При идеальном раскладе эта ипостась Князя, не рассчитывающая на бой с порождениями кошмара, не выдержит сдвоенного натиска и сдохнет, более не доставляя мне проблем.

При нормальном раскладе я успею вскрыть оболочку ядра до того, как закончится бой, и только меня в этом кластере и видели.

При паршивом раскладе…

Десяти минут мне не дали — от силы три-четыре. Сзади не раздалось визга, даже какого-либо заметного шума, но мои взвинченные до предела нервы вдруг бросили меня на пол без предупреждения. Атака Князя прошла чуть выше, на уровне середины моей спины, и я вовсе не уверен, что василисковый плащ смог бы пустить её вскользь. Моя надежда уничтожить его силами кошмара или хотя бы выиграть время канула в лету.

Но когда я перекатился и вскочил на ноги, то даже успел удивиться.

Князь однозначно победил всю брошенную на него орду, но это не далось ему легко. Лохмотья оказались уничтожены почти целиком, за исключением капюшона — и под ними шевелилось нечто невообразимое. Иссушенная бледная плоть, свитая в тугие корни, вместе образующая что-то вроде ствола древнего фикуса, тянущегося от головы. Но этот человекообразный ствол постоянно двигался, переплетаясь со своими же отростками, порождая что-то вроде конечностей с чересчур длинными пальцами на конце. Сейчас этих конечностей было три, из которых две безвольно свисали, как сломанные ветки.

Анна бы наверняка сказала, что истинный облик Князя попросту неподвластен человеческому рассудку, и я бы охотно с ней согласился. Но даже такое восприятие позволило мне предугадать новый удар, а затем выстрелить в ответ из Райнигуна.

Князь дёрнулся — то ли от боли, то ли от недовольства, но продолжил наступать.

План «Б» я хотел придержать на чёрный день, слишком много в нём оставалось неизвестных факторов. Но, по всей видимости, чёрный день наступил именно сегодня — и я активировал переносной карман для предметов, извлекая на свет последнюю вещь, захваченную в путешествие сквозь кошмар.

Вернее сказать, вещей было множество, только магия кармана продолжала считать их за единый артефакт — и я не торопился возражать.

— КО МНЕ!! — рыкнул я, и магические латы взмыли в воздух, послушные команде хозяина, обхватив меня со всех сторон.

Князь вновь вскинул уцелевшую «конечность», но теперь его пальцы не смогли преодолеть пластины брони на груди и отлетели, не оставив и вмятины. Арчибальд обещал, что в этих латах я буду практически неуязвим… не считая того, что из-за нестабильной сути те скорее всего начнут отваливаться прямо во время боя. Затем — перезарядка минимум в сутки до нового использования. Что делать, до создания драконьей кузни оставалось ещё бог знает сколько, а сражаться требовалось уже сейчас!

Прогремел Райнигун, отправляя серебряные пули в сторону врага — одну за другой, пять выстрелов без единого промаха. Время остановилось, пока я перезаряжал своё фамильное оружие, но на владыку Йхтилла этот могучий эффект действовал хуже обычного. Он не вырвался, как некогда Мелинда, он упрямо продолжал плыть вперёд, сквозь воздух как сквозь толщу воды. Времени на размышления и проработку нового плана не осталось, так что я собирался просто продолжать стрелять — насколько хватит обоймы и патронташа. Эта хтоническая сволочь уже изрядно обессилела, так должно было мне хоть разок повезти⁈

Князь, словно подслушав мои мысли, атаковал сразу после перезарядки. На этот раз он не пытался пробить мой доспех или найти открытое место — он увеличился в размерах, выпустив десяток новых корней-щупалец, схватил меня за ноги, и швырнул в сторону ближайшей стены! Всё это произошло в какую-то долю секунды — вот я вскидываю вновь заряженный Райнигун, а вот уже лечу по воздуху. Только на пути моей спины оказалась вовсе не стена, а очередная мембрана, прикрывающая дверной проём. Я вылетел из зала и покатился по коридору, но Князь уже был рядом, невообразимо быстрый, чтобы вновь схватить меня и запустить ещё дальше.

Даже без доспехов я едва мог что-то противопоставить такой скорости. Можно было утешать себя тем, что мой враг наверняка сжигал свои последние силы, но какая разница? Его тактика работала! Коридор заброшенного комплекса крутился у меня перед глазами, и я не успевал сориентироваться, прежде чем следовала новая атака. В какой-то момент я всё-таки уловил, куда меня пытались загнать, как мяч в чужие ворота.

Наружу.

Коридор резко обрывался в знакомую пропасть, наполненную клубящимся туманом. Здесь-то Князь уж точно чувствовал себя как дома, и это было заметно по его лихорадочно подёргивающемуся телу. Его план был ещё проще моего — раз назойливую консервную банку не удаётся вскрыть, её надо выкинуть в пропасть, на радость голодному кошмару. Корни-пальцы-щупальца нетерпеливо схватили меня за левую ногу, подволакивая ближе к краю пропасти, но как раз это позволило мне наконец сфокусироваться. Князь вновь расслабился, почуяв близкую победу, слегка замедлился — и это была его последняя ошибка.

БАБАХ! БАХ! БАХ!

Три пули в темноту под капюшон врага, чтобы парализовать его на целую секунду, бесконечную секунду. А потом — Оковы Судьбы, защёлкнутые кое-как, но на двух корнях-конечностях, как того и требовали правила артефакта.

— Попался, — прохрипел я, пока Князь извивался в бессильном гневе, потеряв большую часть своего чудовищного туловища. — Дважды попался на один и тот же трюк, гад.

Один пинок — и олицетворённое безумие отправилось в бездонное чрево третьего кластера измерения кошмаров. За наручники я не переживал — знаковые артефакты Полуночи всегда возвращались назад. К сожалению, про Князя можно было сказать то же самое.

Если я не придумаю, как расправиться с ним окончательно, следующая встреча может стать для меня последней.

В обычной жизни человеку хватает пяти основных органов чувств, чтобы получать информацию об окружающей среде. Зрение из них основное, но и остальные задействованы на полную катушку. Иногда в качестве шестого чувства выступает чувство равновесия, но в целом картина не меняется — по вполне понятным причинам. Куда мы денемся от центральной нервной системы и её способов познания мира?

Но когда в дело вступает магическая реальность, ситуация меняется. Внезапно выясняется, что телепатия, интуиция, дежавю и целый ворох недобрых предчувствий — не дремучие предубеждения, а нечто, способное спасти тебе жизнь. Дать преимущество в бою, предупредить об угрозе, поджидающей за углом и даже немного предсказать будущее.

Посреди измерения кошмаров прислушиваться к ним было актуально как никогда.

После того, как безумный силуэт Князя в Жёлтом сгинул в туманной бездне, я остался стоять на её краю, напрягая до предела все возможные чувства. Мне не хотелось поворачиваться к пропасти спиной — вдруг мой страшный враг только того и ждёт, собирается выстрелить из тумана своими безразмерными руками-щупальцами, обхватить меня и утащить за собой? Но и пятиться назад казалось глупо, неуместно и парадоксальным образом столь же небезопасно. Так что я стоял и стоял, пока ощущение скрытой угрозы постепенно не рассосалось. Его сменил если не покой, то некое понимание происходящего, пока ещё очень смутное. Лишь одно было ясно наверняка — Князь меня в ближайшее время не потревожит.

Пора покинуть это уютное местечко, пока оно не начало считать себя моим новым домом.

Магические латы израсходовали свой очень ограниченный ресурс, и отправились в переносной карман, на перезарядку. К счастью, по дороге в зал с ядром мне никто не мешал. Более того, «Печать Пожирателя» докладывала, что не только серые осы, но и ползучая плоть практически исчезли из этой части комплекса, оставив меня в гордом одиночестве. Для плоти это было особенно нехарактерно — ядра выступали, как центры её существования, отказаться от одного из них — всё равно что человеку добровольно положить голову под топор. Но по возвращению стало понятно, что ядро в центральном зале мертво, вместе со всеми своими детьми и их заклятыми врагами. То, что не уничтожил Князь, сгинуло само, оставив после себя некрасивые пятна на полу и стенах, да тяжёлый дух разложения.