— Мой рас-чёт всегда. Верен.

Когда я вернулся в нависший над пропастью коридор на следующую ночь, работа там шла полным ходом. Адель приспособила одну из пустующих комнат под небольшой склад и стаскивала туда ржавеющие останки «идолов», разбросанные по всей длине рельс. Я взялся было ей помогать, но она отказала, вежливо и настоятельно. Моё участие требовалось в другом аспекте.

Нужно было привести сюда как можно больше помощников. В идеале — всю гвардию, обоих гноллов и обоих молодых альвов. Для каждого из них Адель уже расписала оптимальную нагрузку и задачи, с целью закончить строительство в кратчайшие сроки.

Я неуверенно попытался возразить, что наверняка хватит и нас двоих. Адель отвлеклась от расчистки и за пять минут убедительно доказала, что даже если я притащу ей все необходимые инструменты и материалы через зеркало, а притащить придётся в любом случае, подготовка рельс и сооружение механизма для разгона займёт не менее трёх суток. С помощниками — четыре часа.

Я возразил снова, на этот раз более уверенно. Сбегать туда-сюда через зеркало — раз плюнуть, хоть до мастерской, хоть до тронного зала. С каждым разом у меня это получалось всё проще. Но если я без проблем мог перенести к месту работы саму Адель, с другими помощниками такой фокус не прокатит. Магия кармана для переноса предметов считала за «предмет» только автоматона, а не людей и гноллов.

— Зна-чит, ты приве-дёшь их. Не через зеркало, — спокойно ответила она.

Мои попытки отпетлять от «честного» похода до тронного зала оказались безуспешными.

Нет, у меня имелся альтернативный вариант действий. Теоретический. Заявить, что сейчас нет ни времени, ни желания расчищать дорогу и оставить Адель действовать в полном одиночестве. Но мало того, что это был бы жестокий поступок, так ещё и крайне неэффективный, учитывая приоритеты. А вот прогулка сквозь неизвестную область, напротив, обещала принести множество ништяков помимо прямой пользы. В конце концов, я стал заметно сильнее с момента, когда в последний раз ходил на подобную разведку боем.

Впрочем, с первым этапом мне всё равно не помешала бы помощь.

— Адель?

— Да?

— Как у тебя с защитой от зубов мимиков?

— Не жалу-юсь.

— В таком случае я отвлеку тебя ещё на полчаса.

Большой зал за разрушенной кладкой, забитый мимиками до отказа, я сперва думал тихонько пройти под «Вуалью», но затем сообразил, что придётся ещё идти назад. И назад я пойду уже не один. Мои новые способности плюс гвардия в полном составе, плюс гноллы, плюс альвы — и шанс на успешную оборону становился отнюдь не нулевым, только вот риски тоже оставались. Мимики-книги умирали от любого чиха, но кусались достаточно больно. Целая орда летающих пастей против не самого бронированного отряда.

Следовательно, стоило послать первой ту, что целиком состояла из брони. И хотя эта идея сразу показалась мне неплохой, столь ошеломительного результата я не ожидал.

Это была даже не битва — бойня. Я планировал поддерживать Адель атаками на расстоянии, но через минуту понял, что в этом нет необходимости. Моя механическая помощница невозмутимо шагала сквозь рой мимиков, орудуя ногами и кулаками, оставляя за собой широкую просеку. Летающие твари накидывались на Адель волнами, не нанося никакого видимого вреда, и откатывались, теряя множество собратьев. В считанные минуты пол на несколько метров вокруг неё стал липким от жидкости, заменяющей мимикам кровь, а также просто завален изорванными обложками и выбитыми зубами.

Спустя три самоубийственных атаки даже до абсолютно безмозглых тварей дошло, что что-то идёт не по плану. Часть мимиков взмыла под потолок и забила собой верхние полки, часть ломанулась через разбитое стекло наружу с явным намерением больше сюда не возвращаться. А жаль, славное могло бы получиться место для фарма.

Последним Адель хладнокровно прикончила здоровенного нелетающего мимика, из которого я некогда добывал чистые страницы для Альхирета. Возродился он тут, но ему это не помогло — бежать было некуда.

Я скинул «Вуаль» и выждал момент, пристально рассматривая оставшихся гадов на верхних полках. Те не торопились спускаться. Адель подготовила и положила на стол снятое перед боем платье. Затем, подумав, достала сухую тряпку и начала протирать своё безупречное металлическое тело от ошмётков врагов, причём делала это настолько тщательно, что я отвернулся, слегка сглотнув.

— Цела?

— Пара цара-пин.

— Напомни занести тебя потом к Луне на шлифовку. И спасибо огромное за помощь.

Чтобы отвлечься, пришлось заняться сбором малоприятного лута в карман для переноса материалов. Кроме липких страниц из старейшего мимика — те я аккуратно отложил в сторону, чтобы забрать на обратной дороге. Шутки шутками, а у Инзора наверняка не бесконечные запасы бумаги. В какой-то момент надо будет заняться закупкой, но пока что живём по принципу «и так сойдёт».

Адель протёрлась, оделась и ушла заниматься подготовкой рельс к грядущей авантюре. Я потратил ещё пятнадцать минут на то, чтобы по её инструкциям принести сквозь зеркало инструменты из мастерской.

А затем отправился исследовать неизвестную область Полуночи — чем не занимался уже около месяца.

Когда я впервые отправился всерьёз осматривать замок, не прошло и десяти минут, как меня прикончили иссохшие. Затем — безголовые латники, затем — Луна в своей звериной форме. Пришлось учиться осторожности, сражаться лучше, да умирать поменьше, чтобы не расстраивать Кас и саму Полночь. Прогресс налицо — с каждой ночью я становился сильнее. Месяц назад задача, поставленная Аделью, ввела бы меня в ступор. Сегодня — лишь обострила рефлексы и заставила мозги работать чуть быстрее.

Не будем вспоминать про вчерашний инцидент с неудачной попыткой полёта.

Поисковый амулет, получив запрос на дорогу в тронный зал, какое-то время повертелся на месте, словно раздумывая. Наконец, он указал на дальний выход, почти скрытый за шкафами и самый неприметный на вид. За ним лежал длинный, но на удивление безопасный узкий тёмный коридор, выводящий на развилку. Слева — ещё более узкий и тёмный проход, справа — достаточно широкий, освещённый «вечными» факелами в подставках. Амулет неуверенно поворачивался от одного коридора к другому, что я интерпретировал, как равнозначный выбор. А если выбор равнозначен, то зачем выбирать темноту и тесноту? К тому же, в конце освещённой зоны виднелся спуск вниз, а мне как раз туда и надо.

Чего мне больше всего не хватало в наборе способностей, так это аналога «паучьего чутья». Чтобы сделал шаг не в ту сторону — и организм сам отдёрнул ногу, пока та не до конца вдавила в пол нажимную плиту.

В этом коридоре ловушки были представлены исключительно стрелами. Зато стрелами в таком количестве, что ещё немного, и из-за них стало бы тяжелее дышать. Я откатился назад, в безопасную зону, частично превращённый в подушечку для иголок, но не сломленный. Основной удар приняла на себя кожа, утолщённая «Метаморфом», василисковый плащ и левая рука, целиком покрытая бронёй. Десять минут на регенерацию и можно проверять второй коридор.

Там тоже поджидала ловушка, но в виде стальных кольев, выдвигающихся из стен в будто бы случайном порядке. Узкое пространство не оставляло места для манёвра, и никакая кожа носорога не спасла бы от столь мощного тычка в бок. Неужели придётся всё же попытать счастья со стрелами? Опять же, а назад как?

В Полуночи сосуществовали ловушки разных типов. Некоторые просто разряжались со временем, восстанавливая заряды на следующую ночь, другие переставали работать после того, как жертва миновала опасный участок, третьи действовали без перерыва, но давали возможность пройти самым ловким и умелым. И при этом у них всех существовали механизмы предварительного отключения — я знал это, поскольку Адель при мне данными механизмами пользовалась. Не каждый раз, где-то в одной ловушке из пяти, но тем не менее.