Сказано-сделано.

На этапе разбега и прыжка с планированием всё прошло гладко — хорошо знакомые, отработанные моменты и приятное чувство ветра под кожистыми крыльями. Башня стремительно приближалась, и я сосредоточился на расчёте столкновения, отращивая на руках большие, толстые, очень прочные когти, чтобы уцепиться ими за первую попавшуюся щель.

Примерно на этом моменте вселенная напомнила мне, почему сперва стоило подумать, а затем уже действовать.

Для начала, усилился ветер, и вместо плавного соприкосновения со стеной я врезался в неё на приличной скорости. Далее, «подвела» уже сама Полночь — в этой долбаной стене башни не обнаружилось никаких щелей! Словно её построили пару месяцев назад, причём построили на совесть.

Я беспомощно заскользил своими новыми когтями по гладкой поверхности. Ощущение было как у персонажа из старых мультиков, пробежавшего пару метров от конца обрыва и пытающегося нащупать несуществующую опору под ногами.

А затем я отвалился от стены и позорно ухнул вниз.

Первую секунду я думал, что ну её, эту жизнь, идиотские авантюры и должны кончаться идиотскими смертями. Больно не будет, просто открою глаза на Земле, а на следующую ночь вернусь.

На бесконечную вторую секунду в моём сознании встало лицо Кас, которая вкрадчиво спрашивала, как именно умудрился погибнуть хозяин после стольких дней безупречного выживания. И что я ей отвечу? Я-то сам в курсе, какой я кретин, но зачем лишний раз Кас в этом признаваться?

На третью секунду я скрипнул зубами, извернулся в воздухе и расправил крылья, ощутив неприятный удар воздушных потоков на кожаных перепонках. О каком-то контроле речи не было, я просто старался удержаться в воздухе, чтобы не превратиться в лепёшку, а ветер теперь нёс меня в противоположном от башни направлении. Я летел и снижался, всё равно гораздо быстрее, чем хотелось бы, но по крайней мере не со скоростью падающего кирпича. Задачи на полёт были просты: ни во что не врезаться, не улететь за стены замка, не потерять контроль над «Метаморфом», не приземлиться на какие-нибудь шипы…

О, это что, подо мной пронёсся внутренний двор рядом с лазаретом?

ХРУСТЬ. ТРЕСК. БАХ!

Поздравляю, Вик, ты успешно пролюбил первый же пункт. С треском, буквально. Хотя бы врезался не в столб, не в стену, а в дерево, и листва немного смягчила удар. Но всё равно голова как-то подозрительно кружится, и что-то подсказывает, что долго на этой ветке я не…

Когда я очнулся, моя голова лежала на чём-то приятном и мягком. Спустя пару секунд стало ясно, что это женские колени. Я открыл глаза и приятное продолжилось — отсюда открывался изумительный вид на дриаду Хвою, которая так и не озаботилась ношением какой-либо одежды. Логично, в целом, сад был отрезан от основного массива очищенных зон, так что если бы я хотел одеть её в платье, то должен был заняться этим сам.

Заметив, что я очнулся, зеленоволосая красавица посмотрела на меня с сочувствием и одновременно слегка сердито. Ну да, я же не только сам пострадал, но и поломал одно из её деревьев. Надеюсь, не критично.

— Виноват, — хрипло сказал я, не поднимая головы. — Эксперимент вышел из-под контроля.

Хвоя недовольно поджала губы, но затем погладила меня по голове в знак прощения. Голова, к счастью, успела полностью регенерировать. Эх, полежать бы так ещё полчасика, на природе, ни о чём не думать…

С тяжёлым вздохом я достал из кармана неубиваемые механические часы и убедился, что время на визит истекало через полтора часа. То есть, теоретически лишние полчаса у меня были, но я сегодня и так проштрафился с нелепой попыткой допрыгнуть до библиотеки. Не заслужил отдыха, и мог сделать хоть что-то полезное.

— Для протокола, — сказал я, нехотя поднимаясь с восхитительных коленей дриады. — Мы можем это повторить в другой раз? Только опустим часть, где я врезаюсь в дерево и падаю вниз, а сразу перейдём…

«Да». «Да». «Да!»

Если бы Адель всё ещё находилась в башне Оррисса, то на моих благих намерениях закончить сегодняшнюю ночь с пользой можно было бы ставить крест. Чтобы добраться до башни от мастерской мне бы понадобилось минут сорок, столько же назад, и тут уже настала бы пора возвращаться на Землю. Но мне повезло — Адель как раз закончила большой этап разбора и сортировки, притащив с собой несколько мешков с лутом — поменьше и покрупнее.

— Драге-стол, — сказала она, указывая на первый, объёмный и туго набитый. — Ещё не. Весь.

— Всё равно впечатляет, — присвистнул я, взвешивая добычу. — Здесь гораздо больше заплаченного Зверобоям, так что мы уже в выигрыше!

Девушка-автоматон кивнула в ответ, и указала дальше:

— Золо-то.

Целых три мешка, каждый столь же солидного объёма. Металл жёлтого цвета не настолько сильно ценился среди гостей и торговцев, но некоторые были готовы принять и его. Хорошая добыча, носом вертеть не стоит.

— Полезные дета-ли, — продолжала перечислять Адель. — Посуда из сере-бра. Ценное ору-жие.

— Что насчёт артефактов?

— Твоё коль-цо.

— Отличная находка! — просиял я, надевая на палец перстень с молниями. — Больше не было?

— Пока не наш-ла. Но я осмотре-ла. Толь-ко половину.

Строго говоря, самые могущественные артефакты и ценные вещи семиглазый ворон мог припрятать с особым тщанием. Даже не «мог», а наверняка припрятал. Он и сам об этом упоминал, прежде чем отправиться в темницу, но это было не так страшно. Время на поиски есть, можно не торопиться и не бояться гаргулий.

— Хочешь. Пой-дём искать вместе? — предложила Адель, и в её обычном перезвоне мне почудилась тень смущения. Раньше она не выдвигала подобных инициатив, но теперь, когда автоматический ключ снабжал её бесперебойным зарядом, моя механическая помощница чуть-чуть расслабилась и осмелела.

— Обязательно, но в другой раз. В ближайшие полчаса мне понадобится твоя экспертная оценка. Ты не против немного посидеть в кармане для переноски предметов?

— Я. Не про-тив.

— Тогда закрой глаза и приготовься.

Две минуты спустя я снова вышел в коридор, откуда совершил столь неудачный перелёт, и выпустил Адель обратно. Она открыла глаза, осматриваясь и задерживаясь на знакомых деталях вроде рельс и остатков механических «идолов». Я вкратце описал ей проблему, расписавшись в сегодняшнем провале, пока мы шли к обвалившейся секции.

— Такие вот дела, — подытожил я, указывая на недостижимое трио башен. — Можно, конечно, спланировать к подножию и поискать вход, но отсюда кажется, что там всё завалено. На расчистку уйдёт несколько дней, если не недель.

— Ви-жу, — коротко ответила Адель, изучая картину.

— Есть другие варианты?

— Слиш-ком далеко. Для вре-менно-го мос-та. Слиш-ком ненадёжно. Для постоянно-го.

— То есть, вариантов нет?

— Я это-го. Не говорила.

Адель развернулась и отошла на несколько шагов, изучая рельсы, оставшиеся от ловушки, что когда-то соорудил её отец. Щёлкнула по каменному обломку, который я когда-то водрузил на люк на полу, и одобрительно кивнула. Затем присела возле рельс, легонько их простукивая.

— У те-бя была. Правильная. Идея.

— В смысле? Разбежаться и чуть и не разбиться в лепёшку?

— Разбить-ся — нет. Разбежать-ся — да. Нужен больший. Им-пульс.

Она снова постучала по рельсам, и тут до меня дошло.

— Ты хочешь сказать, что можно разогнаться на какой-нибудь вагонетке?

— Да.

— А затем спланировать к проходу?

— Да.

— Ты же понимаешь, что если расчёт будет неверен, мне даже не понадобится падать вниз? Я просто размажусь по стене тонким блинчиком.

Она встала и подошла совсем близко, заглянув мне в глаза своими прозрачно-голубыми глазами, которые сейчас было не отличить от человеческих. Металлическая рука поднялась и легла мне на щёку, погладив её с неожиданной нежностью.

— Вик.

— Д-да?