Рядом с ней я заметил Степана. Он смотрел на судью, совершенно не обращая внимания на окружающих. Трость в его руках прыгала, словно живая, и подрагивала короткими, отрывистыми движениями.

— … виконта Александра Аверина — оправдать. Все обвинения снять. Его титул, честь, имущественные и иные права — восстановить в полном объёме немедленно. Дело прекращено.

Судья наконец договорил. Его последние слова упали в гробовую тишину, поставив точку, вместе с ударом молотка.

Послышались одинокие аплодисменты. Потом кто-то в задних рядах неуверенно их поддержал. Ещё один. И вот уже волна бурных оваций покатилась по залу. Люди вскакивали с мест, высказывали Окорокову свои поздравления.

Степан замер, будто не веря своим ушам. На нём повисла дама в розовом, как-то несуразно похлопывая по спине.

Я встал, раздумывая, куда идти дальше. Идти к Степану, рядом с которым вилась эта несуразная девица, было как-то неправильно.

Тем временем Окороков пробивался ко мне сквозь начинающую расходиться толпу.

— Поздравляю, барон, — сказал он громко, на публику, пожимая мне руку.

А потом, наклонившись так, чтобы его слова услышал только я, добавил шёпотом:

— Вам нужно бежать, пока Никифоров не отменил аукцион.

— Зачем? Ведь поместье «Серебряные ветры» просто вернётся к Аверину? — так же тихо спросил я, не отпуская его руку.

— Список участников, — он сделал паузу. — Вам нужно узнать, кто подавал заявку. Вам нужны списки. Ищите не самого богатого. Ищите того, кто не должен там быть. Понимаете?

Я кивнул, начиная понимать. Судя по новым показаниям Оракула, заказчик изначально планировал получить поместье Аверина. Полгода — достаточный срок для возможных тайных наследников. И если никто за это время не объявится, поместье должно было уйти с молотка. Теперь его план провалился, и нужно как можно скорее получить списки участников.

— Спасибо, Алексей Николаевич, — уже рванув к выходу, бросил я, но меня резко остановила рука Степана.

— Куда?

Я быстро рассказал последние вводные Окорокова, поглядывая на барышню в розовом платье. Она нервно переминалась с ноги на ногу, а потом, заплетаясь на высоких каблуках, сделала шаг в мою сторону, убирая от лица потрёпанный веер.

— Саша⁈ — вырвалось у меня шёпотом.

Из-под падающей на лицо чёлки и слоя неумело наложенных белил на меня смотрели знакомые глаза Александра Аверина. Он кивнул, и его губы, намазанные красной помадой, сложились в кривую ухмылку.

— Ты… сумасшедший! — прошипел я, хватая его за локоть и оттягивая в сторону от толпы. — Тебя могли узнать! Ты же…

— Я хотел услышать, — перебил он нарочито высоким голосом, который был едва узнаваем, — своими ушами, — он вытер тыльной стороной ладони подбородок, смазав краску, и я впервые увидел на пальце друга родовую печатку с гербом Авериных.

— Понял, — кивнул я, оглядываясь по сторонам.

Степан стоял к нам спиной, прикрывая телом эту нелепую сцену.

— Нужно получить список участников. Встречаемся через сорок минут возле «Управления имперской безопасностью», — быстро сказал я, поглядывая, как интерфейс отсчитывает последние минуты.

— Хорошо, — кивнул Александр. — Я подгоню твою «Ласточку».

Ничего себе⁈ Они умудрились и мою машину угнать? Но как?

[До начала аукциона осталось 0 часов 35 минут]

Я бежал сломя голову, забыв о приличиях, о том, что я барон, и о чём-либо другом, кроме этих проклятых цифр, пылающих у меня в поле зрения. Тридцать пять минут. От здания суда до «Управления имперским имуществом», делившим здание с чиновниками из «Управления имперской безопасностью», — добрых двадцать семь минут быстрым шагом.

Интерфейс работал, прокладывая маршрут поверх реальности.

[Оптимальный путь: подтверждён]

Я выскочил к зданию «Управления имперской безопасностью» через задний двор.

[До начала аукциона осталось: 0 часов 6 минут 17 секунд]

Не обращая внимания на испуганные взгляды служащих, я влетел в кабинет Никифорова.

— Список участников аукциона на поместье «Серебряные ветры», — не здороваясь, произнёс я. — Сейчас.

Чиновник поднял на меня утомлённые глаза.

— Поместье снято с аукциона. Списки участников не разглашаются. Таков регламент, ваше бла…

— Барон Соловьёв, — перебил я, и в голосе прозвучала сталь, которой я сам от себя не ожидал. — И я спрашиваю не как участник. Я спрашиваю, как представитель законного владельца, виконта Аверина, который был оправдан судом тридцать минут назад. Я имею право знать, кто собирается торговаться за его собственность. Или вы хотите, чтобы я вызвал сюда старшего следователя Окорокова, и мы выясняли это в рамках нового уголовного дела о попытке мошенничества?

Впервые я видел, как Никифоров побледнел.

— Я… мне нужно согласовать…

— У вас есть пять минут, — я положил ладонь на столешницу. — Или я начну задавать вопросы вслух, прямо здесь, о том, почему аукцион вообще не был приостановлен после официального запроса. И кому это выгодно.

— Вот… полный список допущенных лиц. С отметкой о внесённом депозите.

Я сделал несколько шагов по промозглому тротуару. Ещё недавно светило солнце, а теперь то ли на город опустился туман, то ли это мелкий дождь. Из-за ветра с моря пришлось даже задрать воротник пиджака.

Сел в «Ласточку», вглядываясь в выданную Никифоровым бумагу.

На ней стояла печать и размашистая резолюция: «Аукцион на имущество рода Авериных отменён в связи с пересмотром дела и восстановлением прав законного наследника». Сухой канцелярит, не описывающий больше полугода страха, тюрьмы и борьбы друга.

Я ощущал на себе взгляды Степана и Александра, ожидавших в машине. Они молчали. Не было ликующих возгласов, хлопков по плечу. Только усталое напряжение, которое теперь начинало потихоньку спадать, оставляя после себя пустоту и лёгкую дрожь в коленях.

«Квест 'Оправдание Аверина» завершён. Награда: снятие угрозы с локации «Имение Авериных», +1 влиятельный союзник (Александр Аверин, полноправный), +500 очков репутации в фракции «Старая аристократия», — прокрутил я в голове с горьковатой иронией.

Мой внутренний тестировщик привык всё раскладывать по полочкам, даже собственные эмоции. Это иногда очень помогало не сломаться в сложную минуту.

Но помимо распоряжения об отмене был и второй документ. Список из пятнадцати имён и организаций, подавших заявки на участие в аукционе.

Я развернул бумагу, позволив Степану и Александру прочитать всё самим.

— Аукцион отменили, — довольно констатировал Степан. — Значит, можем идти в Гербовую палату, но сначала всё же стоит забежать в судебную канцелярию. Снимут арест, отзовут стражу. Имение свободно.

— М-да… — задумчиво произнёс Саня.

Друг сжимал и разжимал кулак, а на пальце красовался перстень патриарха Авериных — чёрное серебро с резным вздыбленным грифоном. Саша опять мог носить его открыто. Маленький, но тяжёлый символ всего, что он потерял и что теперь вернули, но друг явно пока не мог осознать это до конца.

Я же не отрывал глаз от списка. Включил интерфейс.

[Сканирование документа…]

[Категоризация…]

Аристократы: восемь записей: Рябинин Н. А., Песков М. П., Морошкин А. П., Баратов С. С. и др.

Коммерческие гильдии/предприятия: семь записей: «Северные линии», «Беломорская компания», «Архангельский тракт»…

Мозг начал лихорадочно искать пересечения из тайных бухгалтерских книг Соловьёвых, многочисленных фамилий в делах Окорокова. Но связующей нити не было. Просто набор данных.

— И что? — спросил виконт, прерывая мои мысли. — Поедем в палату или нет? Чем быстрее всё оформят, тем лучше.

Я оторвался от бумаги, посмотрел на напряжённое лицо виконта, на спокойные глаза Степана.

— Поедем. Сейчас подброшу. А сам скатаюсь к антиквару, я же вам не нужен пока?

Александр посмотрел на Степана, тот помотал головой.