Всё это время я тщательно следил за тем, чтобы «Вуаль» и «Метаморф» не ослабевали ни на секунду. Меня могли вычислить разве что по легчайшему движению воздуха и звукам дыхания — если я его не задерживал. Свобода. Неуязвимость.

Я чуть не заорал от неожиданности, когда моё плечо стиснули в стальной хватке.

Быстрая проверка показала, что хватка в самом деле была стальной — или, по крайней мере, металлической. Надо мной возвышался натуральный боевой автоматон, пусть и не вооружённый, жутковатая вытянутая фигура более двух метров ростом, закованная в рыцарские латы. От автоматонов Роланда он отличался в первую очередь головой — вместо закрытого шлема на меня взирал искажённый человеческий облик, невыразимо уродливый. По сравнению с совершенством Адель он смотрелся как хорошенько прогнивший мертвец рядом с живой девушкой — проблема в том, что он явно меня видел.

— На… ру… ши… тель, — проскрипело стальное чудовище, медленно склоняя голову набок.

Хорошо, что текущий коридор был совершенно пуст, не считая нас двоих. Но с этой проблемой всё равно следовало разобраться как можно скорее.

— Ничего подобного, — спокойно возразил я. — Веритель. Гость.

Хватка на моём плече усилилась — и теперь причиняла ощутимый дискомфорт.

— Наруши-тель, — настойчиво сказал автоматон. — Наруши-тель. В зоне господи-на.

О, так я почти добрался до личного кабинета Ридвана. Жаль только, что сообщили мне об этом не самым приятным способом.

— Асфар? Лита? Откуда он вообще взялся, вы разглядели?

— Простите, Вик, отвлеклась и пропустила!

— Не разглядел, — помолчав, отозвался Асфар. — И никогда бы не подумал, что в Долгих Сумерках ещё используют подобные модели.

— Мне позволено воспользоваться допустимой самообороной?

— С точки зрения защитных чар, големы и автоматоны не попадают под определение «живой» или «мёртвый». Слово ты не нарушишь, но можешь привлечь нежелательное внимание.

Пара выстрелов из Райнигуна мигом разворотили бы чрезмерно бдительному гаду башку и грудь, но на них сбежится весь Дом Долгих Сумерек. Переговоры, увы, провалились. Остался запасной вариант, который самостоятельно отправился со мной на Риид пару суток назад.

Не спуская глаз с автоматона, я потянулся к переносному карману для предметов. Адель встала рядом, моментально оценив обстановку.

— Не стрелять, — сказал я ей вполголоса, всё ещё смотря на противника. — Не греметь, не шуметь. Справишься?

— Справ-люсь.

Кажется, вражеский автоматон начал подозревать, что я обращаюсь не к нему, и попытался стиснуть лапищу на плече ещё сильнее — чтобы раздробить кости. Не знаю, мог ли он удивляться на самом деле, но выглядел изрядно удивлённым, когда я перехватил его руку своей и с силой разжал пальцы. При желании, я мог бы соревноваться в армрестлинге хоть с двумя автоматонами одновременно — у них не было шансов.

— Нару-ши…

— Да, да, заткнись наконец.

Стальной кулак размером с мою голову отправился в путешествие к этой самой голове. Я машинально сместился, пропуская его мимо — и тут же об этом пожалел. Коридор чуть ли не содрогнулся от звука прямого контакта металла и камня, не смягчённого никакой прослойкой. Между прочим, будь я обычным «наруши-телем», удар бы оказался смертельным.

Теперь пришлось перехватывать обе руки автоматона, пока тот изо всех сил пытался освободиться. Ситуация для него вышла настолько нештатной, что он даже не орал «ТРЕВОГА», как делали остальные. Вместо этого предпринял атаку ногами, преуспел на тройку с минусом, и мы закружились по коридору как в вальсе на балу. Звуки шагов гасились, а вот стен его я держал подальше. Поверить не могу, что этот урод обнаружил меня один.

— Трево-га?

Нет, сволочь, тоже не один!

Адель вмиг оказалась рядом с новым боевым автоматоном, который смутился гораздо меньше своего собрата. Он попытался окончательно поднять тревогу, превратив вопрос в клич, призыв! Но женская фигурка скользнула ему за спину, а следом раздался хруст и скрежет металла. По шкале общей тревоги в Доме Высоких Сумерек — тоже на троечку. Увы, без минуса, но хотя бы новые боевые автоматоны не торопились на звуки битвы Я воспользовался случаем, чтобы попросту оторвать противнику руки. Одну целиком, вместе с плечом, другую где-то наполовину.

— Порча имуще-ства, — проскрипел он. — Карается изгна-нием.

— Я бы и рад изгнаться хоть сейчас, — честно сказал я. — Да есть дела.

Я развёл руками, держа в руках чужие руки — и смотря их владельцу прямо в глаза. Тот ещё раз предпринял попытку с силой меня пнуть, но в следующий миг пал жертвой Адель, как и его собрат. Моя незаменимая помощница извлекла из его спины зарядный блок и рассмотрела, как мне показалось — с уважительным интересом.

— Захва-тим. С собой?

— Если ты потащишь — без проблем.

Адель вместе с блоком отправились в переносной карман для предметов, а останки двух автоматонов — в переносной карман для материалов, главное — не перепутать. Если кто-то и услышал звуки потасовки, следов он здесь не найдёт, не считая пары царапин на стенах. Теперь главное — не попасться на чересчур чувствительные глаза другим автоматонам вместе с живыми слугами или родственниками правящей семьи. Задача немного усложнилась, но всё ещё оставалась посильной.

Даже если исполнитель желаний окажется в другом месте, с Домом Долгих Сумерек творилось что-то неладное. И чутьё подсказывало, что это напрямую связано со спецификой проходящей бойни.

Но ничто, с чем я столкнулся за эту ночь, не могло подготовить меня к личному кабинету господина Ридвана. Из уже привычного полумрака на меня взирали десять пар кошачьих глаз, пристальных и почти немигающих. Их обладатели расселись по разным участкам сравнительно небольшой комнаты, внимательно отслеживая каждое моё движение.

Небольшое помещение, по-своему даже уютное. Как и весь остальной дом, тускло освещённое магией, но самую капельку ярче, чем в коридорах. Низкий потолок, стены, задрапированные плотной синей тканью с вышитыми узорами. По правую руку — книжные полки, по левую — объёмный шкаф, кажется, встроенный в стену. Объёмный письменный стол из тёмного дерева, одно кресло для хозяина, два — для гостей. Окно за столом, на удивление нормальное, широкое, с подоконником, на котором разместилось неизвестное мне растение в горшке. На столе — бумаги, письменные принадлежности и вычурной формы светильник.

И кошки. Десять молчаливых кошек, не сводящих с меня взгляда.

Кошки смотрели на меня, я смотрел на них в ответ, осторожно переводя взгляд с одной на другую. Они не выглядели, как какие-то волшебные существа, обычные серо-полосатые кошенции, разве что весьма крупные. Удобно расположившиеся на полу, креслах, столе, подоконнике, полках и верхушке шкафа. Но ни одно нормальное животное не стало бы так долго изучать зашедшего в комнату человека. Я не стал бы льстить себе, предположив, что я настолько интересен.

И тут я вспомнил, что Асфар упоминал ранее о Доме Долгих Сумерек.

— Асфар? — почему-то шёпотом позвал я.

— Да?

— Они могут быть… одна из них, точнее…

— Призом? Не думаю. Его форма ещё никогда не повторялась, и уж тем более в рамках одного дома. Просто в Долгих Сумерках любят кошек.

— Обычных?

— В кабинете главы семейства? Я бы не стал на это рассчитывать.

— Лита?

— Они не представляют немедленной угрозы, Вик. Но я бы не стала дальше играть с ними в гляделки.

Меня продолжали пристально изучать, но Лита была права — терять времени больше было нельзя. Я аккуратно прикрыл за собой дверь, отпертую ключом у меня на шее, и отправился к письменному столу. Сидящий на нём кот покосился на меня и нехотя спрыгнул вниз. Я слегка выдохнул — этот манёвр выглядел отчётливо кошачьим.

А вот лежащие на столе бумаги разочаровывали — многочисленные отчёты о закупках продовольствия, снаряжения, оружия и строительных материалов. Какую-то пользу из них можно было извлечь, но мизерную — великие дома и так были неплохо осведомлены о численности войск и качестве вооружения у соседей. Среди отчётов затесались несколько листов с личной перепиской, также без каких-либо великих тайн. Чтобы перебрать всю кипу на столе мне понадобилось бы минут десять, но «Взгляд библиотекаря» и собственная интуиция подсказывали, что Ридван не хранил ничего важного на виду.