Я влетел в форпост, сметая всё на своём пути, и чуть не свалился на самом пороге казармы, споткнувшись о спящего пса.

Тот, даже не заметив налёта, бросился на меня, радостно виляя хвостом и пытаясь вылизать лицо шершавым языком.

Саня смеялся, глядя как я отбиваюсь от восторженного приёма зверя.

— Всё, хватит, дружище! — я уворачивался, но улыбка сама растянулась на лице.

Как же было приятно вернуться туда, где тебя ждут с нетерпением и не просят ничего взамен.

Степан наблюдал за нашей вознёй с привычной сдержанностью.

— Ну что, барин? — обратился он, когда мне наконец удалось немного угомонить пса. — Каковы новости из внешнего мира?

Я выложил на стол новые букетики с травами, и старый слуга тут же вскочил, начав раскладывать их по маленьким кучкам. Ну точь-в-точь как юная травница.

— Новости так себе, — я вытер лицо рукавом. — Антиквар оказался хитрющим стариком. Сначала пытался давить, но в итоге согласился на сделку. Правда, это всё равно капля в море, — я посмотрел на них серьёзно. — Нужно искать дальше. Может, сегодня рванём на болота?

Степан покачал головой:

— Нет, Дима, сегодня будем заниматься твоей подготовкой. Я и сам не понимаю, как работает твой навык. Обычно ведь как? Выучив «Искру», начинают учить «Фаербол», потом «Огненный вихрь» или другие огненные руны. А у тебя вдруг «Телекинез». Руна воздуха.

Его слова заставили меня задуматься. У меня и в мыслях не было, что руны могут сортироваться по стихиям. Мой интерфейс копировал всё подряд, не делая никаких исключений.

— Постой, — прервав старого слугу, я поднял руку. — Значит, если я освою до конца «Фаербол», то не смогу сразу освоить, скажем, руну воды?

Степан фыркнул, будто я спросил, можно ли одновременно жарить и замораживать на одной сковороде.

— Обычный маг так не может. Ему придётся потратить годы на перестройку ментальных каналов. Магия воды гасит огонь в крови. Без специальной подготовки это очень опасно. Но ты… — он пристально посмотрел на меня. — Твой «Телекинез» пророс как сорняк сквозь асфальт. Без подготовки, без школы. И именно с этим нам и нужно разобраться.

Я поёжился. Мне было всё равно, какую руну использовать для атаки. Но вполне возможно, что я знал гораздо меньше, чем все остальные. Ведь у меня ещё не столь разнообразный запас. Но мой интерфейс действительно был ненасытным. Он поглощал любую магию без разбора.

— Давай проверим, — предложил я, внезапно ощущая азарт. — Что, если я попробую скопировать руны разных стихий?

Александр всплеснул руками, услышав мои слова.

— Ты с ума сошёл? Это же классический путь к внутреннему конфликту стихий! Маг может использовать максимум два их вида. Редко у кого получается выучить три стихии, и это… — он поднял указательный палец вверх, — это маги высшего порядка.

— А мы поставим эксперимент, — парировал я. — Ты покажешь мне простейшую руну воды. А Степан — воздуха. Одновременно.

— Я не знаю рун воды, — удивил меня Александр. — Все руны, что я тебе показывал, относятся к воздуху, который совместим только с ментальностью. Огонь у меня как базовый навык, с которым я родился. А простейшие бытовые — «Искра», «Водяной поток» или «Порыв ветра» — не требуют специального разделения на стихии. Ими может пользоваться даже самый простой дворник, имеющий хоть каплю магии.

Вот это поворот! Значит, всё не так просто, как я думал.

— Постой, — не сдавался я. — Значит, есть бытовые руны, которые могут использовать все, а есть настоящие боевые, которые уже привязаны к стихиям?

— Именно, — кивнул Степан, подхватывая нить разговора. — «Искра» может разжечь костёр, но не создаст «Фаербол». «Порыв ветра» высушит бельё, но не собьёт противника с ног. Всё, что ты делал до сих пор — детские погремушки.

— А «Телекинез»? — не унимался я. — К какой категории он относится?

Степан задумался.

— Вот в этом-то и загадка. «Телекинез» — это не бытовая руна. Это фундаментальная сила, которую осваивают годами. И уж точно не на первом уроке, — он снова пристально посмотрел на меня.

Мой интерфейс, оказывается, куда сложнее, чем я предполагал.

— Хорошо, — сказал я. — Тогда покажите мне не бытовые руны, а самые простые из настоящих, боевых. Из разных стихий.

Александр скептически хмыкнул.

— Кое-что попробовать мы можем, — неожиданно сказал Степан. — Одна руна земли. Базовая. Не атака, а защита. «Каменная кожа». И у Александра одна руна воздуха — «Лезвие ветра». Две противоположные руны, никак не сочетающиеся друг с другом.

Он посмотрел на меня с вызовом.

— Готов попробовать?

Я глубоко вдохнул, чувствуя, как сердце забилось чаще.

— Показывайте.

Через несколько минут мы уже стояли во дворе форпоста возле колодца. Саша для подстраховки встал за мной, готовый в любой момент вмешаться. Степан же долго смотрел на меня, затем медленно кивнул.

— Рискованно. Но узнать правду о своих способностях дорогого стоит. Только немедленно прекращай, если почувствуешь хотя бы малейший дискомфорт.

Старик сделал паузу, собираясь с мыслями, затем медленно, с усилием, будто вытаскивая из памяти что-то тяжёлое и давно неиспользуемое, начал чертить в воздухе первый символ. Его пальцы двигались чётко, но я видел, как напряглись мышцы на руке старика.

Знак получился угловатым, от него потянуло прохладной неподвижной твердыней. В воздухе повисла пыль. Кожа Степана стала пепельного цвета, каждый её сантиметр превратился в непробиваемый камень.

Интерфейс тут же среагировал:

[Обнаружена рунная последовательность: «Каменная кожа». Анализ… Сканирование… Копирование: 1%]

Новая руна заняла своё место в слоте защитные. Тело сковало, будто в меня влили расплавленный металл, который мгновенно остыл, создав невидимый панцирь. Но стоило мне только пошевелиться, как щит слетел, словно его и не было.

Я не стал делать пасы руками, пытаясь скопировать жест старика. Закрыл глаза и сосредоточился на интерфейсе, ткнув пальцем в руну.

[Хотите завершить копирование рунной последовательности «Каменная кожа»?]

«Да, хочу», — нажал на подтверждение.

И тут же услышал удивлённый голос Александра:

— Что он делает?

— Тссс… — шикнул Степан.

Тепло, которое я ощутил, как только выучил «Искру», теперь всегда было со мной и благодаря урокам виконта больше не стремилось вырваться наружу, как в первые дни.

Сейчас оно отхлынуло от кончиков пальцев, подчиняясь команде интерфейса, и растеклось по телу странным тяжёлым потоком. Вместо привычной лёгкости я ощутил оцепенение. Почувствовал, как кожа на руках и груди грубеет, теряет чувствительность, становится плотной и холодной, как отполированный булыжник.

[«Каменная кожа». Копирование: 100%. Уровень: новичок]

— Это как? — спросил Александр, не веря своим глазам.

Степан молчал, как-то странно глядя на меня.

Я тоже смотрел на себя так, будто только что увидел собственное тело. Кожа на предплечьях приобрела матовый серый оттенок, похожий на мокрый асфальт.

Попробовал пошевелиться. Сначала согнул одну руку, потом вторую, не чувствуя сопротивления. Тело слушалось меня так же, как и прежде, не доставляя никакого дискомфорта.

— Ну-ка повернись, — Степан резко ткнул в мою грудь кончиком трости.

Раздался глухой стук, будто он ударил по булыжнику. Я даже не дрогнул. На трости же осталась царапина.

Прошло минуты три, и «Каменная кожа» просто слетела, оставив странное чувство незащищённости.

— Саша, теперь твоя очередь, — выводя виконта из оцепенения, произнёс старик.

Аверин вышел вперёд и тут же начал выводить второй символ. Движения были совсем другими — резкими, режущими воздух. Знак «Лезвия ветра» стремительно пронёсся в сторону сухого дуба, грустно стоящего возле стены форпоста. Огромное лезвие пронеслось по кроне, слегка подровняв макушку. Сухие ветки посыпались на землю.