Александр, оживлённо жестикулируя, что-то рассказывал ему, а Муму, наш немой отшельник, расставлял на столе тарелки с дымящейся картошкой, посыпанной укропом, и мясом в густом соусе.

— О, соня наш проснулся! — провозгласил Александр, заметив меня. — Ну как, восстановил силы после своего подвига?

— На минимальном уровне, — буркнул я, плюхаясь на свободную лавку и подтягивая к себе тарелку с едой. — Это пахнет просто божественно.

Муму мычанием выразил признательность и пододвинул ко мне хлеб.

Ужин прошёл в неспешных разговорах. Александр с энтузиазмом делился впечатлениями от вылазки.

— Представляешь, в старом русле ручья мы нашли целую колонию грибов-светляков! Фантастическое зрелище! А на северном склоне — логово пернатых змеев. Их шкуры — невероятная ценность для алхимических зелий!

Степан, не отрываясь от чистки трости, кивнул.

— Завтра сходим, покажете мне место, надо бы грибов впрок набрать.

— А ты как? — Александр повернулся ко мне. — Девочку, насколько понял, вы нашли?

Прожевав очередной кусок невероятно вкусного мяса, я кивнул.

— Нашли. Заодно и сына купца Самарского, и ещё пару детей. Мы там целую банду похитителей накрыли. Главаря пришлось убить, да и нескольких подручных, остальных сдали Окорокову. Он должен раскрутить дело дальше, ведь были ещё и заказчики.

— Браво! — Саня щёлкнул пальцами. — Значит, награда за поимку банды будет.

— Будет, вопрос только, когда получим, — фыркнул я, доедая картошку.

После ужина, пока Муму убирал со стола, а Степан с Александром тихо беседовали о завтрашней вылазке, я взял со стола один из бухгалтерских томов и углубился в изучение.

Цифры и записи поначалу сливались, но постепенно сознание прояснилось, и я начал выстраивать картину. Искал любые упоминания о шахте, о доходах. И вот, спустя несколько минут сканирования журнала, интерфейс наконец подсветил запись, повторявшуюся раз в квартал на протяжении последних пяти лет: «Поставка сортового материала. Контрагент: „Северный рубеж“. Сумма: двенадцать тысяч золотых».

Я замер, уставившись на строчку. Сердце заколотилось чаще.

Двенадцать тысяч.

Каждый квартал.

Вот он, постоянный доход рода Соловьёвых.

Но «сортовой материал»? Это что, алмазы?

И что за «Северный рубеж»?

Аверин заметил мою задумчивость и наклонился ко мне.

— Ты чего приуныл? Дело же закрыли, герой города.

— Деньги, Саня, — безрадостно ответил я, тыча пальцем в запись. — Нужны деньги. Много. Долг империи в пятьдесят тысяч никуда не делся. Да и Окороков с этой наградой… это ж когда ещё.

Виконт усмехнулся.

— А ты открой сыскное агентство «барон Соловьёв». А Окороков будет твоим постоянным клиентом. Будешь его регулярно доить, — Саня рассмеялся.

Я с раздражением отмахнулся.

— Одного Окорокова мне с избытком хватает. Ещё других клиентов заводить… ну уж нет.

Я снова ткнул в злополучную страницу.

— Судя по записям, алмазы, или что они там под «сортовым материалом» подразумевали, продавались регулярно и за крупные суммы. Значит, они откуда-то брались. Значит, шахта работала. Есть шанс, что, наладив добычу, я смогу быстро отдать долги.

— А почему ты до сих пор там не был? — удивился Аверин. — Думал, вы сразу после подтверждения титула туда рванёте.

— Всё как-то некогда было, — мрачно проворчал я. — Сначала документы, потом дети пропавшие, поиск Алёнки…

Я с решительным видом захлопнул тяжёлый фолиант. Звук эхом разнёсся по залу, привлекая внимание.

— Степан, — обратился я к старику. — Завтра утром пойдём шахту смотреть. Пора выяснить, что там осталось и кто там хозяйничает.

Степан нахмурился.

— А как же ингредиенты?

— Вечером сходим за ними, не пропадут.

— Ну, надо так надо.

— Теперь у меня есть документы. Я законный владелец. Охрана шахты обязана меня пропустить.

— Пропустят, — коротко и с лёгкой усмешкой согласился старик. — Куда они денутся-то? Вы ж теперь хозяин, глава всего здесь.

В его словах звучала не только правда, но и скрытое предупреждение. Быть главным — значит нести ответственность. И за имение, и за людей, и за тёмные дела, которые в нём творятся.

— Тогда договорились, — поднялся я. — До завтра. Пойду досыпать. А то завтра нужен чистый разум и быстрая реакция.

Я отправился в спальню, оставляя за спиной тихие голоса товарищей и тёплый свет ламп. Уже когда лежал в кровати, перед моими глазами вспыхнул интерфейс. Не помнил, чтобы я его вызывал, но с интересом отметил, что рунное древо полностью восстановилось, набрав магическую энергию.

Пока засыпал, перед моими глазами пронеслись воспоминания о прошедшем бое с неизвестным мне магом. Последней мыслью было сожаление, что я так и не узнал, кто нанял его, чтобы убить меня.

[Внимание! Начался процесс заливки новых данных в текущую базу интерфейса]

— Саша, разбуди его!

— Не могу! Он отгородился от меня неизвестным барьером.

— Он же сейчас тут всё спалит к чёртовой бабушке. Давай, Саша, сделай хоть что-нибудь!

Голоса раздавались откуда-то издалека, будто сквозь толстый слой ваты. Они были не важны. Важно только пламя, бушующее внутри меня.

Оно рвалось, как извержение вулкана, долго спавшего в глубине земных недр. Каждая клетка моего тела пела от наслаждения. Мой разум стал зрителем, заворожённо наблюдавшим за апокалипсисом.

Я стоял в самом центре полыхающего пламени. Оно не жгло тело, а пожирало магическую энергию, что витала вокруг, готовая, словно бензин, в любой момент подпитать меня.

Деревянные перегородки покрывались инеем, а затем рассыпались в прах от перепада температур. Каменные стены трескались с сухим скрежетом.

— Соловьёв! Очнись!

Голос Степана тонул в диком рёве. Часть меня, крошечная частица сознания, понимала, что это плохо. Нужно остановиться. Но чувствовать, как эта безудержная энергия проходит через моё тело было приятно. Так правильно. Это сила. Настоящая сила, без рун и ограничений.

[Внимание! Процесс поставлен на паузу из-за несанкционированной попытки проникновения]

Вдруг передо мной возникло лицо, искажённое гримасой нечеловеческого усилия. Александр смотрел строго.

— Дмитрий… — голос был хриплым. — Отдай… контроль…

Контроль? Какой контроль?

Пламя затихло.

Я застонал. Что-то внутри меня дрогнуло.

Пламя взревело в последний раз, взметнулось к потолку ослепительным факелом и погасло.

Рухнул на колени, чувствуя, как всё тело стало пустым. Привычное тепло исчезло. Перед глазами заплясали чёрные пятна.

На меня смотрели трое: Степан со строгим лицом, словно высеченным из гранита, Александр, бледный и истощённый, опиравшийся о косяк двери, и Гай, который тут же ткнул мне в руку носом и тихо заскулил.

Я обвёл взглядом комнату. Вернее, то, что от неё осталось. Оплавленные камни, иней на уцелевших балках, лужицы странного стекла на полу.

— Что… что это было? — прошептал я, и собственный голос показался мне чужим.

Степан перевёл взгляд на Александра.

— Объясни ему, виконт. Пока я не пришёл в себя настолько, чтобы дать ему в ухо.

Александр тяжело вздохнул.

— Это, дорогой мой друг, называется «магический шторм». Редкий, но весьма разрушительный побочный эффект. Случается, когда могучий, но неопытный маг перегружает свой разум и теряет контроль. Твоё подсознание… оно просто вышло на прогулку. Слава всем богам, что мы были рядом.

Я смотрел на свои руки. Они всё ещё дрожали…

— Я… я не хотел.

— Никто не хочет, — устало потёр глаза Александр. — Но теперь ты знаешь, что внутри тебя живёт это. И тебе придётся научиться это контролировать. Или в следующий раз ты спалишь не только казарму.

— Надеюсь, сегодня Никита Игнатьевич переедет в поместье, — буркнул Степан, поглядывая в мою сторону. — Алёнкины травки очень пригодились бы сейчас.