[Временный эффект: душевное равновесие +30%]

[Временный эффект: стабильность концентрации +15%]

[Временный эффект: безмятежность. Продолжительность: 4 часа]

Всплыли сообщения интерфейса, и мне оставалось только подивиться полученным баффам.

Александр снова почесал спину, елозя на стуле.

— Может, баньку? — спросил Степан, весело подмигнув виконту.

Саня встрепенулся как пёс, которому бросили кость.

— И дегтярное мыло, — серьёзно добавил я. — Чтобы до костей пробрало. А то чешешься как блохастый.

Болотный вывертень посмотрел на меня с укором.

[До выполнения задания осталось: 3 дня 6 часов 55 минут 14 секунд]

В сторону болот мы выдвинулись с первыми лучами солнца. Воздух был свеж и прохладен, приятно бодря после душной ночи в казарме.

Пёс бежал впереди. Уши настороженно подрагивали, а нос постоянно был прижат к земле, выискивая новые запахи. Он чувствовал себя здесь куда увереннее, в отличие от нас.

— Держите ухо востро, — бросил через плечо Степан, беззвучно ступая по мягкой хвойной подстилке. — Гаргункулы не единственные твари, которые любят сырость. Здесь водятся и похуже.

Лес сгущался, сосны сменялись чахлыми ольхами, а под ногами начинала хлюпать вода.

Внезапно пёс остановился как вкопанный. Низкий утробный рык вырвался из его глотки. Вывертень смотрел в сторону густых зарослей рогоза. Шерсть на загривке медленно поднялась дыбом.

Степан мгновенно замер и поднял руку, приказывая остановиться.

Виконт бесшумно перехватил алебарду, готовясь к бою.

Я мысленно пролистал интерфейс, выбрав из рун «Лезвие ветра». Самое бесшумное и опасное заклинание из всего арсенала.

Из зарослей медленно выползло нечто необычное. Гибкое тело, покрытое чешуёй цвета грязи, с прилипшей по бокам тиной. Пара маленьких тусклых глаз смотрела без всякого выражения. Существо толщиной с бревно извивалось между кочками и тянулось бесконечно.

— Полоз, — без эмоций произнёс старик. — Не агрессивен, если его не трогать. Но ядовит. Один укус — и тебя парализует на сутки.

Мы стояли неподвижно, пока змея, не обращая на нас внимания, не проскользнула мимо, исчезая в густой листве. Лишь когда хвост скрылся из виду, мы перевели дух.

Не знаю, в чём была причина, но моё предчувствие трубило об опасности. Даже птицы смолкли, хотя совсем недавно щебетали без умолку.

Виконт прикрыл глаза, прислушиваясь к наступившей тишине.

— Что-то не так, — настороженно произнёс Саня, скривив лицо, будто откусил дольку лимона.

— Что ты видишь? — спросил его Степан, постоянно поглядывая по сторонам.

— Их много, очень. Движутся прямо на нас. Уйти не успеем, — голос стал отстранённым, словно он говорил о чём-то неважном.

Старик больше ничего не спрашивал. Доверие к словам виконта было полным. Он перехватил трость, превратив её в шпагу.

— Значит, встречаем, — старик отступил на шаг, вставая ко мне спиной. — Дима, периметр! Саня, направление!

Я поднял руку, выпуская с кончиков пальцев «Лезвие ветра» в чахлое дерево, стоящее прямо перед нами. Оно рухнуло, преграждая путь неизвестной опасности. Жалкое укрытие, но это лучше, чем ничего.

Болотный пёс ощетинился, глядя в ту же сторону, что и Александр. Из зарослей послышался нарастающий гул. В моей ладони уже начинал принимать форму «Фаербол». Виконт также вытянул руку вперёд, готовясь к атаке.

Время остановилось, сердце стучало как бешеное. Гул нарастал, превращаясь в оглушительный рёв, пока чаща не взорвалась пульсирующим облаком из крылатых существ размером с футбольный мяч.

Твари с длинными жалами и перепончатыми крыльями, от которых исходил нарастающий гул, неслись на нас сплошной стеной, заслоняя свет.

— Болотные шершни! — рявкнул Степан, тут же накинув на себя «Каменную кожу». — Не дай себя ужалить! Яд сводит с ума!

Первым атаковал виконт. Он взмахнул рукой и, щёлкнув пальцами, остановил часть потока прямо в воздухе. Твари зависли, словно влетели в густой кисель. Что-то похожее я уже видел во время побега из тюрьмы, но рассмотреть повнимательней не было времени.

Ни сейчас, ни тогда.

Жужжание сменилось яростным визгом. Основная масса обтекла препятствие и продолжила нестись на нас.

Я выпустил «Фаербол». Огненный шар врезался в самую гущу роя, оставив после себя дымящуюся дыру. Обугленные тела падали на землю, продолжая корчиться. Но образовавшийся просвет мгновенно сомкнулся.

Моя атака оказалась каплей в море. Нужно что-то посерьёзнее.

— Их слишком много! — крикнул я, чувствуя, как теплота снова наполняет руку. — Не прорвёмся!

Степан крутился юлой несмотря на возраст. Шпага со свистом рассекала воздух, сбивая за раз нескольких шершней, сумевших прорваться сквозь наш заслон.

— Держи периметр! Саша, ветер! Развей их! — рявкнул старик, продолжая свой смертельный танец.

Виконт, с усилием удерживая барьер, кивнул. Он сделал резкий выдох, и в воздухе родился маленький вихрь.

Сначала размером с кулак, а потом он стал разрастаться, засасывая десятки шершней и переламывая их перепончатые крылья. Однако силы Аверина не хватало. Многие успевали выбраться прежде, чем водоворот засасывал их.

Я сфокусировался, прикидывая, как лучше использовать свой запас рун. Виконт задействовал воздух, и, чтобы поддержать его атаку, мне тоже лучше использовать воздух.

«Лезвие ветра» уже было наготове, ничего менять я не стал. Однако использовать его как есть было нецелесообразно. Нужно придумать что-то неординарное. То, что убьёт сразу весь рой. В конце концов, я же тестировщик дополненной реальности!

Я вгляделся в воронку Саши, отметив эпицентр напряжения, где тончайшие потоки воздуха сходились в тугой вибрирующий узел. Попробую её усилить.

Оставалось только найти нужную точку для атаки, и, кажется, я её заметил.

Её подсветил красным светом интерфейс, словно в игровом симуляторе. Точка была прямо в основании воронки. Привычка использовать подсказки игры сделала своё дело. Теперь главное не промахнуться.

— Держи их, Саша! — заорал я, отчаянно взмахнув руками и отпуская с кончиков пальцев рунную последовательность.

Я затаил дыхание. Эффект оказался неожиданным. Одно грубое лезвие вонзилось в воздушный вихрь, разлетаясь на тысячи мелких осколков. Воронка не только не развалилась, она подхватила их, превратившись в гигантский смерч, начинённый острыми осколками.

— Чёрт! — крикнул Александр, почувствовав, как заклинание усилилось в несколько раз.

Шершни, попавшие в зону его действия, были изрезаны в облако хитиновой пыли. Воздушная «мясорубка» с оглушительным рёвом пронеслась над последними рядами роя, оставляя за собой тонкую взвесь, оседающую на болотную воду.

Наступила тишина. Гул, ещё несколько секунд назад давящий на уши, резко сменился нашим прерывистым дыханием. Александр опустил руки, его колени подкосились, ещё немного, и он бы рухнул, если бы Степан не подхватил.

— Неплохо, — выдохнул старик, оглядывая поле боя. — Чертовски опасно, но неплохо. Саша, живой?

— Да, — просипел виконт, опираясь на плечо Степана. — Только в глазах всё плывёт. Держал их слишком много.

Пёс, до этого прятавшийся за моей спиной, осторожно обнюхал воздух, полный гари, и тихо заскулил, тычась носом в мою ладонь.

— Всё, дружище, — проворчал я, проводя рукой по холке. — Всё, кажется, кончилось.

Старик достал из своей котомки, стеклянный сосуд и протянул его Александру.

— Думал, что он тебе понадобится, — кивнув в мою сторону, произнёс Степан, — но, кажется, Саше сейчас важнее.

Виконт поморщился, но послушно сделал глоток, а я, уловив запах, еле сдержал рвотный рефлекс. Зелье, восстанавливающее магическую энергию, противно ударило в нос.

— А ты как? — посадив Александра на поваленное дерево, спросил меня Степан. — Нормально?

Я кивнул, даже не пытаясь говорить. Очень хотелось пить, но глядя на серую жидкость в руках виконта, даже побаивался себе в этом признаться. Кто знает этого старикана?.. Вдруг решит и меня гадостью напоить.