Цена на жезл чудесным образом падала сама собой, но я покачал головой и вернул артефакт на витрину. У меня хватало «побочных» заданий, на которые решительно не оставалось времени.

Следующим в моих руках оказался череп без нижней челюсти, покрытый чем-то вроде лака и раскрашенный чёрно-золотой росписью. Удивительно тяжёлый, словно залитый свинцом, и вызывающий неприятное покалывание в ладонях.

— Череп Брундора. Ценнейшая вещь, —веско сказал торговец. — Без остатка поглощает направленные на владельца низшие и средние проклятия, затем сам очищается без дополнительных ритуалов. Двадцать монет драгестола.

Меня не то что бы часто пытались проклинать, но, как говорится, всё было впереди. Я заметил, что Кас слегка нахмурилась, глядя на череп, и не задумываясь нахмурился вслед за ней.

— Сейчас он как раз находится посреди цикла очистки, — неохотно добавил ворон. — Дорога ко вратам переноса была тяжёлой…

— И сколько же он ещё будет очищаться?

— От трёх недель до двух месяцев. Пятнадцать монет.

За последующий час я перебрал почти всю его витрину, получив исчерпывающую информацию о «лучших боевых артефактах семи миров». Не все они были в таком же печальном состоянии как жезл и череп, попадались отличные рабочие экземпляры, но на них цена тут же взлетала до некомфортной. К тому же, лук с самонаводящимися и пробивающими броню стрелами или кинжал, сочащийся бесконечным смертельным ядом, меня не слишком интересовали. Какое-то время я приценивался к короткому мечу, зачарованному на погибель нежити, но быстро выяснилось, что без подходящих ножен сила чар вскоре иссякнет. Луна могла бы сковать ножны, да только без драконьей кузни даже лучший результат окажется временным.

И всё же, ворон не сдавался, подробно описывая и нахваливая каждый новый предмет. Он запнулся лишь однажды, когда я взял бронзовый браслет, почти без узоров и украшений, не считая рисунка в виде закрытого глаза. Судя по форме века — не человеческого, а принадлежащего какой-то крупной рептилии.

— Простите, лорд Виктор, я приобрёл эту вещь недавно и собирался опознать по дороге, но не хватило времени. Она точно предназначена для защиты, но ничего больше сказать не могу. Уступлю за тридцать монет.

Кот в мешке за цену полноценной средней инвестиции в цвергских купцов. Торговец явно почувствовал мой настрой, но на этот раз стоял на своём.

— Подумайте — ведь это может оказаться чем-то уникальным, невероятно могущественным. Здесь я никак не могу продешевить.

— Кас? — негромко позвал я.

— Идентификация потребует времени, — в неизменно-ровном голосе Кас мне послышались нотки сожаления. — И времени немалого. Я справлюсь за двое суток, но сомневаюсь, что вы захотите так рисковать.

Я и в самом деле не хотел, хотя интуиция подсказывала, что в этом браслете таилось что-то эдакое. К сожалению, временами интуиция несла полнейшую пургу, а импульсивных покупок мне хватило и за вчера, на Земле, с Анной. Видимо, придётся отказать. Взять, что ли, огненный жезл в качестве утешительного жеста, сбив цену до пяти монет? Загружу Литу поиском способа перезарядки, ей может только в радость будет…

— Совет?

Этот голос не принадлежал ни Кас, ни торговцу-ворону. Он шёл откуда-то из толпы других просителей, усталый и скучающий, но удивительным образом заглушающий фоновый гул других голосов. Я узнал его почти сразу, даже до того, как отыскал глазами обладателя голоса: долговязого, слегка сгорбившегося темноволосого молодого парня в сером дорожном плаще. Асфар Риидский, господин Высокого дома и скольки-то там тысяч душ, всё-таки решил проверить, похоронили меня или нет.

И нельзя сказать, что Князь в Жёлтом не пытался эти похороны организовать.

— Дождитесь своей очереди, благородный гость, — холодно сказала Кас, также смотря на Асфара. — Лорд Виктор беседует с другим просителем.

— Погоди, Кас, — сказал я. — Пусть говорит.

Во время нашего первого знакомства советы Асфара были на удивление разумными, хоть я и последовал далеко не всем.

— Покупай, — коротко сказал мой старый знакомый, подходя поближе. Походка у него была под стать образу, как у неуверенного в себе жирафа.

— И всё?

— И всё.

— Мы говорили о шестидесяти монетах… — начал было ворон, почувствовавший, что продешевил, но быстро стушевался, свёл всё в шутку, согласился на тридцать и откланялся.

Браслет идеально сидел на левой руке, но неприятно холодил кожу. Я удостоверился, что спокойно могу его снять и снова надеть — предмет не был проклят, как некоторые мои приобретения в прошлом. Кас, кажется, осталась недовольна покупкой. Асфар выдал лучший из своих сонных зевков.

— Так что он делает? — спросил я после слегка затянувшейся паузы.

— Браслет? Понятия не имею. Но из всего барахла, что притащил крылатый, это самая большая ценность.

Я резко помрачнел — пусть Асфар и говорил правду, или хотя бы искренне верил в собственные слова. Стоило потратить битый час и в итоге всё равно приобрести бог знает что. Вот опознает Кас браслет через пару ночей и выяснится, что тот великолепно защищает урожай от воробьёв. Или позволяет отрастить хвост, как у варана — а это я и так могу, при большом желании. И кто мне вернёт тридцать драгестола?

С другой стороны, я задолжал этому странному типу за помощь с побегом с бала, и помощь немалую. Пока что шкатулка из красного дерева не принесла мне ничего кроме неприятностей, но всё могло сложиться ещё хуже.

— Благодарю за совет, — сдержанно сказал я. — Надеюсь, ты проделал путь из Риида не только для того, чтобы оценивать неопознанные артефакты?

— Что? Нет, причина куда как более скучная…

Асфар вздохнул, отошёл на шаг, откинул полу серого плаща и отвесил мне глубокий поклон.

— Я, Асфар Риидский, господин Высокого дома и шести тысяч душ, явился сюда, дабы поприветствовать лорда Виктора фон Харгена, законного хозяина Полуночи.

— Приветствую… тебя в ответ, — слегка ошеломлённо сказал я. — Официоз обязателен?

— Обычно — нет, и меня от него слегка тошнит. Но, увы, абсолютно необходим, когда речь заходит о заключении союза.

Какое-то время — секунды три или около того — я просто пытался осознать суть сказанного. Асфар терпеливо ждал, даже не выказывая скуки — и это явно давалось ему нелегко.

— Союз, — наконец сказал я. — Прямо союз. Вот так вот сразу, без церемоний?

— Мы обменялись любезностями, — сказал Асфар. — Формально ритуал соблюдён… Хотя тебе лучше снова сесть на трон. Так нас не услышат со стороны.

Я посмотрел на Кас, и та едва заметно кивнула. Можно было, между прочим, и раньше сказать.

— Продолжим по теме, — сказал я, принимая предложение и теперь взирая на гостя сверху вниз. — Помнится, посланник Князя в своё время явился с дарами.

— Герольд или Гримёр? Впрочем, неважно, в дар хозяевам замков традиционно преподносят рабов.

— Двух танцовщиц.

— Какая неожиданность. — Асфар слегка закатил глаза. — Посредственный подарок, не находишь? Позволь даже предположу, отталкиваясь от твоего титула — ты даровал им быструю смерть?

— Перенёс в лазарет, — признался я после небольшой паузы. — И они там до сих пор спят.

— Даже так. У тебя, должно быть, лекарь высочайшего класса.

— Верно, — медленно сказал я. — Хотя лекарства она ещё не нашла.

— От дрёмы Йхтилла? Лекарство?

Я впервые увидел, как лицо Асфара прорезало что-то, отдалённо напоминающее горькую усмешку. Но выражение тут же пропало, сменившись обычной меланхолией.

— Могу поделиться кое-чем, — сказал он. — Даже так — кое-чем и кое-чем, и оба момента будут тебе незнакомы.

— Бесплатно?

— Бесплатно.

— Тогда слушаю.

— Сила знаковых комнат вечных замков имеет пределы. Она напрямую зависит от компетенции отвечающих за них слуг, и поэтому многие начинающие хозяева предпочитают испепеление. Логика такая: поддавшийся осквернению слуга уже провалился.