— Не так страшно? — фыркнула Луна. — Сразу видно, что тебя три часа не мучили загадками, а потом не пыталась превратить в фарш орава вооружённых приведений!

— Всего лишь мои воспоминания, мастер-кузнец. Материализованные на правах обороны Приказа, и ныне развеянные. Что до загадок — я всё ещё впечатлён, что вы нашли решение столь быстро. Эта дверь останавливала добрый десяток прежних хозяев, среди которых было несколько по-настоящему сильных магов.

«почему… загадки?» — осведомилась Хвоя.

— Столкнувшись со столь простым, и одновременно с тем замысловатым испытанием, многие впадают в растерянность. Не добившись желаемого, они применяют силу, и вновь терпят неудачу. Так продолжается до тех пор, пока не начинаются сомнения в ясности рассудка — даже у тех, кто прежде мнил себя гениями. Считалось, что лорд Готфрид был абсолютно лишён чувства юмора, но эта дверь до сих пор остаётся лучшим тому опровержением.

Небо понемногу светлело — ночь подходила к концу. Нам следовало поторопиться, чтобы успеть вернуться к очищенной зоне и с пользой провести последний час до закрытия дверей. Но Маат меня остановила — и теперь выглядела на удивление смущённой.

— Лорд Виктор… Вик, простите за неувязку. Роланд напомнил, что я всё ещё не передала вам силу, а ведь хожу на службе уже не первый месяц. Исключительно непрофессионально с моей стороны.

Я нанял Маат незадолго до того, как отправился в башню Вечности — и застрял там на гораздо более длительный срок, чем хотелось бы. Затем почти сразу навалились проблемы с дуллаханами, разборки с драконами, в основном требовавшие моего внимания вне Полуночи. Сперва, в общем, было не до того, а затем как-то забылось.

— Непрофессионально было бы, окажись ты посредственным казначеем, — усмехнулся я. — А так всё нормально. Не горит до возвращения?

— Если возможно, я бы не хотела более с этим тянуть.

Я невольно покосился на Рудольфа — тот умудрился поймать мой взгляд и без глаз, едва заметно пожав плечами в ответ.

— Со своей церемонией я бы повременил, лорд Виктор. До тех пор, пока не получу неопровержимые доказательства возможности исцеления моего недуга, что передаётся с кровью. Думаю, вы не станете возражать.

— Не стану. В обоих случаях.

До сих пор женщины Полуночи даровали мне силу через поцелуй, но Маат стала первым исключением. Я не собирался конкурировать с Роландом, да и Луна с Хвоей смотрели с лёгким подозрением — друг дружку они давно не ревновали, а вот леди с кошачьими глазами всё ещё стояла немного в стороне от сложившегося коллектива. Несколько тяжёлых капель крови упало от руки Маат на мою, прежде чем обе наши раны затянулись — моя быстрее, её несколько медленней. Но перед этим по руке прокатилось лёгкое жжение, как правило означающее успешный процесс передачи способностей.

— Я предположила, что вам ни к чему вторая сила оборотня, — сказала она, мягко улыбаясь. — Та, что есть у вас сейчас, подходит как нельзя лучше.

Рыжеволосая оружейница рядом слегка надулась от гордости — если не считать Кас, что наделила меня всеобъемлющим восприятием связи с Полуночью, сила Луны была первой, что я получил. «Зверь в лунном свете» выручал меня сотни, тысячи раз, стал практически второй натурой. Маат была права, мне не требовались дополнительные способности леопарда — тем более, что их, в теории, можно настроить «Метаморфом».

— Тогда остаются способности казначея? — спросил я полушутливо.

— Вы стали лучше разбираться в арифметике, финансовом анализе и тонкостях двойного учёта? — ответила она мне в тон.

На всякий случай, я прислушался к себе и попытался в уме умножить два пятизначных числа.

— Пожалуй, нет.

— Тогда нет.

— И что же ты мне передала?

— Как насчёт испытать господина первого хранителя Безмолвного Приказа? — мурлыкнула она. — Я могу ошибаться, но его прямая обязанность — находить информацию.

Кажется, до закрытия дверей к тронному залу мы всё-таки не вернёмся. Если я прикажу, она наверняка расскажет, но мне не хотелось лишать Маат толики новообретённой радости. Сам же сказал, мол, не горит.

— Вы злопамятны, — совершенно спокойно отозвался Рудольф. — Я это уважаю. Но задачу столь простую мог бы решить любой посторонний, без особых навыков дедукции.

— Удивите нас. — лукаво улыбнулась Маат.

— Что же, раз вы настаиваете… Лорд Виктор уже обладает обширным арсеналом способностей, с некоторой натяжкой закрывающим его основные нужды. Тем не менее, пробелы имеются, и вы наверняка мечтали их устранить, дабы качественно компенсировать свою оплошность. Вы сами сказали, что переданная сила не относится к вашей природе по материнской линии, равно как и нынешней профессии. По негласным правилам вечных замков остаются лишь варианты, связанные с вашей родословной по отцу — и крови царей-чародеев последней династии Багрового Царства Кальдарима.

Улыбка сползла с лица Маат — кажется, она не ожидала, что глава тайной службы столь быстро попадёт в цель. Тот безжалостно продолжал:

— Ваш отец, Сехем-Ка-Ра, прославился своей одержимостью в попытках восстановить великую цитадель павшей державы. И пусть он потерпел неудачу, его талант хрономанта не вызывал ни малейших сомнений. Магия времени требует двух основных компонентов, первый и главный из которых — наследие, обучение играет меньшую роль. Вы вытянули короткую соломинку и не унаследовали могущество отца, из-за чего, предположу, и оказались в изгнании.

Возможно, если бы я всё-таки приказал казначею поделиться информацией, она бы расстроилась меньше. Но поскольку Маат сама накликала на себя эту бурю, она принимала её молча, с достоинством, не пытаясь перебить монолог.

— Но даже искра таланта, — подытожил Рудольф, — переданная хозяину Полуночи, может взметнуться пожаром. Или же хотя бы костром — для начала. Лорд Виктор, не прикасаясь к своему револьверу, представьте на миг, что вы его перезаряжаете. Окунитесь в это чувство, позвольте ему омыть вас. И шагните вперёд.

Всё ещё не до конца понимая, к чему он клонит, я без особого труда воспроизвёл в памяти процесс перезарядки Райнигуна. Патроны отправляются в барабан один за другим, пока время застывает вокруг, позволяя обдумать ситуацию и просчитать следующий ход. Двигаться, впрочем, нельзя — за исключением самого процесса перезарядки. Но сейчас я только о нём думаю, так что никаких запретов. Что там, шагнуть вперёд?

Я шагнул. И слегка ошарашенно уставился на повисшую в воздухе пулю — Рудольф хладнокровно выждал момент и выстрелил в воздух из собственного револьвера. Сугубо для демонстрации моей новой способности, которая прошла с ошеломительным успехом.

Я моргнул — и пуля продолжила движение вверх и вперёд, сопровождаемая запоздалым грохотом выстрела. Первый хранитель Безмолвного Приказа аккуратно опустил своё оружие в скрытую кобуру за отворотом камзола.

— Должен предупредить, лорд Виктор, с непривычки и без тренировки хрономантия потребует колоссальных затрат энергии, даже с учётом ваших впечатляющих запасов. Название для вашей новой силы придумывать не стану — не силён в творчестве. Полагаю, вы удовлетворены, госпожа казначей?

Тронный зал пустовал — редкое зрелище в последний год, но перед рассветом большая часть обитателей Полуночи расходилась по своим покоям и комнатам, уважая традицию дневного сна. Мне тоже было бы неплохо отчалить в спальню, но сперва хотелось отдать дань другой традиции — и закрепить очищение главы тайной службы, или же хранителя Безмолвного Приказа. Рудольфа, в общем, который всё же благополучно добрался до лазарета и теперь пребывал под строгим контролем Терры.

Ещё недавно — или вечность назад, как посмотреть — приходилось прилагать титанические усилия, чтобы добраться до зала и сесть на трон после успешного очищения комнаты. Особенно тяжко было с теми слугами, которые находились в Полуночи многие столетия, не меньше половины срока оставаясь загрязнёнными. Очищение Терры далось с большим трудом, очищение Хвои чуть меня не убило — в связке с подоспевшим Жнецом. Как я понял из сумбурного объяснения самой Полуночи впоследствии, она не контролировала давление на нового хозяина, а эффект был многократно усилен из-за её незаживающей раны и упадка сил. Со временем же я окреп, если не сказать «прокачался», вытащил Адеррайсер из сердца замка, набрался могущества из разных источников.