, невероятное рвение, компенсирующее неопытность.

Спустя несколько часов поисков мы наконец увидели его — немного неловкого, высокого и смуглого юношу со встрёпанными тёмными волосами. Он стоял на другом конце площади, что через несколько секунд обещала стать людной, забитой до предела.

К этому моменту я был готов под «Зверем» рвануться вперёд, не считаясь с поражёнными взглядами и нехорошими шепотками. А то и травмами — для тех, кому не хватит ума убраться с дороги. Но в тот же миг, как мы заметили Альхирета, он заметил нас — и немедленно узнал. Не последовало никаких спецэффектов, масштабных заклятий, даже фирменных золотых уз — просто искра взаимной ненависти, промелькнувшая в чужое для неё время. Мы в самом деле не отправились в истинное прошлое — только в поверхностную часть отражённого разума, давно переставшего быть человеческим. Но способного об этом на время забыть.