Егеря Полудня. Как их там называла Мелинда… Кажется, «Сотня Ясного Клинка», профессиональные ведьмаки. Не высокомерные рыцари в сияющих латах — не в упрёк будет сказано авалонцам, — а спецы по грязной работе. Экипировка почти всех пребывала в том же состоянии, что и у дуллаханов, но полевой ремонт шёл полным ходом. Рудольф бы с руками оторвал хотя бы десяток таких подчинённых — очищенной тайной службе не хватало агентов. Но вряд ли они захотят менять один вечный замок на другой.

— Мелинда тут? — спросил я у Галахада — тот качнул головой.

— Леди Мелинда ушла в сопровождении госпожи Анны, детей Эргалис и небольшого отряда в дальний поход. Сутки и более минули с того, когда они отправились, но с тех пор от них не приходило вестей. Согласно установленным правилам, сэр Мордред и сэр Кей выдвинулись на поиски, каждый со своими воинами. Я пойду следом, коли вновь не придёт гонец.

— Пока ничего?

— Истинно так. Признаться, я слегка засиделся после первой стычки, но зато в доброй компании.

Вкусы на компанию у нас с Галахадом явно отличались. Дуллаханы славились своей неразговорчивостью, даже с головами на плечах. Егеря, похоже, вообще не уступали им в этом принципе, и я был готов поклясться, что слегка сойду с ума, если буду общаться только с такими молчаливыми профи. Зато в осквернённом Сумраке они находились идеально на своём месте.

— Мелинда не упоминала какую-то конкретную цель?

— Лишь поведала, что в прошлый раз они обнаружили подозрительную область, и пожелали изучить более тщательно.

Пенелопа бросила на меня тревожный взгляд, но меня новости не заставили волноваться. Если в Сумраке существовала угроза, способная доставить неприятности хозяйке Полудня, ведьме кошмаров и двум юным драконам, я бы ещё мог в это поверить. Но угроза, которая может навредить хозяйке Полудня, ведьме кошмаров, двум юным драконам и двум рыцарям Авалона… скажем так, отзвуки такой битвы были бы однозначно слышны в тронном зале. Это ещё если не считать более сотни бойцов сопровождения, как из Полудня, так и Полуночи.

— Сэр Галахад, если я попрошу тебя поработать телохранителем…

— Я с вами!

Хозяйка Сумрака выпалила это прежде, чем я успел закончить фразу, а мой авалонский брат — согласиться.

— Вы и сами сказали, что я здорова. И это мой замок, Вик! Я, может, и не справилась с очищением, но хорошо его знаю и чувствую, как он страдает. К тому же, я не видела Мари с момента, как Ярлат… Альхирет… Я не видела её уже давно, и волнуюсь.

— Мари?

— Мою мажордома. Она всегда пыталась помочь, и даже предупреждала не доверять слепо тому, кто предлагает помощь извне. Если бы я послушала её, всё бы сложилось иначе.

Я перевёл взгляд на Галахада, и тот вновь отрицательно покачал головой.

— Мы не сталкивались со слугами Сумрака, очищенными или загрязнёнными. Они могут держать дистанцию, ибо сомневаются в наших добрых намерениях.

Или же Альхирет мог избавиться от них в первую очередь, чтобы те не попытались внезапно помешать его планам. Об этом варианте Галахад тактично промолчал, но все прекрасно его представляли. По крайней мере, души ключевых слуг обычно накрепко привязаны к вечному замку, всерьёз их искалечить — задача нетривиальная. Альхирет хитёр на выдумку, но он торопился, следовательно, вряд ли заморочился слишком уж сильно.

В любом случае, проверить стоило. И если уж хоть сколько присматривать за Пенелопой в Сумраке, то присматривать лично, пока есть такая возможность.

— Вы готовы к походу, Нелли?

— Готова как никогда, Вик. А прекрасный рыцарь отправится с нами?

Я еле удержался от незаслуженной Галахадом усмешки. Пенелопа не видела его без шлема, а галантный великан в самом деле излучал мощнейшее обаяние одним своим видом. Губа, как говорится, не дура.

Мой авалонский брат отвесил ей лёгкий поклон, чем заставил девушку слегка зардеться.

— Не в первую очередь, леди Пенелопа. Сейчас вы занимаете моё место в очереди подкреплений, так что в случае тишины я выдвинусь за вами не позже трёх часов спустя. Но с появлением лорда Виктора дела должны наладиться весьма скоро.

Хотел бы я верить в себя так, как верят мои союзники.

Главное, для чего Рудольф собирал в трапезной столько мастеров Полуночи — первое обсуждение его большого плана. Альхирет наследил, в прошлом и настоящем, но после трёпки, полученной от драконов, вряд ли вылезет на свет в ближайшее время. Может случиться так, что его подтолкнёт жгучее чувство долга по отношению к Шар'Готу, может, попытается заново подчинить Пенелопу, может сложиться ещё десяток сценариев, при которых он наследит снова, чем здорово облегчит нам задачу. Но гораздо более вероятный вариант — наш враг затаится, чтобы экстренно зализать обугленные раны, а в его отсутствие неприятности начнёт доставлять Наблюдатель. Они оба выбрали путь служения чудовищу, пожирающему великую паутину, хоть и с разными мотивами. Их обоюдная ненависть этому отнюдь не мешала.

Альхирета нельзя было упустить. Нельзя было дать ему оклематься. И мы приняли решение объединёнными силами творцов Полуночи создать новый ключевой артефакт, способный проложить путь прямиком в логово врага. Опирающийся не только на магию, но и технологию — для этого были нужны Адель и Хагга. Закалённый в драконьей кузне и проверенный Арчибальдом, настроенный Литой, Кас и Зури с помощью всех найденных улик. Портал для охоты на Знающих, идея которого сложилась у Рудольфа много столетий назад, но тогда не могла получить воплощения. До наступления наших непростых времён.

На данный момент деталей не хватало — но недостающая информация могла обнаружиться у Мелинды и Анны. Либо же Альхирет всё-таки клюнет на приманку Пенелопы, хотя лично я надеялся на обратное. Девушка и так настрадалась, но рвалась в бой за свой замок — не хотелось бы, чтобы ей пришлось так же яростно биться за свой разум. Даже если это качественно ускорит события.

Сумрак лежал перед нами, живой, но глубоко поражённый собственным недугом. Вот так, не успел очистить до конца Полночь, а уже добровольно принимаюсь за другие вечные замки. Надо будет загладить вину по возвращению.

Статуя выглядела так, словно стояла здесь со времён Мастера. Ну или как минимум лорда Элдрика фон Дэммерхайна, первого из «законных» хозяев Сумрака. Она изображала могучего воина в архаичном доспехе, опирающегося на не менее архаичный боевой топор. Со временем мрамор потускнел, истёрся, отдельные элементы брони откололись, а сам воин лишился левого уха и нескольких пальцев. Но в полумраке коридора его фигура всё равно внушала уважение, словно он сторожил развилку несколько тысячелетий кряду, и ни разу не отпросился со службы.

Хотя почему «словно»? Буквально сторожил, и продолжал до сих пор.

Я остановился на почтительном расстоянии от статуи — но достаточном для того, чтобы Пенелопа могла прицелиться. Миниатюрный арбалетный болт, длиной с мою ладонь, почти бесшумно пронёсся в воздухе и с лёгким звеньком застрял между мраморными складками брони. Сюрреалистичная картина, если не знать контекста.

— Он точно из этих…

— Заступников. Точно, Вик, доверьтесь мне.

Спустя пару секунд слова хозяйки Сумрака подтвердились — могучая статуя пошевелилась и шагнула с пьедестала, поудобнее перехватывая своё мраморное оружие. Каменное лицо не проявляло эмоций, глазные яблоки не шевельнулись, чтобы получше разглядеть визитёров, но было понятно, что нас изучают. Слегка помедлив, воин опустился на одно колено и склонил голову.

— Этот немного заторможенный, — сказала Пенелопа, выйдя вперёд и ласково погладив статую по мраморному шлему. — Старенький уже, хоть и целый. А есть и такие, от которых головы отвалились, одна рука осталась, а они в бой рвутся.

— За нами поспеет?

— Вряд ли. Оставим его тут, а если с ним что-то случится, Тотенбунд даст знать.