Остаток информации я дослушивал уже на ногах, пролетая сквозь просеку, оставленную мёртвыми исполинами. Мордред слегка отстал, хотя длинные ноги позволяли ему развивать большую скорость. Спустя пятнадцать минут бешеного бега я взобрался на расчищенную возвышенность, откуда открывался вид на крепостную стену. Первый колосс уже протягивал руки, чтобы ухватиться за верхушку, но ему не давали этого сделать. Стрелы с наконечниками из серебра и драгестола буквально сжигали сросшиеся мёртвые тела, из которых состоял великан. Сразу с нескольких углов в тушу били зигзаги молний, струи огня и ледяные копья — слаженная работа магов Полуночи. Кас проносилась над врагом словно рассерженный шершень, и каждый её потусторонний вопль замедлял его продвижение.

А когда стало ясно, что исполин подошёл слишком близко, град снарядов и заклятий вдруг прекратился. Сперва один, а вскоре два нестерпимо-сияющих, ослепительных потоков драконьего пламени начисто лишили чудовище одной из рук и солидного куска туловища. Возможно, хватило бы и одного потока, но Ава и Ян уже имели опыт сражения с подобными тварями — они знали, что надо бить наверняка. Туша, слепленная из мертвецов, тяжело рухнула к подножию вечного замка.

К несчастью, это означало, что последний из девяти колоссов, несмотря на отчаянное сопротивление защитников, всё-таки добрался до стены, перекинул непомерно длинные ручищи через парапет и изверг наружу орду дожидающихся внутри отродий.

Когда я взлетел на стену, сражение кипело вовсю. Среди штурмовой армии Бертрама имелись не только неповоротливые полусгнившие туши-«моржи», но и гораздо более приспособленные для боя экземпляры. Гуманоиды, слепленные из тел людей и животных, вооружённые копьями и палицами, «плевуны», заменяющие стрелков, зубастая мелочь, пытающаяся вгрызаться в ноги. Поразительно, сколько подобного дерьма может уместиться в одном-единственном колоссе! Тот, к слову, тоже пытался принимать участие в схватке, и только постоянные атаки Кас и джиннов не давали ему как следует размахаться загребущими руками.

Остальную нежить сдерживали гвардейцы — намертво перегородив участок стены барьером из сверкающих пик, пока сзади беспрерывно били луки и арбалеты. В первых рядах стояли дуллаханы, равнодушные к воздействию «Мортума», заслоняя более хрупких товарищей. А вместе с ними — целый боевой автоматон! Строй был организован по высшему разряду, но с первого взгляда становилось ясно, что защитники сражались на пределе. Напирающих тварей было в пять раз больше, они не знали боли и страха и совершенно не считались с потерями. На моих глазах громадный арбалетный болт из «ручной баллисты» Луны прошил сразу троих уродов насквозь, на что их соседи не отреагировали даже поворотом головы. Одна из ловушек Хагги натурально взорвалась, расчленив и скинув вниз пятерых — ноль внимания.

Впрочем, их равнодушию вскоре придёт конец.

Я выпрямился в полный рост, зарычав с такой силой, что эхо прокатилось по округе. Меня тут же заметили — стена разразилась криками воодушевления! Шаг вперёд — и грохот револьверного огня заполнил собой мир, обращая толпы нежити в вихрь серого праха.

Обойма — остановка времени — перезарядка. Даже лишённые командования, твари поняли, что ситуация обратилась не в их сторону. Уцепившийся за стену колосс первым получил свою тройную порцию серебра, и отвалился назад, нелепо взмахнув обрубками рук.

Обойма — остановка времени — перезарядка. Орда остановила натиск на защитников, переключив внимание на меня — и тут же получила слаженную контратаку в спину.

Обойма — остановка времени — перезарядка. Ничего, кроме выстрелов, сливающихся в единую песню смерти и очищения. Не знаю, оставались ли у экспериментов Бертрама остатки душ, но им будет лучше под сенью Полуночи, чем в изувеченных «Мортумом» телах.

Спустя всего несколько минут бойни на стену за мной взобрался Мордред — и это ознаменовало нашу окончательную победу. Последние из мертвецов были сожжены, растоптаны, сброшены со стены. К сожалению, снаружи Полуночи осталось ещё девять раз по столько же низших чудовищ, истребление которых в основном легло на могучие плечи рыцарей Авалона. Но моим новым союзникам не впервой было пожинать столь мрачный урожай — просто на это уйдёт уйма времени.

Времени, которого у нас всё ещё не оставалось, даже после столь убедительного триумфа.

— У нас на Земле было такое выражение, — сказал я, тяжело облокачиваясь на холодный камень парапета. — Выиграл бой, проиграл войну.

— Мы точно выиграли бой, — спокойно согласилась Кас. — Вторая часть неизвестна.

— Бертрам остался целёхонек. Вся эта атака почти наверняка затевалась ради отвлечения внимания! Этот урод затеял что-то более серьёзное. Он знал, что у нас не хватит сил, чтобы разделиться — и оказался прав.

— В таком случае, мы просто обязаны прийти к нему лично, чтобы поздравить с правотой.

Кас произнесла это с совершенно невозмутимым лицом, а я не удержался от смешка. Праздновать рано, но и хоронить себя — тоже. Не знаю, как скоро Бертрам попытается воплотить ключевую фазу своего плана, мы всё ещё можем ему помешать.

Попытаться помешать. Как минимум — заставить пожалеть, что он вообще решил вернуться с того света.

Я встал и окинул взглядом защитников Полуночи, уставших где-то раз в двадцать сильнее меня. Путь по земле в Пепел закрыт на ближайшие пару суток — пока Галахад и Кей не закончат свой тяжёлый труд. Остаётся только одно…

— Есть добровольцы на десятичасовой марш под землёй и сражение с Бертрамом в конце?

На несколько секунд я чуть не оглох от единогласного одобрительного рёва.

— Когда ты успела поставить в строй боевого автоматона?

— Нача-ла работу два меся-ца. Назад. Закончи-ла вчера.

Объект нашего обсуждения гордо вышагивал рядом, вооружённый коротким мечом и огромным осадным щитом. В строю этот механический монстр сдерживал натиск нежити эффективнее троих дуллаханов, хотя больше принимал и отклонял удары, чем наносил собственные. Да и сейчас он топал пешком, а не в переносном кармане для предметов только для демонстрации возможностей. Даже если бы автоматон справился с марафоном по пещерам, назад бы его пришлось тащить — уже разряженного.

— Масса недорабо-ток. Скорость ходьбы ограни-чена. Навыки владе-ния оружием. Ограни-чены.

— Ожидаемо, но всё равно впечатляет. Мне кажется, или пластины его нагрудной брони выглядят… иначе, чем у других экземпляров?

Вместо классического нагрудника — что-то более тяжёлое, прочное и обтекаемое, скорее напоминающее защиту современной бронетехники. Понятия не имею, как ей удалось воспроизвести нечто подобное. Хотя учитывая то, что Адель на какое-то время провела на Земле, получив полный доступ в интернет…

— Я назва-ла его. Танк.

Желающих отправиться в героический поход сразу после отражения штурма оказалось чересчур много — и большинство из них здорово переоценивали собственные силы. Даже с едой Кулины и лекарствами Терры почти все защитники Полуночи отчаянно нуждались в отдыхе — как и положено людям, цвергам и альвам. Из живых и не связанных душами с Полуночью я взял с собой только Кару, Крома и обоих драконят. Запас пламени у Яна и Авы должен был восстановиться примерно спустя шесть часов, а гноллы хором заявили, что им «не хватило драки». Отговаривать их было бессмысленно — к тому же, они уже однажды сопровождали меня в Пепел.

Кроме них со мной отправилась Адель вместе со своим новым подопечным Танком, Мордред, Кас, Лита в астральной форме, а также Лаахиза. Для леди-лича это была первая вылазка вне Полуночи за тысячу лет, что отнюдь не добавляло ей настроения. Джинны изъявили вежливое желание помочь, но я видел, что они уже выложились на полную. Пусть ожидают в резерве и восстанавливают силы на случай, если у Бертрама в запасе окажется припрятана ещё пара исполинов. С той же мыслью пришлось оставить в Полуночи Кея и Галахада. Пусть и давно мёртвые, рыцари тоже вымотались, потроша порождений некромантии. Когда мы выдвигались в новый поход, они только вернулись из собственного, прикончив великанов и оставив за спиной многие сотни недобитых чудовищ поменьше.